Клим Ветров – Девятиэтажка. Часть 5 (страница 6)

— Вот сюда сдвинь. И увеличь.

Сергей послушно довернул камеру, приблизил. На экране показалась повозка, гружённая снарядами. Они лежали в несколько рядов, и форма у них была странная, что-то продолговатое, с лёгкими крылышками, будто оперённые стрелы, только размером с человеческую руку.

Дронов нахмурился.

— Если это зажигалки, будет худо. Бить надо на опережение. Они, если всё так, как я думаю, выйдут на дистанцию стрельбы минут через тридцать.

Сергей отдалил камеру. Катапульты двигались медленно, но верно. Дронов продолжал рассуждать:

— Если не хотим дать им отстреляться, бить надо, как только войдут в зону поражения.

— Пока есть надежда на генерала, нельзя, вдруг ему удастся договориться? — покачал головой Сергей.

Он снова навёл камеру на шатёр, и увидел, как Максимов выходит наружу под конвоем. Его встречал каган, и говорил что-то.

По губам читать Сергей не умел, но оно и не требовалось — переговоры явно зашли в тупик, или, что более вероятно, вообще провалились.

— Всё, — выдохнул он. — Теперь можно.

Дронов уже подносил рацию к губам.

— Первый, второй, — произнёс он, не отрывая взгляда от экрана ноута. — Ориентир — право двадцать, дистанция три и восемь. Огонь по готовности.

Рация затрещала, в ответ дважды донеслось короткое «понял».

Спустя пару минут где-то за спиной, со стороны моря, ухнуло. Потом ещё раз. На картинке перед ордой взметнулись два столба земли — недолёт.

— Плюс двадцать, — тут же скомандовал Дронов. — Повторить.

Снова грохот. На этот раз ядра легли уже в толпу. Сергей увидел, как полетели в стороны тела, как оставшись без седоков заметались кони.

Дронов едва заметно кивнул.

— Хорошо. Теперь фугас, угол выше на пять.

Прошло ещё пару минут. Первый фугас лёг точно между двух катапульт, смешав все в один огненный вихрь, который на экране выглядел как короткая вспышка, а потом только дым и чёрная яма.

Второй фугас влетел в гущу всадников.

Сергей отчётливо увидел как прямо в темной массе конницы, расцветает огненный цветок, и по его краям разлетаются мелкие фигуры.

— Мать честная, — выдохнул Колян.

Дронов не обратил внимания. Он уже давал следующую поправку, спокойно, как будто не замечал тех, кто только что были живыми людьми, а теперь лежали вповалку.

На крыше все увидели результаты стрельбы и одобрительно загудели. Внизу, на стенах, тоже заорали и засвистели, радуясь первым успехам. Даже ветер, казалось, дунул веселее.

Но Сергей знал реальное положение вещей. Фугасов для «единорогов» было мало, как и самих этих огромных пушек. Будь у них время, появись орда хотя бы на год позже — тогда другой разговор. И стены бы подняли, и пушек наклепали бы больше, и порохом бы вдоволь запаслись. А так — что есть, то есть.

Дронов снова дал корректировку. Прошло полминуты, и ещё две бомбы ушли в сторону орды. На этот раз одна опять не долетела — вздыбила землю перед рядами, никого не зацепив. Зато вторая ударила по пехоте, оставив в ней большую проплешину. На экране было видно, как тёмная масса расступилась, обтекая воронку, и снова сомкнулась, будто ничего не случилось.

— Готовься подать сигнал на нижние батареи, — не оборачиваясь, бросил Дронов.

Один из пушкарей кивнул и побежал к краю крыши, туда, где стояла коробка с разноцветными флажками. Сергей проводил его взглядом и подумал: вот тоже не успели. Ведь всего-то надо было протянуть телефоны на каждый бастион. Не хватило людей, времени, рук. А теперь бегают с флажками, как в прошлом веке.

Он перевёл взгляд на степь. Там, в серой мгле, уже разворачивались первые линии. И чем дольше он смотрел, тем отчётливее понимал: тактика у орды совсем другая. Не обычный наскок, не лава, что с визгом летит на стены. Они явно рассчитывали сначала подавить сопротивление метательными машинами, а уж потом пустить конницу.

И в этом Сергей увидел шанс. Небольшой такой, совсем малюсенький, но всё же шанс.

Тактика их хороша против местных. Но они ещё не знали, что такое плотный пушечный огонь. Да, катапульт у них много, и часть, конечно, сумеет подойти. Но и пушек на стене порядком. Если считать все вместе — около тридцати орудий. Это значит, что каждую минуту, в среднем, по метательным машинам будет уходить три десятка ядер. А потом, когда подойдут ближе, ударит картечь. И это только стены.

Плюс крыша. На ней, кроме пяти стомиллиметровых пушек и стольких же камнемётов, ещё три гром-телеги, только без телег. Ракет немного, но по два залпа они выдать смогут, накрыв очень приличную площадь.

