Клэр Сейджер – Поцелуй железа (страница 101)

Глава 79

Эффектного появления не получилось. Мой желудок выбрал именно этот момент, чтобы судорожно сжаться, и я зашаталась под тяжестью боли.

Псевдо-Канведиш отвернулся от камина, канделябр на каминной полке освещал его со спины, оставляя лицо в тени.

– Я не ожидал, что вы придете так быстро. Я только что получил ваше сообщение.

Стиснув зубы от хныканья, которое хотело вырваться из меня, я оглядела комнату. Вебстера нигде не было. Может, он ушел через потайную дверь?

Псевдо-Канведиш поднял голову и принюхался.

– Почему я чувствую запах аконита? – Его глаза стали настолько широкими, что по сравнению с ними взгляд эльфа, который я видела в роще полчаса назад, выражал лишь сдержанное удивление. – Вы пролили яд?

– Здесь я задаю вопросы. – Я направила на него пистолет. – Кто ты, черт возьми?

На мгновение он удивился, а затем, обнажив зубы, тихо рассмеялся.

– А ты умнее, чем я думал. Что меня выдало?

– Ожерелье. Оно ведь сейчас на тебе, да?

– Ах, конечно. – Он потянул ворот рубашки, обнажив предательский блеск золота. – Проклятая штука. Чтобы долго поддерживать этот облик, мне нужен источник силы.

Значит, это облик…

– Ты подменыш. И… – Я оглянулась, но нас здесь было только двое. – Ты Вебстер.

Довольная улыбка, граничащая с жестокостью, медленно растянулась на его лице.

– По крайней мере, теперь мне это больше не нужно.

По его телу побежала рябь. Каштановые волосы сменили все цвета, которые я когда-либо видела, и остановились на пепельно-белом. Словно колода кард, тасуемая Эллой, одежда на нем мелькала, сливаясь с кожей, которая сама переливалась бесчисленными цветами. Наконец все пришло к темному угольно-серому цвету.

Он стоял передо мной в облике Кавендиша, но в черно-белой негативной копии. От его глаз, устремленных на меня, становилось не по себе – белки черные, а зрачки белые.

– В таком обличии быть гораздо легче.

Единственное, что на нем было, – ожерелье, на котором ярко вспыхивал тигровый глаз.

– Но как? Как ты мог жить бок о бок с настоящим Кавендишем и не быть обнаруженным?

– Немного подумал головой. – Он усмехнулся. – Я не бродил, как он, по коридорам, чтобы случайно на него не нарваться.

Значит, человек, отчитавший меня за пренебрежение работой во время визита Эвис, и есть настоящий Кавендиш. Почему я не остановилась и не поговорила с ним чуть дольше? Если бы я задала ему хотя бы один вопрос, то, возможно, поняла бы, что он не тот, на кого я работаю. Но, конечно, именно поэтому псевдо-Кавендиш велел мне ни в коем случае не подходить к нему на людях. Я сжала пистолет.

– Тогда как ты перемещался по коридорам?

– Никто не обращает внимание на слуг. – Его рот вытянулся в улыбке, обнажив глянцевые черные зубы. – Вебстер отлично подходил на эту роль. И через него было удобно наблюдать за тобой. Когда нашли его тело, я думал, возникнут проблемы. Хорошо, что оно уже успело разложиться настолько, что его стало невозможно опознать.

Мой желудок перевернулся, вызвав новый приступ боли. Я стиснула зубы, а на лбу выступили капельки пота. Бедный Вебстер. Он был реальным человеком со своей жизнью и надеждами на будущее.

– Ты убил его только для того, чтобы занять его место.

– Он лишь расходный материал. – Подменыш пожал плечами. – Он мог бы даже стать моим любимым обличием, если бы ты пригласила его в свои комнаты. – Эти странные глаза пробежались по моему телу. – Но раз ты не попалась на мою удочку, я не могу решить, что лучше, – притворяться Кавендишем, мучая тебя, или душить женщину, надев на себя маску ее любовника?

Моя кровь похолодела, а сердце сделало что-то странное, заставив меня вздрогнуть.

– Лэнгдон… Притворяясь им, ты заманил Лару в ту комнату. Ты был в его облике, когда убивал ее.

Его лицо замерцало и превратилось в черно-белую версию ухмылки Лэнгдона – ту самую, с которой он смотрел на меня на пикнике.

– Хочешь, я убью тебя в облике Бастарда? – Ухмыльнувшись, он содрогнулся, и его лицо вновь пошло рябью. На мгновение мне показалось, что это Бастиан смотрит на меня. – Нет? Похоже, ты не в восторге от этой идеи. – Он покачал головой и снова стал псевдо-Кавендишем. – У меня большой выбор, – сказал он, перебирая пальцами кулон-звезду, а затем опустив его на обнаженную грудь.

Я прикоснулась к жемчужному ожерелью на своей шее.

– Контакт с кожей. – Он не просто прятал ожерелье под рубашкой: оно придавало ему сил, соприкасаясь с его телом.

Псевдо-Кавендиш кивнул.

