Клэр Сейджер – Поцелуй железа (страница 16)
– Ты заставляешь эльфа выполнять свои прихоти и даже не готова платить за это. Неразумно, Кэтрин, очень неразумно.
– Неразумно было ограбить тебя.
Его ухмылка превратилась в дьявольскую улыбку.
– Ты связана со мной только одной сделкой. Просто будь благодарна, что их не две.
Бастиан наклонился к моему уху и тихо произнес:
– В расплату долга такого размера я мог бы потребовать… – его слова щекотали мне ухо и шею, отчего по телу прошла дрожь.
Бастард из Тенебриса. Какое меткое прозвище. Я не могла произнести это в слух, поэтому просто горько улыбнулась.
– А я думала слухи о тебе преувеличены.
Что-то промелькнуло в его взгляде и тут же исчезло, я даже не успела понять что.
– Если бы мы были в Эльфхайме, я бы напомнил тебе, что все не так, как кажется. Хотя, возможно, вашего двора это тоже касается.
Музыка достигла своей кульминации, каждая нота растягивалась все дольше, пока последняя наконец не исчезла в тишине.
Слава богам, танец закончился.
Я сделала шаг назад, но он задержал мою руку в своей и поклонился, не отрывая от меня взгляд.
– Ты вернешь мне долг, Кэтрин. Можешь не сомневаться.
Глава 16
На следующий день, когда я пила чай с печеньем в гостиной с королевой и другими придворными дамами, пришла записка. Я вспомнила, где она – седьмая дверь налево, северный коридор, – поэтому извинилась и направилась в кабинет Кавендиша.
После танца с Бастианом Бастардом, Элла поздравила меня:
– Вы двое смотрелись очень тепло вместе. Я не могла поверить, что он держал тебя так близко.
Я смогла лишь слабо улыбнуться ей в ответ и тут же почувствовала тошноту от мысли,
Тошнота стала еще сильнее. Шпионить за мужчиной, который знает мой секрет. Вот так выглядит опасность. Если бы у него было хоть малейшее подозрение о том, чем я здесь занимаюсь… Что ж, он не сможет никому рассказать, поскольку он поклялся молчать, но теперь я в долгу перед ним. И что помешает Марвуду по-тихому избавиться от меня, как только он узнает, что я дважды перешла ему дорогу?
Мне нужно действовать осторожно в попытках выведать у него информацию. Марвуд уже знает, что я не аристократка: он наверняка что-то заподозрит, если я начну слишком сильно интересоваться его делами.
Я также не могу сказать Кавендишу, что хочу отказаться от работы. Это вызовет лишь множество вопросов, на которые я не смогу ответить. Уверена, сам он не против, чтобы шпионы нарушали закон в рамках работы, но за ее пределами? Не думаю, что Кавендиш из тех, кто прощает такое.
Кроме того, мне нужны его деньги. А это значит, мне нужно стать полезной, чтобы он не заменил меня. Ночью после бала я записывала при свечах, с кем Бастиан говорил, что о нем говорили другие и прочее, что мне показалось интересным. По пути на встречу я зашла в свои покои, чтобы взять записи из запертого сундука под кроватью.
Я не могла смотреть на сферу Бастиана и задвинула ее в угол коробки.
Когда я зашла в кабинет Кавендиша, он вновь сидел за столом. Он не предложил мне стул. Вместо этого он просто посмотрел на меня, сложив пальцы, и кивнул.
– Вы танцевали с Марвудом. Хорошо, очень хорошо. Отличное начало, учитывая, что он вообще отказывается танцевать.
Похвала окутала меня, словно теплое, тяжелое одеяло, успокоившее все страхи, которые терзали меня по пути сюда. Похвала – это хорошо. Похвала означает безопасность.
– Еще я записала это, – я протянула ему свои записи, которые он бегло пробежал глазами без особого энтузиазма. На него это не произвело впечатления.
Я закусила щеку.
– Но это только начало, – сказала я, сложив руки. – Я попыталась расположить его. – Отчасти это была правда – после вчерашнего вечера Марвуд, вероятно, считает меня слишком уязвимой и слишком с ним связанной, чтобы представлять угрозу для него.
