Клим Ветров – Чужие степи – Оффлайн (страница 26)

— Двенадцатый, давай обоих штук по сорок… И пороху ещё банку насыпь. — Цепочка была у Андрея, и сейчас он достал её, доказывая нашу платежеспособность.

— Как скажете. Что-нибудь ещё?

— Нет, у нас кроме пары ружей и нет ничего. А с такими ценами похоже и не будет. — Обращаясь к продавцу, Андрей незаметно подмигнул мне, а открывшего было рот Леонида тихонько толкнул в бок.

На выходе Андрей объяснил:

— Он трепач. Обязательно сольет инфу, что мы с дробовиками. Пусть ожидают гладкоствола… Сюрпризом будет, если что.

Надежда слабая, но лучше, чем ничего. Хотя лично я, — на месте гипотетических ворюг, глядя на бронированный по самое не хочу уаз, взял бы что-нибудь на вроде пушки, — чтоб наверняка.

Возвращались к машине под сгущающиеся сумерки. Народ редел. Где-то за углом прогрохотал, удаляясь, желтый бензовоз.

— Надо было к заправщику сходить, — с тоской произнес Леонид, глядя ему вслед.

— А смысл? — я убрал револьвер в бардачок. Он мешал за рулем.

— Поговорить. Узнать, откуда бензин берется.

Цену на бензин мы узнали у паренька что подсаживался к нам, литр здесь меняли на два патрона, а двадцатилитровую канистру отдавали за тридцать, типа оптом. Ну и в пересчёте на золото выходило полтора грамма чистоты за канистру. То есть до того чтобы заправить уаз — семьдесят литров в двух баках, требовалось порядка пяти грамм желтого метала. Если сопоставить с ценами из прошлого, выходило где-то по двести рублей литр. Что, в условиях здешней реальности не так чтобы и много. Откуда здесь бензин, мы не знали, но предполагали что гонят из нефти, но тогда возникает вопрос где берут саму нефть?

Хотя я слышал что в древние времена были места где она выступала на поверхность образуя целые озёра, так что возможно где-то поблизости есть что-то подобное. Ну или люди потрошат какие-то старые городские запасы, но тогда они должны быть поистине бесконечными.

— Любопытной Варваре… — отмахнулся Андрей, зевая. — Мы и так везде нос сунули. Пора ужинать и спать. Завтра вставать рано.

Мы поставили между сидений доску-стол. Достали припасы. Тишина площади, редкие крики вдалеке, скрип открываемых консервов. Город погружался в темноту, полную незнакомых звуков и скрытых угроз. Мы были здесь чужими, и очень надеялись вернуться домой.

Глава 12

Первым дежурить выпало мне. Три часа в кромешной тьме, вслушиваясь в каждый шорох за тонкими стенками УАЗа, вытянули все соки. Плечи ныли, веки слипались. Я пнул сапогом валявшуюся на полу пустую гильзу, громко звякнувшую в тишине, и повернулся, чтобы разбудить Леонида.

Тот покряхтел, пробормотав что-то невнятное про весь белый свет, и с трудом поднялся. В этот самый момент к приоткрытой амбразуре двери прилипла расплывчатая тень, а по металлу застучали костяшки пальцев.

— Мужики! Откройте… — донесся приглушенный, хрипловатый голос, сорвавшийся на шепот.

Мы переглянулись. Леонид молча подхватил фонарик, щелкнул кнопкой и распахнул заднюю дверь.

— Здорова, мужики! — В проеме, подсвеченная фонарем изнутри, показалась голова нашего вчерашнего собутыльника. При дневном свете он был просто замызганным — помятая куртка, грязные джинсы. Сейчас же, в резком электрическом освещении, выглядел совсем пугающе: лицо в запекшейся крови и сине-желтых фингалах, один глаз заплыл, губа рассечена. Грязная кепка-бейсболка сползла набок, обнажив спутанные, жирные волосы. Одежда висела лохмотьями, пропитанная запахом дешевого самогона, пота и чего-то затхлого.

— Если ты за добавкой, то извини, допили уже, — сухо бросил я.

— Нет, не за добавкой, — парнишка мотал головой, но по внезапно поникшему выражению лица было ясно: он явно расстроился. — Я тут кое-чего услышал, думаю, вам будет интересно.

«Ну вот, началось», — мелькнуло у меня в голове. — «Сейчас запросит пачку патронов за „ценную“ информацию, а получив, соврет что-нибудь и смоется».

— И сколько ты хочешь? — спросил я, стараясь говорить нейтрально.

— Ничего я не хочу! — энергично отмахнулся он. — Честно! Чисто по-человечески, об опасности предупредить. Вы же нормальные мужики!

— Ну так предупреждай, — нахмурился Леонид, и прежде чем парень успел что-то добавить, схватил его за шкирку и резко втащил в салон.

— Ребята, вас… вас хотят… — он захлебнулся, и тяжелый, кислый запах перегара, смешанный с вонью немытого тела, тут же заполнил тесное пространство. — … ограбить и пустить в расход. Начисто. — выпалил он, глядя куда-то в пол, избегая наших глаз.

— А подробнее? — лицо Леонида стало еще мрачнее. Он зажал гостя между собой и Олегом.