В стороне моря снова грохнуло, и две чёрные «кометы» прочертили небо. Сергей вскинул голову, но тут же перевёл взгляд на экран.

Первая бомба легла чуть впереди, перед тащимой волами катапультой. Взрыв поднял столб земли и дыма, разметав упряжку в клочья. Огромное деревянное чудовище, ещё мгновение назад ползшее вперёд, завалилось набок. Вторая бомба ударила правее и чуть сзади, накрыв ещё две машины. Одну в лоскуты, вторая, хоть и уцелела, лишилась и тягловой силы, и расчёта.

Сергей уже хотел отвести взгляд, но тут экран полыхнул.

Рванула телега со снарядами.

Сначала короткая, почти незаметная вспышка. Потом наверх взметнулся язык пламени, разбрасывая вокруг брызги горящей жидкости. Всё, что находилось рядом, вспыхнуло разом: люди, кони, обломки, земля. Оперённые снаряды с греческим огнем, лежавшие в телеге, начали рваться один за другим. Их раздирало изнутри, и они лопались, выбрасывая во все стороны струи пламени, в котором горело все что было рядом. Телеги, люди, лошади, метательные машины.

— Мать честная, — снова выдохнул Колян.

На крыше и на стенах заорали от радости — зрелище и правда было великолепным. Огненный столб, разлетающиеся во все стороны горящие обломки, мечущиеся тени — всё это походило на картину, от которой трудно оторваться. Люди свистели, махали руками. Им казалось, что ещё немного — и орда дрогнет, как уже бывало не раз.

Но Сергей не разделял этого восторга.

Дронов, не отрываясь, смотрел на экран. Потом коротко дал поправку «единорогам», и оставив свой пост у ноутбука, направился к краю крыши. Шёл быстро, не оглядываясь, и уже на ходу что-то бросил сигнальщику, который как раз разбирал флажки.

Тот кивнул, выпрямился и, подняв руки, замахал флажками, передавая команду нижним батареям. Прошло несколько секунд, и внизу загрохотало. Стены окутались пороховым дымом.

Сергей буквально впился взглядом в экран.

Первый залп вышел не очень удачный. Ядра легли с разбросом, вздыбиливая землю перед рядами, и сбив лишь нескольких всадников. В стороне, у левого края машин, поднялся столб пыли — попали в катапульту, но она устояла, и продолжила ползти вперед.

Перезарядившись, били уже по готовности, и на сей раз куда результативнее.

То тут, то там среди метательных машин вставали чёрные султаны взрывов. Одна катапульта развалилась прямо на ходу, похоронив под собой упряжку. Другую ядро ударило по колесу, и она завалилась, утянув за собой ещё одну, что ползла следом.

Судя по всему, битва начиналась всерьёз.

Глава 4

Звездный час

Явно озадаченные такой встречей, часть метательных машин остановилась. Расчёты засуетились, принялись переводить их в боевое (осадное) положение — опускали станины, натягивали рычаги, подтаскивали снаряды.

Пушки же со стен не умолкали ни на минуту. Грохотало так, что для того чтобы тебя услышали, приходилось орать в самое ухо.

Дронов же продолжал корректировать «единороги». За общим грохотом Сергей самих «выходов» не слышал, зато отчётливо видел результат.

Очередная бомба упала в самую гущу наступающих. Вверх полетели комья земли, обломки, тела. Огненная вспышка накрыла сразу несколько рядов, и там, где только что шли люди, осталось лишь черное пятно, вокруг которого корчились и ползали уцелевшие.

Следующая легла по обозу справа. Взрыв разметал повозки, перевернул несколько из них, и почти сразу занялся огонь. Сквозь дым было видно, как мечутся люди, как обезумевшие лошади тащат за собой горящие телеги. Огонь расползался всё шире, и даже отсюда, с крыши, казалось, что доносится его гул.

Каждое крупное попадание защитники встречали громкими восторгами. Со стен снова кричали, свистели, стучали оружием. Но Сергей смотрел на экран и думал о другом.

Как бы не убило генерала.

Судя по тому, что он видел раньше, Максимова отвели во второй шатёр, рядом с которым уже дважды падали бомбы.

Он подошёл к Дронову, показал на шатёр. Тот коротко кивнул, мол, знаю, и сказал что шатер не зацепят.

— Всё равно не нравится мне это. — настаивал Сергей.

— И мне не нравится, — повернулся Дронов. — Но там командиры, и пусть они знают, что бывает, когда лезут куда не просят.

Сергей промолчал. Может, Дронов и прав. А ещё подумал что пора на стену, потому что его должны видеть.

Он отошёл в сторону, поправил доспех, расправил плащ. Колян, как обычно, поднялся следом.

— Я с тобой.

Сергей даже не стал спорить. Чай не маленький, сам разберётся.

И они пошли вниз.

Спускались быстро, почти бегом, и чем ниже, тем тяжелее становилось дышать от дыма и гари. На выходе из подъезда они попали в пробку тащивших тюки и ящики и пропустив нагруженных как мулы людей, наконец оказались на улице.