Клэр Дуглас – Пара из дома номер 9 (страница 50)
Я пристально смотрела на нее. «Она тогда была ребенком». Я не могла представить, чтобы Дафна причинила кому-то вред сейчас. В конце концов, это я убила Нила. И я была так влюблена в нее, что поверила бы всему, что она мне скажет.
Мы просидели почти всю ту ночь, разговаривая. Дафна открылась мне впервые с тех пор, как мы встретились. Она рассказала мне историю Джин Бердон – маленькой девочки, которую газеты окрестили «злой»: о том, как отец пренебрегал ею и физически издевался над ней, оставляя бродить по заброшенным, разбомбленным кварталам Восточного Лондона.
– А потом у меня появилась подруга, – сказала она, ее лицо было пепельным в лунном свете. – И я была так счастлива, что нашла кого-то, кто действительно заботился обо мне. Я была эмоционально неразвита. Я ничего не понимала в отношениях, особенно с другими детьми. Во мне было столько злости… – Она слегка всхлипнула, и я сжала ее руку в знак поддержки. – В общем, когда Сьюзен – так ее звали – решила, что больше не хочет со мной дружить, у меня перед глазами все покраснело. Говорят, я взяла кирпич и ударила ее по голове. Но я не помню, чтобы делала это. Думаю, я могла толкнуть ее, и она упала и ударилась головой.
– Ох, Дафна…
– Я попала в тюрьму – конечно. Ну, это была не тюрьма для взрослых. Это был отдельный блок. К счастью, меня реабилитировали образованные и добрые взрослые, которые научили меня тому, что правильно, а что нет. Чего так и не сделали мои родители. – Она подтянула одеяло к подбородку и задрожала, вспоминая.
– Должно быть, это было ужасно, – сказала я.
– Это было не так ужасно, как дом, в котором я росла.
Я даже представить себе не могла. Мое собственное детство было прекрасным, я была единственным ребенком у двух добрых, внимательных родителей.
В тот вечер я предоставила Дафне рассказать о
Я не рассказала ей свою историю. Тогда – нет. Я хранила эту историю в тайне столько лет, что произнести ее вслух было бы слишком тяжело.
И я не хотела, чтобы между нами что-то изменилось. Дафна могла бы почувствовать себя неловко, если бы узнала мою историю. Я позволила ей и дальше верить, что я вдова, что мой «муж» умер до твоего рождения.
Я даже не рассказала ей о своей последней девушке.
Я и Одри были вместе долгое время. Мы не скрывали свою сексуальную ориентацию: ее не от кого было скрывать. Мои родители умерли, а она была из очень либеральной, интеллектуальной семьи. Ее родители были академиками. Но даже в семидесятые годы, в период свободной любви и сексуальной революции, все еще были те, кто осуждал нас, кто без обиняков высказывал нам свое неодобрение.
Однако, когда мне исполнилось тридцать, я захотела единственное, чего Одри не могла мне дать.
Ребенка.
И тогда я встретила Виктора.
42
– Нам нужно позвонить детективу-сержанту Барнсу, – первым делом говорит на следующее утро Лорна.
– Стоит ли беспокоить их в воскресенье? – спрашивает Саффи с дивана, кутаясь в свой велюровый халат баклажанового цвета; вид у нее несколько нервный. Том все еще в постели. Вчера вечером они не спали допоздна, проговорив несколько часов после того, как Тео и Джен ушли. Лорна проснулась в семь часов утра и уже позвонила своему начальству в Испанию, чтобы сказать, что ей нужен дополнительный отпуск. Начальник оказался на удивление понимающим.
– Безусловно. Это важно, – твердо отвечает она.
Хотя еще рано, солнце уже проникает в окна, и это поднимает Лорне настроение. После вчерашних откровений это совсем не лишнее. Единственное хорошее, что они выяснили, – это то, что у нее, возможно, есть единокровный брат. А все остальное звучало совсем не так радужно: и то, что Виктор Кармайкл мог быть ее отцом, и то, какие отвратительные вещи он мог совершить. Что за человек способен послать такого головореза, как Глен Дэвис, чтобы запугать ее? Свою собственную дочь? «Убийца», – думает Лорна. Мог ли он иметь какое-то отношение к трупам в саду? Может быть, он сейчас в панике, потому что прошлое настигает его, и боится, что его разоблачат спустя столько лет? Какие «улики» есть против него у ее матери?
И еще Саффи… Лорна переводит взгляд на дочь, которая смотрит куда-то вдаль, покусывая ноготь большого пальца. Все обиды, которые затаила Саффи и о которых Лорна даже не подозревала. Была ли она плохой матерью? Слова дочери до сих пор больно ранят ее сердце. Она не знает, как это исправить.
Лорна берет свой мобильный с кофейного столика.
– Не могла бы ты поставить чайник, солнышко? А я позвоню сержанту Барнсу. – Она уже выпила две чашки кофе этим утром и чувствует себя на взводе.