И парень рассказал. После пива с нами он встретил кореша, «догнался» местным самогоном и отрубился в кустах. Очнувшись, подслушал разговор: за нами следят и где-то готовят засаду, причем злодеи точно знают наш обратный маршрут.

— И чего делать будем? — Олег прервал тяжелое молчание, вызванное новостью. Выклянчив у Леонида несколько звеньев цепочки, он махнул их на пачку Ротманса, и теперь то и дело прикладывался к сигарете, делая за раз по нескольку затяжек.

— Я… я могу провести вас. — неуверенно, словно буксуя, предложил пацан. — Только… с условием. — добавил он чуть громче.

— Бочку пива? Или ящик огненной воды? — я язвительно хмыкнул, скрестив руки на груди.

— Не-а. — он покачал головой. — Я… я хочу с вами уехать. Отсюда. Насовсем.

— Хе-хе… Забавный ты… — Олег усмехнулся сквозь клубы дыма, которые выпустил аккурат в открытую бойницу. — И с какого бодуна мы должны тебе верить, а? Может, ты стукачок? Или просто бухла захотел, вот и сказочку сочинил… — его голос звучал устало и цинично.

— Я же сказал, мне ничего не надо… — парень опустил голову, его голос стал тише. — Хотите верьте, хотите нет, но я не вру. Незачем…

— Ну, допустим, поверили, — вмешался Леонид. — Дальше что? За нами ведь следят?

— Если по-тихому откатить машину за угол, никто не услышит. А там я знаю дорогу в объезд блокпоста. Главное — ни на кого не нарваться.

Лично мне казалось, парень говорит правду. Но уверенности не было, поэтому я предпочел молчать, давая высказаться другим.

— А я тебе верю. — неожиданно тихо, но очень четко произнес Леонид. Помолчал пару секунд, впиваясь взглядом в потупленную голову парня. — Но. Если хоть что-то пойдет не так… первая пуля — твоя. Договорились? — В его голосе не было угрозы, только холодная констатация факта.

Пацан кивнул:

— Годится. Только уходить надо сейчас. Скоро рассвет, и с крыш крайних домов нас легко заметят.

Не задерживаясь, как тени, мы выскользнули из УАЗа. Странное чувство — толкать тяжелую машину по разбитому асфальту в полной тишине. Скрежет камней под колесами, сдержанное дыхание, лязг металла при каждом толчке. Почти километр этого адского напряжения. Наконец, заветный поворот. Завелись на удивление тихо. Фары — выключены. Поползли в ночь, повинуясь указаниям пацана, который вертелся на переднем сиденье, как уж на сковородке, беспрерывно озираясь.

— Тут никто особо не ездит, — пояснял он, вертя головой. — Никому и в голову не придет искать нас здесь. Если и пошлют кого, то так, на всякий случай.

Выяснилось, мы едем не туда, откуда приехали, а в противоположную сторону. Покинув город, придется сделать большой крюк, но это все же лучше, чем нарваться на засаду напрямую. Конечно, оставался шанс, что пацан — засланец, и засада как раз здесь, но других вариантов у нас не было. Выбирать не приходилось. Новенькие всегда были лакомым кусочком в этом мире. Страшно представить, если какая-нибудь из местных банд — а судя по услышанному и увиденному, их численность могла доходить до тысячи стволов — нападет на нашу станицу. Такая сила — серьёзная угроза даже в нормальном мире.

Главный вопрос: сколько мы сможем сохранять инкогнито? Рано или поздно кто-то наткнется на поселок. Хорошо, если с этим «кем-то» удастся договориться. Из сегодняшних разговоров стало ясно: этот город — не единственный на Урале, хотя и самый крупный. В каждом таком поселении — свои банды со своими «понятиями».

Мир внезапно обрел новые, пугающие очертания. Возможность получить блага цивилизации, пусть и за большие деньги, — это одно. Но остальное… Не знаю, что хуже: тысяча диких аборигенов или сотня современных головорезов.

— Слушай, а как часто сюда попадают… ну, такие же, как мы? — спросил я «штурмана».

— Никто не знает, — пожал он плечами. — Если кто натыкается на новый объект, особо не болтает. Зачем делиться?

— Делиться чем?

— Ну… — он обернулся, и в его глазах мелькнул знакомый блеск алчности. — Любое поселенье — это ж клад! Харчи, железо, стволы… Да куча всякого барахла. Трофеи!

— А люди, с ними что?

— По-разному. Но обычно ничего хорошего. Здесь полный беспредел: кто сильнее, тот и прав. Как в древности.

— Что, и рабство есть?

Парень усмехнулся:

— А то! Рынок невольничий тут неподалеку. Рабы — в основном здешние, но попадаются и… наши. Бабы, которые покрасивше — ого-го как ценятся… — он мечтательно прищурился, облизнул потрескавшиеся губы.

«О как. Чем дальше в лес…» — только успел я подумать, как мотор УАЗа захрипел, чихнул несколько раз и заглох.

— Вот сука!.. — вырвалось у меня само собой. Руки вывернули руль, нога вдавила педаль тормоза в пол. УАЗ, послушно вильнув, съехал на разбитую обочину, подняв облако пыли. Под колесами хрустнул битый кирпич.