Клэр Дуглас – А затем она исчезла (страница 35)
Хизер почувствовала, как ее снова начинает захлестывать ярость.
– Должно быть, сначала ты накачал ее наркотиками. Потому что только так ты можешь получить свой кайф.
Дилан резко нахмурился, его руки сжались в кулаки.
– Ты действительно жалкий неудачник! – Окрыленная победой, Хизер продолжала дразнить его. – Наконец-то моя сестра поняла, кто ты есть на самом деле.
– Да ты просто ревнуешь, – парировал он. – Флора в меня влюблена.
– Не обманывайся. Она тебя бросила.
Дилан резко поворачивается к ней:
– А ты только этого и ждешь. Вечно путающаяся под ногами маленькая прилипала… Так тебя Флора называет. Во все дырки суешь свой нос. Она ненавидит тебя.
«Неправда. Флора никогда такого про меня не сказала бы. Никогда».
– Убирайся отсюда, а не то я расскажу полиции, что ты даешь моей сестре наркотики!
– Ну, давай, звони! – Дилан поднял край футболки, чтобы стали видны следы от хлыста на его спине. – Им будет интересно послушать историю о том, как ты на меня напала. Чокнутая дура, – процедил он, а потом с наглой ухмылкой добавил: – Ладно, я пошел. Флора знает, где меня найти. Вот увидишь, прибежит, как собачонка…
– Если ты еще раз вернешься, мой дядя Лео тебя пристрелит! – кричит Хизер ему в спину, на что Дилан отвечает непристойным жестом.
Она прогнала этого негодяя, но какой ценой? Впала в ярость и сорвалась… Снова.
Флора видела, как пришел Дилан. Сидя у окна спальни, она слушала свой любимый альбом «Олл эбаут Ив» и вспоминала о волшебном вечере, проведенном с Диланом накануне. Она хотела бы увидеться с ним, но знала, что должна проявлять осторожность. Дядя Лео строго отчитал ее за наркотики и предупредил, что если он еще раз застанет ее в таком состоянии, то перестанет прикрывать: расскажет все Марго и позвонит в полицию по поводу Дилана. Рисковать нельзя.
И тут, словно по волшебству, Дилан появляется в саду и о чем-то начинает говорить с Хизер! Ее сердце заколотилось от радости: он пришел с ней повидаться… Ее любимый Дилан. Такой красивый, что так и тянет его обнять…
Флора быстро окинула взглядом сад и прилегающие поля в поисках дяди Лео. Где он? Поехал кататься верхом или помогает матери в кемпинге? Или опять уединился со своей глупой подружкой?
Раздавшийся крик боли заставил ее присмотреться к тому, что происходит между Диланом и ее сестрой. Наблюдая за жестоким избиением, Флора чуть не потеряла сознание. Как страшно перекосилось от ненависти лицо сестры! Раз, два, три… Свистящие звуки ударов хлыста раздаются снова и снова. А Дилан, закрывшись руками, воет от боли.
«Что она делает?!»
Флора начала стучать по стеклу, однако Хизер ее не слышала.
«Она убьет его! Я должна вмешаться».
Флора выбежала из комнаты, кубарем скатилась по лестнице и босиком выскочила в сад. Но она опоздала. Дилана уже не было, а Хизер стояла, рассеянно глядя на валяющийся у ее ног хлыст.
– Какого черта ты себе позволяешь? – закричала Флора, схватив сестру за руки. – Я все видела из окна.
Хизер виновато потупилась.
– Не знаю, что на меня нашло… Извини.
– Ты – маленькая психопатка! – кричала и плакала Флора, яростно тряся сестру. – Куда он пошел?
Хизер равнодушно пожала плечами. Флора сильно толкнула ее в грудь – так, что сестра отлетела и упала спиной на траву, – и побежала по лужайке. Быстро, как только могла: босыми ногами наступала на камни и чертополох, но ничего не чувствовала.
Вот и Дилан – юноша выходил на ярмарочную площадь. Она попыталась позвать его, однако от быстрого бега дыхание сбилось, и вместо крика раздался лишь хриплый стон. Видимо, придется идти по ярмарке босиком. Флора поморщилась, представив, как наступает на жвачку, фантики от конфет и бог знает на что еще. Но ей так хотелось поцеловать его, погладить по раненой спине, что она была готова идти хоть по гвоздям.
Дилан остановился, щурясь от солнца, и потянулся рукой к тому месту на спине, куда его ударила Хизер.
«Бедный мальчик…»
Флора сделала еще несколько шагов вперед и, еле переводя дыхание, позвала:
– Дилан!
Одновременно с ней другой женский голос тоже выкрикнул:
– Дилан!
А затем Флора увидела, как какая-то девушка подбежала к ее парню и буквально прыгнула в его объятия.
Ее словно ударили в живот. Она почувствовала боль и тошноту, когда увидела, как незнакомка впилась губами в губы Дилана.