Саффи неохотно отрывается от созерцания неведомых далей, встает с дивана и направляется на кухню. Лорна слышит, как она хлопочет, открывая шкафы и ставя кружки на столешницу.
Сержант Барнс отвечает сразу же. Лорна начинает рассказывать о событиях прошлого вечера, тараторя так, что ему приходится просить ее повторить.
– Ого, неплохие новости, – говорит он, когда она заканчивает. – Мы пошлем кого-нибудь поговорить с Виктором Кармайклом сегодня.
– Он живет в Йоркшире…
– Это не проблема. И теперь, когда мы знаем, на кого работает Глен Дэвис, найти его тоже не составит труда, – заверяет сержант. Лорна чувствует волну облегчения. Она пребывала в постоянной тревоге с тех пор, как Дэвис схватил ее на улице. Она надеется, что они смогут посадить его в тюрьму. – Как вы можете догадаться, – добавляет Барнс, – визитка, которую он вам дал, не относилась к лицензированной сыскной компании. Вероятно, на ней указан номер стационарного телефона, и, когда один из моих офицеров позвонил на него, звонок прошел. Мы можем организовать тест ДНК. Когда Тео возвращается домой?
– Он останется до завтра. У меня есть его номер – уверена, он не будет возражать, если я дам его вам.
– Отлично. Я буду держать вас в курсе.
Сержант заканчивает разговор, и Лорна присоединяется к Саффи на кухне. Та смотрит в холодильник.
– У нас закончилось молоко. Опять… Как мы успеваем столько выпивать? – сетует она.
– Извини, – говорит Лорна, вспоминая. – Я вылила остатки в свой утренний кофе. Может быть, приляжешь и отдохнешь еще? Я схожу в деревню и куплю молока. – Она поглаживает руку дочери; велюр халата под ее пальцами мягкий, как плюшевый мишка. – Сегодня на ужин приготовлю что-нибудь вкусное. Что-нибудь питательное.
– Спасибо, мама. Ты не могла бы взять с собой Снежка?
Лорна кивает в знак согласия и смотрит, как Саффи идет по коридору и поднимается по лестнице – так, словно на ее плечах лежит вся тяжесть мира.
Лорна выходит из магазина на углу с пластиковым пакетом в руках – и тут же сталкивается с Мелиссой.
– Рада снова видеть тебя, – говорит та, широко улыбаясь Лорне. На шее у нее на цепочке висят очки для чтения. Лорна задается вопросом, каково это – всю жизнь жить в одной деревне. Она не прожила здесь и двух недель, а ей уже тоскливо.
– После встречи с тобой на днях я много думала. – Мелисса понижает голос, опираясь на свою палку. – О Роуз. И о Дафне…
– Вот как? – Лорна старается не надеяться на многое. Это было почти сорок лет назад. Что полезного могла вспомнить Мелисса?
– Не хочешь ли зайти ко мне на чашку чая? Мой коттедж находится там, внизу, у реки.
Рядом с «рыночным крестом» слышен плач ребенка и женский голос, уговаривающий его.
– Это было бы чудесно, – отвечает Лорна. Она чувствует, что Мелисса, вероятно, одинока и хочет вместе с кем-нибудь совершить экскурс в прошлое. Ладно, пусть Саффи и Том немного побудут наедине. К тому же Лорна хотела бы узнать больше о том, какой была ее мать в молодые годы. Ну и о загадочной Дафне тоже. Ей нужно скоротать время до встречи с Тео и Джен.
– Вы не против собак? – спрашивает она, отвязывая поводок Снежка от фонарного столба. – Это пес моей дочери.
– Конечно, нет. – Мелисса закидывает на плечо сумку из гобеленовой ткани. Она идет медленно, тяжело опираясь на палку.
Они переходят маленький мостик и проходят немного вдоль реки. Снежок останавливается, чтобы понюхать ствол плакучей ивы. Потом они доходят до ряда коттеджей в противоположном конце деревни от дома Саффи. Коттедж Мелиссы меньше, он встроен в общий ряд, но возведен из того же котсуолдского камня – и выглядит именно так, какими Лорна привыкла видеть типичные для Беггарс-Нук строения.
Она проходит за Мелиссой через входную дверь и попадает прямо в гостиную с низким потолком, из которого выступают балки. Старомодная гостиная обставлена диванами с цветастой обивкой и большими подлокотниками, по стенам развешены тарелки с рисунками, но в этом есть свой шарм. И здесь чисто и аккуратно, что очень важно для Лорны. Она не выносит беспорядка. Ей интересно, была ли Мелисса замужем и были ли у нее дети.
– Чувствуй себя как дома, – говорит Мелисса, указывая на диван. – Чашечку чая?
Лорна отвечает, что это было бы замечательно, и предлагает сама приготовить его, но Мелисса не соглашается. Она очень независима. Очевидно, чувствуя себя более уверенно в собственном коттедже, оставляет трость у стены. Лорна устраивается на диване, Снежок ложится к ее ногам.