Клэр Контрерас – Эластичные сердца (страница 68)
— Джон. Сноу. Очень. Важная. Персона.
Я застонал, вспомнив, как Миа, Эстель и все остальные, кого я знал, говорили о нём.
— Это тот самый грёбаный Джон Сноу?
Николь обернулась и тихо вскрикнула от восторга.
— Да.
Я обнял её одной рукой и притянул к себе. Мы стояли на вершине небольшого холма и смотрели, как он идёт с грузным парнем. Ничего особенного в нём не было. Он казался невысоким. Зато я был уверен, что его причёска вызвала бы у Оливера зависть, — поэтому я сделал его фото и отправил, зная, что ответа придётся ждать долго.
— Ты счастлива? — спросил я, прижавшись губами к её уху.
Она кивнула.
— Я очень счастлива, — сказала она, разворачиваясь в моих объятьях и обнимая меня за шею. — Я очень, очень, очень сильно люблю тебя, Виктор Рубен. Несмотря на твоё отвращение к браку.
Я усмехнулся. Она была такой наивной.
— У меня нет отвращения к браку.
— Я слышала, как ты на днях разговаривал со своими родителями, — она сделала паузу, её голубые глаза вглядывались в моё лицо. — Я не против. У меня нет желания снова выходить замуж. Была там, делала это, купила футболку.
— Нахуй эту футболку.
— Ты говоришь так обо всём, что не имеет к тебе отношения, — сказала она, смеясь. — Я просто хочу сказать, что у тебя прекрасная жизнь. Я здесь не для того, чтобы нарушать твой организованный, педантичный образ жизни. Я просто хочу быть его частью.
Я вздохнул и согнул колени, укутывая её в тёплое одеяло, которое нам дали, когда мы сюда прибыли. Я удерживал её взгляд, пока говорил, — хотел убедиться, что ни одно моё слово не ускользнёт от её понимания.
— Ты когда-то говорила, что это было твоей целью, — сказал я, обводя рукой съёмочную площадку вокруг нас. — Мои цели всегда были связаны с карьерой, и когда я их достиг, я понял, что мои цели немного изменились — и где-то по пути ты стала моей целью. Я влюблен в тебя. За тридцать один год я многого добился и горжусь этими достижениями, но ни одно из них не заставляет меня чувствовать то, что вызываешь во мне ты. Когда мы вернёмся домой, моей следующей целью будет уговорить тебя переехать ко мне, а позже, со временем, — добиться твоего согласия выйти за меня замуж, потому что я люблю тебя и не хочу быть без тебя ни дня.
Потребовалось мгновение, чтобы мои слова дошли до неё, и когда это произошло, она моргнула, потом ещё раз, и слёзы, скопившиеся в её глазах, начали падать. Я ловил их, когда они покатились, стирая их.
— Я твоя цель? — прошептала она, улыбаясь.
— Ты — воплощение всех целей, о которых я и не подозревал, что мечтаю.
Наши губы встретились в медленном, чувственном, долгом поцелуе, от которого мне захотелось побежать обратно в отель и трахнуть её в джакузи. Оторвавшись друг от друга, мы обменялись улыбками.
— Знаешь, ты уже второй раз делаешь мне предложение, — сказал я. — Это рекорд для человека, который говорил, что не хочет снова выходить замуж, и только оформил развод.
Она залилась румянцем и отвернулась.
— Я вовсе не утверждала, будто против брака только потому, что в прошлый раз у меня не сложилось.
Я приподнял её подбородок и заставил взглянуть мне в глаза ещё раз.
— Хорошо, потому что я собираюсь на тебе жениться.
— Ты говоришь это так, будто знаешь, что я соглашусь.
— Разве ты ещё не поняла? — спросил я, втянув её нижнюю губу в рот и отпустив с громким чмоком. — Я всегда получаю то, что хочу.
Она была моей единственной. За тридцать один год я никогда ни к кому не испытывал таких чувств, как к моей красивой, дерзкой и сексуальной Николь Алесси, и я знал — так будет всегда.
Эпилог
— ТЫ ДОЛЖНА бросить свою работу и начать создавать свадебные платья, чтобы зарабатывать на жизнь, — сказала Тэлон, когда делала мне макияж.
— Возможно, когда-нибудь, — сказала я, глядя вверх, пока она подводила мои глаза.
— Ты будешь выглядеть потрясающе. Виктор пожалеет, что не предложил тебе выйти за него замуж восемь лет назад.