«Я потеряла его. И во всем виновата Хизер».
35
36. Джесс
Звонит будильник, и я с трудом прихожу в себя. Всю ночь я проспала одетая, лежа поверх одеяла. Рори рядом нет. На его стороне кровати подушка осталась нетронутой. Неужели он так и не вернулся домой вчера вечером? Меня охватывает страх и отвращение к себе: глаза с трудом открываются, во рту пересохло.
Вчера я так перепугалась, обнаружив, что за моей входной дверью кто-то был, что нарушила данное себе обещание не пить в течение недели, открыла бутылку вина и всю ее осушила. Хотелось отключиться от страха, от одиночества, от накативших воспоминаний. Потом, видимо, я доползла до спальни и рухнула в кровать.
Кое-как встаю и иду посмотреть, вдруг Рори спит на диване. Но и там его не нахожу. Проверив телефон, понимаю, что звонка от него тоже не было. Что могло случиться?
Включаю чайник и тут же начинаю набирать номер Рори. Наконец в трубке раздается хриплое «алло».
– Рори, где ты? Ты в порядке?
Раздается шорох, как будто он встает с кровати.
– Да. Извини. Йен предложил мне остаться на ночь, чтобы мы могли немного выпить.
Чувствую одновременно облегчение и тревогу. Мы вместе уже почти три года, и Рори всегда предупреждал меня, если где-то задерживался или оставался.
– Почему ты не позвонил мне?
В трубке раздается глубокий вздох.
– Я думал, ты опять будешь занята. Вот и решил… Ты так часто бываешь в Тилби… – Он не говорит «с Марго», но я умею читать между строк. – Извини, я должен был позвонить. Просто разозлился и решил тебя наказать.
При этих словах не могу сдержать улыбку: вот такой он, мой Рори, – всегда говорит правду. Не то что я.
– Боюсь, это нас ни к чему не приведет, правда? – В его голосе звучит сожаление. – Всю эту неделю я преподаю в Хэнхэме, но вернусь домой к шести. Давай сегодня нормально поговорим, ладно?
Рори всегда найдет правильное решение: не уснет, пока мы не помиримся, не будет сидеть и обижаться, лелея и пестуя свою обиду. Мы с ним совсем не похожи, и за это я его люблю.
– Конечно, – соглашаюсь я, испытывая благодарность и облегчение.
Я познакомилась с Рори на вечеринке в Хаммерсмите. Мне только что исполнилось двадцать девять, и я все еще переживала из-за краха, которым закончился мой первый серьезный роман. В тот вечер я не планировала ни с кем знакомиться – я была сыта мужчинами по горло. Просто сидела на видавшем виды ковре, потягивала теплое пиво и с тоской наблюдала за происходящим. Моя подруга и коллега Анита танцевала в центре комнаты в компании незнакомых мне людей: они с завидной самоотдачей прыгали и дергались под музыку.
– Вас срочно нужно развеселить, – донесся чей-то голос, и рядом со мной уселся парень с копной темных вьющихся волос, синими глазами и озорной улыбкой. Он был одет в расклешенные брюки и рубашку в стиле 70-х годов прошлого века, с ярким орнаментом. Несмотря на нелепость одежды, он не выглядел смешным. Должно быть, у меня был очень выразительный взгляд, потому что он слегка покраснел.
– Удивлены моим внешним видом? Я только что с вечеринки в стиле семидесятых. Это было отвратительно.
В ответ я рассмеялась:
– Неужели хуже, чем сейчас?
Некоторое время он наблюдал за безумными движениями танцоров и вдруг со словами «выглядят они очень счастливыми» вскочил и резко потянул меня за собой. А затем молниеносно выхватил из рук кружку, пристроил ее рядом с несчастным цветком, чей горшок превратили в пепельницу, и вывел меня на середину комнаты, где стал выделывать какие-то невообразимые кренделя. Я была ошарашена его бесцеремонностью. Стоит сказать, что танцевать я не умею и не люблю, но тут безропотно подчинилась – настолько милым и обаятельным был незнакомец. В конце концов я даже начала получать удовольствие от всей этой фантасмагории. Когда мелодия закончилась, мы рухнули в старое выцветшее кресло, еле переводя дыхание.
А потом стали говорить – и не могли остановиться. О, этот мягкий ирландский говорок! Я поймала себя на мысли, что могу бесконечно сидеть у него на коленях и слушать, как он рассказывает о своих братьях, сестрах и родителях; о своей работе учителем и любви к детям. Я была очарована этим умным и красивым мужчиной в ужасной рубашке и хотела бы встретиться с ним снова. Его оптимизм и любовь к своей семье были настолько заразительны, что я сразу же отчаянно захотела стать ее частью, и вскоре мне это удалось. Его близкие приняли меня в свой круг, где царила любовь и были приняты дружеские подначивания. Я полюбила их почти так же сильно, как самого Рори.