– Контакт с кожей. Ты многое узнала, Кэтрин. Как ни странно, но я горжусь тобой. Посмотри, как сильно ты выросла по сравнению с той женщиной, которая в нашу первую встречу стояла передо мной со слезами на щеках, еще такая невежественная в придворных делах. И вот теперь ты здесь… – Он изящно сделал шаг вперед.

Как же я раньше этого не замечала? Эта хищная грация не могла принадлежать человеку.

Или, быть может, он всегда скрывал ее, а сейчас в этом больше нет необходимости.

– …разгадываешь тайны. Угрожаешь мне этим пистолетиком. Жаль, что ты упустила один момент: подменыши – это эльфы, а эльфов можно убить только…

– Железом, аконитом или оружием, сделанным эльфами. – Развернув к нему боковую часть пистолета, я показала механизм, слишком искусный, чтобы быть сделанным человеком.

Он замер. В его широких глазах читалось искреннее удивление.

Но вместо победы я почувствовала лишь пронзительную боль. Она согнула меня пополам, выжав из моих глаз слезы. Я еле сдержала стон – не хочу, чтобы он наслаждался моими страданиями.

– Сделанным эльфами, придурок, – пробурчала я. – А теперь проваливай.

– Хм. – Кожу вокруг его глаз прорезали морщинки, но он не отступил. – Кошка показала свои коготки. Восхитительно. А-то я стоял здесь и думал, какая ты пришла беспомощная и неподготовленная. Но… – Сначала приподнялись его брови, а затем то же самое сделали и уголки его губ. – Но этот запах. – Он глухо засмеялся, и этот смех снова и снова эхом отдавался в моих ушах, вызывая головокружение. – Ах, ты глупая девчонка. Ты приняла яд. Это что, муки совести из-за убийства прекрасного Бастарда из Тенебриса?

– Я поняла, что ты не Кавендиш. – От каждого сказанного слова у меня пот струился по спине. Комната медленно кружилась, в такт моему пульсу. – Я поняла, что это приведет к войне.

– И чтобы он не принял яд, ты не придумала ничего лучше, чем самой наброситься на бокал и все за него выпить? Как романтично. И как трагично. – Он подошел еще на шаг ближе, и мне пришлось отступить к столу и опереться на него, чему я была очень благодарна.

– И все же, – продолжал он, – я и не ожидал ничего другого от женщины, которая в первый день предстала передо мной. Которая была в таком отчаянии, что даже отвечала на мои прикосновения. – Его странные глаза с белыми зрачками скользили по мне, задерживаясь на волосах и глубоком вырезе мантии.

Тем не менее он держался на расстоянии вытянутой руки, чему я была очень рада. Руки онемели, и я уже совсем не чувствовала пистолет. Если бы он ударил по нему, то наверняка выбил бы его.

– Неудивительно, что он так легко позволил тебе принять вместо него яд. – Он усмехнулся, в складке возле его носа читалось презрение. – Убивать себя ради существа, которому на тебя наплевать и которое никогда не сможет тебя полюбить. Какая жалость.

– Это неправда. – Бастиан рассказывал мне о войне, развязанной во имя любви. Стиснув зубы, я подняла голову. – Эльфы умеют любить.

Положив руку на грудь, он рассмеялся.

– О, я и не говорю, что эльфы не умеют. Я имею в виду Бастарда. Ты же знаешь, что он убил своего отца и даже не жалеет об этом? – он щелкнул языком, покачав головой. – Такой монстр, как он? Нет, он не может любить. Не может заботиться. Не о своем отце и уж точно не о тебе, какими бы восхитительными ни были твои волосы, пышные формы, прекрасное лицо. Ах, дорогая, – он наклонил голову, – похоже, сейчас оно выглядит бледным.

Он ошибался, и, возможно, в своей обиде, я тоже раньше ошибалась. Я видела переживания на лице Бастиана – сожаление о смерти отца, пусть он и сделал это намеренно. Он заботился обо мне в своих покоях, боялся за меня. Я видела в нем это.

Но псевдо-Кавендиш был прав насчет моей бледности. Я умирала. От этого никуда не деться.

Но сначала мне нужно кое-что сделать.

– Что ж, любуйся. – Я прицелилась ему в грудь. В голову было бы лучше, но с такой дрожью в руках я не доверяла себе. – Потому что это последнее, что ты видишь.

В моем пальце оставалась одна чувствительная жилка. Она согнулась, когда я приказала ей нажать на курок.

Но в этот же миг что-то сжало мое нутро.

Раскаленная добела боль наполнила меня. Она ослепила меня, завладев моим телом. Комната наполнилась треском выстрела и криком.

Раскрыв глаза, я обнаружила, что стою, вцепившись в стол и тяжело дыша. Это был мой крик.

Псевдо-Кавендиш все еще стоял передо мной. На его груди не было ни крови, ни ран. Он просто смотрел на свою руку, с которой тонкой струйкой стекала пепельно-серая кровь.

Я промахнулась.

– Мелкая сучка, – он перевел взгляд и направился на меня. – Это действительно больно.

– Перезарядись, – прошептала я, словно это могло заставить мое тело повиноваться. – Перезарядись.

Если я это сделаю, у меня появится шанс прикончить его быстрее, чем яд прикончит меня.