Клэр Дуглас – Пара из дома номер 9 (страница 26)

Мне было неудобно просить их присмотреть за тобой только ради того, чтобы я могла пойти в паб. Но Дафна была так воодушевлена перспективой, ее мелкие зубы сверкали в улыбке, волосы прядями ниспадали на плечи… Она была единственной знакомой мне женщиной моего возраста в деревне. Что плохого в том, чтобы пойти куда-нибудь на один вечер? Выпить немного и вести себя как нормальные женщины за тридцать, а не как две отшельницы?

Поэтому я решилась на это, а когда на следующий день попросила Джойс и Роя помочь, те с радостью согласились. Они пришли на следующий вечер – в пятницу – и принесли для тебя трубочку «Смарти», а я сказала, что ты можешь лечь спать немного позже, чтобы побыть с ними. Но на сердце у меня все равно было тяжело, когда я махала тебе на прощание. Ты стояла на пороге между Роем, одетым в коричневый кардиган с большими пуговицами, и Джойс, облаченной в цветастое платье; свет из прихожей лился на подъездную дорожку. А потом, когда Джойс закрыла входную дверь, нас окружила темнота. Воздух был настолько холодным, что наше дыхание превращалось в пар, а на земле сверкал иней. Мы держались друг за друга, чтобы не поскользнуться на склоне, спускаясь к деревне. Дафна была в своем бархатном пальто с аппликациями, черном поло и расклешенных бордовых брюках из вельвета, вокруг ее шеи был намотан длинный шарф, а я переоделась в длинное платье в цветочек и сапоги, натянув поверх толстую овчинную дубленку, которую купила в благотворительном магазине пять лет назад. Я старалась не волноваться о том, что мы вдвоем в этой темноте, старалась не думать о том, что за нами могут наблюдать из-за живой изгороди, говорила себе, что никому не придет в голову искать меня в Беггарс-Нук. Вместо этого я пыталась сосредоточить внимание на Дафне, моей квартирантке, на женщине, которая – несмотря на все обещания, данные мною самой себе после изгнания Кей, – постепенно становилась мне другом.

– Ты уверена, что нормально ходить в «Олень и фазан», хотя ты там работаешь? – спросила я.

Дафна пожала плечами.

– А что такого? Там тепло. Там есть выпивка. И это избавляет нас от необходимости куда-то ехать.

Я ненавидела водить машину, хотя иногда, по необходимости, делала это. Но то, что мамин «Моррис Марина» был припаркован у коттеджа, давало мне дополнительное ощущение безопасности: в случае чего я смогу быстро удрать вместе с тобой.

Снаружи паб выглядел нарядно, словно на рождественской открытке. Дверной проем все еще обрамляли гирлянды, квадратные окна, обрамленные каменными плитками, запотели, но я различала силуэты людей, толпящихся внутри. Когда мы вошли, на нас обрушилась какофония шума и запах алкогольного перегара вперемешку с арахисом. Группа пожилых мужчин стояла в углу и играла в дартс, а на музыкальном автомате кто-то поставил «Don’t Bring Me Down» группы ELO. Когда мы вошли, из-за барной стойки выглянул Джоэл, хозяин заведения. Он доброжелательно улыбнулся мне, как всегда. Но когда заметил Дафну, лицо его слегка помрачнело. Мне стало интересно почему. Такое поведение меня насторожило, и я снова вспомнила, что не знаю Дафну по-настоящему. Я не могла ослабить бдительность. Это было утомительно – постоянно быть начеку, как один из гвардейцев, охраняющих Букингемский дворец, – но я жила так уже четыре года. Обычно Джоэл был невероятно добродушным, одним из самых веселых людей, которых я встречала в жизни, а когда он улыбался, что случалось часто, от губ к крыльям носа пролегали складки. Возрастом около сорока лет, он был красив на грубоватый, приземленный лад, говорил с теплым акцентом Уэст-Кантри и питал любовь к джемперам с рельефным узором. И прежде Джоэл был добр ко мне. Когда я только приехала в деревню, беременная тобой и боявшаяся собственной тени, он помог мне. Я тогда ошибочно решила, что за мной следят, потому что какой-то мужчина (впоследствии выяснилось, что это Мик Бракен с фермы на краю Беггарс-Нук), ничего не подозревая, выгуливал свою собаку позади моего дома, на участке, который, как я теперь знала, принадлежал ему. Джоэл тогда усадил меня на один из барных стульев, сделал мне чашку кофе и подождал, пока я перестану дрожать. Он не задавал никаких вопросов, не пытался заставить меня рассказать ему, чего или кого я так боялась. Он просто успокаивал меня своим присутствием. Я часто жалела, что Джоэл не в моем вкусе.

– Чем могу вам быть полезен, дамы? – спросил он из-за барной стойки. – Что будете пить?

– Я угощаю, – заявила Дафна, доставая кошелек из бахромчатой сумки. – В благодарность за то, что ты позволила мне поселиться у тебя.

Я заметила взгляд, которым она обменялась с Джоэлом, и это вызвало у меня тревожное чувство, как будто они знали что-то, чего не знала я.

