Клэр Сейджер – Поцелуй железа (страница 100)

Ворвавшись внутрь, я схватила бумагу и ручку и начала писать сообщение для псевдо-Кавендиша. Когда я без приглашения пришла в его кабинет, он оказался заперт, так что я не могу рассчитывать, что просто приду и найду его там.

Он разглядывал меня в упор, и я была уверена, что на нем не было ни маски, ни умелого сценического грима. Лицо, похожее на то, что я видела в роще, было очень реалистичным.

Близнец? Или просто кто-то невероятно похожий?

Кавендиш наверняка бы знал, будь у него близнец. Кем бы псевдо-Кавендиш ни был, он не работал на реального человека.

А еще это ожерелье.

Псевдо-Кавендиш всегда носил его. Бастиан говорил, что это эльфийский символ, обладающий магической силой. Дрожащими пальцами я потянулась к горлу. Мое ожерелье тоже было магическим, и уверена, что его тоже сделали эльфы. И яд светился как-то волшебно. Значит, он легко мог достать эльфийские товары.

Мой взгляд скользнул от записки к открытому ящику стола, в котором блестел мой пистолет эльфийской работы.

Как ты думаешь, чем мы убиваем друг друга?

Псевдо-Кавендиш солгал мне, так что он не может быть эльфом.

Подождите. А солгал ли он мне?

Он опасен для моего двора.

Для моего двора. Не нашего.

Если псевдо-Кавендиш был из Рассветного Двора, это не было ложью.

Значит, он…

«Подменыш».

По приданиям, они убивали или похищали свою жертву, чтобы занять ее место.

Этот, видимо, сохранил жизнь настоящему Кавендишу и работал параллельно, занимая его кабинет, пока тот отсутствовал по другим делам. Даже в нашу первую встречу разве он не появился в своем кабинете почти сразу же, как я увидела его в тронном зале? И при этом он не выглядел запыхавшимся.

Дрожащими руками я закончила писать записку псевдо-Кавендишу о том, что с ядом возникли проблемы.

Возможно, я не смогу довести дело до конца.

Грудь сжалась, угрожая раздавить то место, где когда-то билось сердце, а теперь торчали острые шипы.

Я написала еще одну записку, уже короче:

Э. Наш Кавендиш – это не Кавендиш, а враг Альбиона.

Если я умру, так и не успев разобраться с этим, то хотя бы предупрежу Эллу. Я точно знала, что мы работаем на одного и того же человека, – она сама говорила мне, что он не расстается с этим ожерельем. Даже если я не смогу остановить его, она сможет. Я спрятала записку в ящик с нижним бельем. Элла наверняка захочет разобрать мои вещи, ведь она знает, как мне будет стыдно, если еще кто-то увидит у меня такие откровенные вещи.

Схватив пистолет, я зарядила его и поспешила в западный коридор, где оставила свое сообщение за плиткой с драконом. Кто-то должен следить за ней. Из любопытства я однажды проверила это место: оставила записку с информацией и вернулась через час – ее там уже не было. Сегодня, когда его план должен воплотиться в жизнь, у него есть все основания особенно внимательно следить за точкой сброса.

Я скрылась за углом, сердцебиение вялое и громкое. Наклонив пистолет, в полированной стали я увидела искаженное отражение коридора.

Если никто не придет, мой план провалится. Окончательно и бесповоротно.

Я ждала. В конце коридора тикали напольные часы, провожая навсегда каждую секунду.

Наконец на другом конце показалась знакомая фигура. Каштановые волосы, одежда слуги. Вебстер.

Он может быть здесь только для…

Остановившись у плитки, он нагнулся и поднял ее.

Он работал на псевдо-Кавендиша.

Я потерла грудь онемевшими кончиками пальцев. Нет, я не рассказывала ему личных секретов, но я открыла ему правду другого рода. Я поделилась своей любовью к растениям, разоткровенничалась о розах. Я позволила ему увидеть эту часть себя.

А он все это время просто шпионил за мной.

Теперь понятно, почему он появлялся каждый раз, когда я выходила в сад. После замечания Перри я думала, что он неравнодушен ко мне.

Возможно, потому что я умирала, предательство пронзило меня глубже, чем я ожидала, и болью отозвалось в груди.

В искаженном отражении он выпрямился и поспешил обратно.

Следуя за ним, я потирала лицо. Оно тоже теперь поддергивалось, и это так же было не нормальным, как и медленный звон моего сердца.

И эта боль… она не от предательства.

Черт.

– Соберись, Кэт, – прошептала я. – Еще совсем немного.

Когда я зашла за угол, за которым скрылся Вебстер, и оказалась на распутье, темная фигура преградила мне путь.

– Леди Кэтрин, – принц Валуа улыбнулся мне, но улыбка тут же исчезла и он нахмурился. – С вами все в порядке? Вы очень бледны.

– Я в порядке. Мне нужно…

Глубоко внутри боль перехватила дыхание. Кроме резкого вздоха, я не издала ни звука, но мне пришлось схватиться за живот. Казалось, будто что-то разрывает его.

– Мадам! Вы не в порядке. – Теплые руки опустились на мои плечи и повели меня в ту сторону, откуда он пришел.

Я хотела последовать за ним. Тепло успокаивало. Крепкие руки сулили безопасность.

Но нигде не будет безопасно, если я не остановлю псевдо-Кавендиша.

– Сюда. Нам нужно позвать врача. Позвольте мне…

– Нет. – Дуло моего пистолета уперлось ему в грудь.

Он хмуро посмотрел на него.

– Понятно.

– Простите меня. – Я отступила назад, не сводя с него дуло пистолета. После нескольких глубоких вдохов боль утихла, и я смогла выпрямиться. – Эта пуля не для вас, но я не позволю вам остановить меня.

– Остановить вас в чем?

Я лишь кивнула головой в сторону перекрестка. Боль острыми играми пронзала мои кишки.

– Держитесь подальше от северного коридора. Я… Лорд Кавендиш может быть не тем, чем кажется.

Последнее, что я увидела, прежде чем развернуться, – его глаза, полные растерянности.

Я бежала – голова пульсировала, грудь сдавливало, – но я успела добраться до северного коридора как раз в тот момент, когда Вебстер исчез в кабинете Кавендиша.

Переводя дыхание, я затаилась в нише. Я не должна была так задыхаться и обливаться потом. Мне не должно быть так больно от каждого удара сердца.

Аконит прокладывал себе путь через меня, пробираясь по моим венам своими смертоносными щупальцами.

Я ждала.

И ждала.

Вебстер не выходил.

Отлично. Мне придется противостоять и ему, и псевдо-Кавендишу. Должно быть, он тоже верил, что работает на настоящего главу шпионов. Как только я раскрою правду, он поможет мне схватить самозванца.

Я взвела курок, и щелчок эхом разнесся по коридору.

Спрятав его в пышном рукаве своей мантии, я в последний раз вошла в кабинет Кавендиша.