Я улыбнулась.
— Тогда я была не готова.
— Он производит довольно устрашающее впечатление, — сказала она, улыбнувшись.
— Немного. — Я замолчала. — Девочки готовы?
— Если под «готовы» ты имеешь в виду «одеты», то да. Хотя Майк сказал, что они собирают все цветы, которые разбросали во время репетиции.
Я рассмеялась.
— Прекрати двигаться.
— Прости.
В дверь постучали, а затем послышались громкие голоса Ханны, моей мамы, Мии, Эстель и Крисси. Мия и Крисси не умолкали с тех пор, как познакомились на девичнике на прошлой неделе. С ними было очень весело находиться рядом. Полагаю, мы все так думали.
Все, кроме Виктора, который стонал каждый раз, когда они вместе заходили в комнату.
— Я очень надеюсь, что у вас будут дочери, — сказала Эстель.
Я улыбнулась и потянулась, чтобы прикоснуться к её беременному животу, когда она встала рядом со мной.
— То есть ты хочешь, чтобы у твоего брата случился инфаркт к сорока годам? — спросила я.
Эстель рассмеялась.
— Он будет отличным отцом, — сказала Ханна.
Я полностью с ней согласна.
— Да, и у них будут красивые дети, — согласилась моя мама.
Когда я впервые сказала ей, что вместо того, чтобы искать другое жильё, когда закончится срок аренды, я переезжаю к Виктору, она взбесилась, но потом приехала в США и познакомилась с ним, и они мгновенно поладили.
— Я абсолютно согласна, и ты тоже будешь прекрасной матерью, — добавила Мейра, входя в комнату.
Мама резко обернулась. Мы много раз все вместе ходили ужинать, и это дало маме и Мейре возможность узнать друг друга. Я сомневалась, что мама одобрит кого-либо, на ком женится папа, но, казалось, она очень уважала Мейру.
— Ты потрясающе выглядишь, — сказала Крисси.
— Вот именно, и я хочу прямо сейчас жениться на тебе, — добавила Mия.
Я засмеялась. Я и так чувствовала себя переполненной радостью, но присутствие этих людей в моей жизни в этот день подняло мой восторг на новый уровень. Я не хотела большой свадьбы в этот раз, но как только мы начали считать членов семьи и друзей, у нас получилось двести человек. Я предложила сбежать, но Виктор отверг это очень быстро. Он не сказал этого прямо, но я знала, что он не хочет, чтобы я сравнивала эту свадьбу со своей и Гейба. Не то чтобы я когда-нибудь стала это делать. С Виктором я чувствовала себя защищённой, любимой и желанной, и хотя я могла бы привести миллион сравнений и привести миллион причин, почему этот брак был на сто процентов беспроигрышным вариантом, я этого не сделала. С моей стороны было бы несправедливо принижать то
Я пару раз видела его, когда он заходил ко мне на площадку для выгула собак, чтобы повидать Бонни. Папарацци очень любили об этом судачить, к большому раздражению Виктора, но он был не против того, чтобы мы поддерживали дружеские отношения.
Впрочем, он оценил, что Габриэль прислал ему коробку кубинских сигар и бутылку Blue Label в качестве поздравительного подарка на нашу свадьбу.
Маркус больше не возил меня. Ну, не всё время. Мне определенно больше не нужна была охрана, но мы поддерживали связь, и теперь ему приходилось выслушивать наши с Виктором разглагольствования. Казалось, его это устраивало, но больше он предпочитал общаться с Виктором, вероятно, потому, что разглагольствования обычно происходили во время баскетбольных, бейсбольных или футбольных матчах, которые были обычным делом в нашем доме. Я ненавидела спорт, и то, что я в итоге выходила замуж за человека, который был одержим им, было просто... безумием. Но мне это нравилось. Мне нравилось, когда в доме было полно людей.
Он несколько раз заводил разговор о браке, но я и представить себе не могла, что он встанет на одно колено. Не представляла, что однажды вечером, когда я войду в дверь после долгого рабочего дня, он притянет меня к себе и будет держать в объятиях бесконечно долго.
Просто будет держать и вдыхать запах моих волос. Когда он чуть отстранился и без слов всмотрелся в моё лицо, я забеспокоилась. Я уже собиралась спросить, что случилось, в чём дело, — как вдруг он опустился на одно колено, достал из кармана маленькую чёрную коробочку и поднял на меня взгляд.