Кавендиш кивнул, собрал бумаги в стопку и положил на стол.
– Разумный ход. Но у меня есть кое-что, что поможет вам сблизиться с ним.
Он встал и обошел стол, устремив на меня пристальный взгляд.
– Вы должны встретиться с его посредником.
– С Ларой. Да, она…
Взмахом руки он призвал меня замолчать.
– Красивая, да, – Кавендиш подошел ближе и пальцами разгладил локон моих волос, словно оценивая их новый блеск.
Я замерла, хотя вновь оказалась между желанием отступить и желанием наклониться к нему. Мою кожу обдало теплом: мне не хватало этой близости и, казалось, было неважно, от кого она исходит.
Кавендиш глубоко и устало вздохнул.
– Она не замужем. Плохой выбор, но это решение принимал не я. Порой в шахматах нужно пожертвовать фигурой, чтобы другая могла занять ее место. Уберите ее с этой позиции, а я позабочусь о том, чтобы вы смогли полностью заменить ее.
– Убрать? Разве вы не можете просто попросить королеву заменить ее? – В конце концов, он был возле уха Ее Величества.
Он слабо хмыкнул, продолжая играть с прядями моих волос. Его прикосновения передались по волосам прямо к коже головы, отчего по шее пробежал холодок.
– Она относится к числу любимиц Ее Величества. Даже я не могу прямо говорить королеве, что делать, – то, как он сморщил нос, выдало, что он не очень был рад такому раскладу дел.
– И как я должна ее убрать?
Кавендиш фыркнул, уронив мои волосы.
– Мне нужно все разжевывать? Я начинаю думать, что ошибся, выбрав вас.
Он пронзил меня взглядом, и вся теплота от похвалы испарилась. Он ведь не может так быстро меня отстранить? И всего лишь за один вопрос. Он ведь до этого сказал, что я хорошо начала.
Но разве я в том положении, чтобы спорить? Во всяком случае не сейчас, когда у него все карты на руках, а мне даже не предложили стул.
Так что я сжала зубы и стала ждать.
Наконец, Кавендиш кивнул, словно одобряя мой выбор молчать.
– Ослабьте ее, она потеряет свое место, и дорога будет вам открыта.
Ослабить ее. Он имеет в виду уничтожить ее. Так как Лара не замужем, у нее есть репутация, которую можно подорвать, в результате чего ее отстранят.
Живот скрутило, свернув и печенье, вкусом которого я наслаждалась совсем недавно.
Должен быть какой-то другой способ, чтобы сблизиться с Бастианом и не навредить ни в чем не повинной женщине.
– Почему тогда просто не нанять ее, раз она уже рядом с ним?
В его глазах сверкнула молния, а его губы сжались.
– А, – я округлила глаза, сдержав смешок, – вы уже пытались, да? Но она отказала.
На этот раз молния промелькнула не только в его глазах: брови сошлись вместе, на шее проступили жилки, плечи ссутулились.
Мне был знаком этот взгляд. Я видела его у папы за секунду до того, как бились тарелки, но это было так давно.
Может, именно поэтому я успела только вздохнуть и сделать пол шага назад, прежде чем Кавендиш схватил меня. Сердце врезалось в грудную клетку, а спина – в стену. Я подавила свое недоумение и, чуть дыша, уставилась на него.
Он схватил меня за подбородок, а другой рукой провел по груди чуть ниже ключицы.
– Не смей, черт возьми, лезть мне в голову, Кэтрин. Ты здесь, потому что я выбрал тебя для этой работы, но не обольщайся, думая, что некем тебя заменить. В мире полно рыжих женщин, которых я могу отправить в постель к Марвуду. Ты не особенная.
Мне хотелось плакать.
Мне хотелось смеяться.
Потому что он думал, что открыл для меня что-то новое. Я и не особенная. Никто не особенный. Я просто пытаюсь справиться с этой жизнью. Я просто пытаюсь выжить. Это все, что мы все делаем.