Я заказала сухое белое вино, Дафна взяла то же самое, и мы сели в углу у камина, на другой стороне от мужчин, играющих в дартс.

– Ты нормально ладишь с Джоэлом? – спросила я, скидывая дубленку и стараясь говорить непринужденно. Тот стоял к нам спиной, наполняя стакан напитком янтарного цвета из бутылки, закрепленной на стене.

– Полагаю, да. А что?

– Я просто ощутила… не знаю… какое-то напряжение между вами.

Дафна откинула волосы с лица. Сегодня она накрасила глаза сильнее, чем обычно, густо подведя их синим, – из-за этого они казались огромными. Что, надеялась кого-то подцепить? Мне захотелось рассмеяться от этой мысли. Джоэл был здесь единственным мужчиной, которого можно было назвать приемлемым. Дафна понизила голос и наклонилась ко мне через стол. Я чувствовала запах вина в ее дыхании.

– Он кое-что сделал. Вскоре после того, как я приехала сюда. Он был очень настойчив, приставал ко мне…

– Что? – в ужасе ахнула я. Иногда я подозревала, что Джоэл питает ко мне слабость, но он никогда не показывал этого. И никогда не заставлял меня чувствовать себя неловко.

– Да. Я пылесосила ковер здесь, внизу, в послеобеденный перерыв, и он подошел ко мне сзади. Обхватил меня очень крепко, так что я не могла вырваться, и стал целовать мою шею. Прижался ко мне… – Она сморщилась от отвращения. – Я чувствовала… – Ее передернуло. – Чувствовала все.

– О боже. – Оказывается, я еще хуже разбиралась в людях, чем мне казалось. Я бы никогда не подумала такого о Джоэле. Он всегда казался идеальным джентльменом.

Дафна откинулась на стуле с самодовольной ухмылкой и сложила руки на груди.

– Я знаю, что говорю.

– Ч-что ты сделала?

– Оттолкнула его. Сказала ему, что, если он еще раз попытается сделать что-то подобное, я отрублю ему член.

Я чуть не подавилась своим вином.

– И с тех пор он отравляет мне жизнь. Очевидно, ему не нравится, когда его посылают. Тьфу! Честно говоря, меня ужасно бесят мужчины, которые думают, будто могут так глумиться над женщинами. Ну, со мной такое не пройдет!

Я не могла не восхититься ее решительным настроем – она совсем не была похожа на ту нервную, издерганную женщину, которую я встретила в канун Рождества. Но это подтверждало все, что – как мне казалось – я знала о ее прошлом. Дафна была жертвой жестокого, унижающего женщин мужчины, как и я.

Она протянула руку и коснулась моей ладони.

– Мы должны держаться вместе, ты и я, Роуз. Это поганый мир. Мы должны заботиться друг о друге.

Я посмотрела за стойку, где Джоэл наливал выпивку двум пожилым фермерам, смеясь над какими-то их словами, и мой желудок сжался от разочарования. Джоэл виделся мне приятным человеком, но оказался таким же, как и остальные мужчины.

Должно быть, он почувствовал, что я наблюдаю за ним, потому что повернулся ко мне и тепло улыбнулся.

Я не улыбнулась в ответ.

21

Она замечает его раньше, чем он видит ее. Огромный, как медведь, мужчина. Сидит в углу зала ресторана, бледно-голубая рубашка едва не трещит на широких плечах, темные волосы взъерошены, на красивом лице пробивается щетина. У нее что-то сжимается внутри.

Юэн Катлер. Ее бывший муж, любовник и лучший друг.

Его голова склонена над блокнотом со спиральным корешком; Юэн грызет конец ручки, а когда излишне услужливый официант провожает Лорну к его столику, она замечает чернильные пятна на указательном пальце бывшего супруга. Это заставляет ее вспомнить то время, когда они только поженились и он начал изучать журналистику, постоянно что-то черкая в углу их крошечной квартиры.

Юэн поднимает глаза при ее приближении и откладывает ручку. У него волевое лицо, которое кажется строгим и напряженным, как у боксера перед боем, пока он не улыбнется – и тогда его черты мгновенно смягчаются.

– Лорна! – Юэн встает. При росте метр восемьдесят два он возвышается над ней, как гора. Ему приходится наклониться, чтобы поцеловать ее в щеку. От него, как обычно, пахнет пряным лосьоном после бритья и стиральным порошком, и этот запах противоречит его взъерошенному виду.

Лорна опускается на сиденье напротив. Они ждут, пока им принесут меню, потом заказывают напитки, прежде чем начать разговор.

– Хорошо выглядишь, – говорит он.

– Ты тоже. – И это правда. Все такой же массивный, но более стройный, чем в прошлую их встречу, с более подтянутым животом. И, несмотря на морщины вокруг глаз, в сорок два года в нем по-прежнему есть что-то мальчишеское.

– Как тебе живется в Испании?

– Неплохо. Ты же меня знаешь – дурная голова ногам покоя не дает.