Клепиков Василий – Морок: Стужа (страница 2)

— Ты можешь остаться.

— Могу. — Она посмотрела на меня. — Но я не хочу. Это моя метка, мой сон, моя зима. Я должна её встретить.

Я не стал спорить. Мы сели в машину и поехали.

Дорога на север была пустой. Город остался за спиной, и теперь только лес, серый, хмурый, тянулся по обе стороны. Небо было низким, тяжёлым, и в нём, на западе, клубились тучи.

— Она там, — сказала Ева, глядя в окно.

— Кто?

— Женщина из сна. Она ждёт.

Я промолчал. В зеркале заднего вида, в отражении Евы, я видел небо. Серое, низкое, тяжёлое. И в нём, на секунду, мне показалось, я вижу крыло. Белое, огромное, оно пронеслось над лесом и исчезло.

— Ты видел? — спросила Ева.

— Да.

— Она следит за нами.

— Гамаюн?

— Нет. — Ева покачала головой. — Другая. Та, что была до.

Я нажал на газ. Впереди, за лесом, начинался север. И зима, которая пришла раньше срока.

Глава 2. Ледяницы

К вечеру второго дня дорога привела нас к деревне. Она лежала в низине, у замерзшего озера, и казалась вымершей. Ни огней, ни дыма, ни лая собак. Только ветер гулял по пустым улицам, гоняя сухие листья, и где-то скрипела калитка, открытая настежь.

— Здесь кто-то живёт? — спросила Ева.

— Должны, — ответил я. — По карте это единственное жильё на сто километров.

Кикимора, сидевшая у меня на плече, молчала. Она напряглась, уши прижала, и я чувствовал, как её когти впиваются в куртку.

— Что? — спросил я.

— Она здесь, — прошептала Кикимора. — Та, что спит во льду.

— Морена?

— Не она. Её слуги. Те, кто ждёт.

Я остановил машину у крайнего дома. Дверь была заперта, но изнутри, из-за досок, пробивался тусклый свет. Я постучал. Долго никто не открывал. Потом щеколда лязгнула, и на пороге появилась старуха. Высокая, худая, с лицом, изрезанным морщинами, и глазами, которые смотрели сквозь тебя, а не на тебя.

— Вам чего? — спросила она. Голос был сухой, как шелест бумаги.

— Проездом, — сказал я. — Можем переночевать?

— Можете. — Она посторонилась. — Но только ночь. На рассвете уезжайте.

— Почему?

— Потому что они выходят по ночам. — Она посмотрела на Еву, на её лицо, на перо в руке. — Ты та, кого они ждут?

— Нет, — сказала Ева. — Я та, кто ищет.

Старуха усмехнулась. В её усмешке не было тепла.

— Одно и то же. Проходите.

В доме было чисто, но холодно. Печь не топили, окна занавешены плотной тканью. Старуха поставила на стол хлеб и чай.

— Рассказывай, — сказал я, когда мы сели. — Кто они?

— Ледяницы, — ответила она. — Белые женщины. Они живут подо льдом, в озере. Раньше они спали, но месяц назад проснулись. Сначала пропал старый рыбак. Пошёл проверять сети, не вернулся. Потом его сын. Потом ещё двое.

— И никто не искал?

— Искали. Те, кто искал, тоже не вернулись. — Она помолчала. — Они выходят по ночам. Стучат в окна, зовут по имени. Если откроешь — уводят под лёд.

— И что им нужно?

— Мстят. — Старуха посмотрела на Еву. — Много лет назад здесь жила девушка. Красивая, добрая. Её утопили. Говорят, за то, что не отдала долг. Говорят, за то, что не хотела. Правды никто не знает. Но она утонула, а после неё начала пропадать рыба, мёрзнуть хлеба, а потом пришли они.

— Вы знали её?

— Зна́ла. — Старуха опустила глаза. — Я была девчонкой. Мы вместе бегали на озеро. Она умела плавать лучше всех. А я не умела. Поэтому я осталась. А она… она не вернулась.

В комнате стало тихо. За окном завывал ветер.

— Где это случилось? — спросил я.

— В заливе, за старым причалом. Там, где вода не замерзает до самого января. Сейчас она уже покрылась льдом. Но подо льдом она всё ещё течёт.

— Мы пойдём туда, — сказала Ева.

— Не ходите, — покачала головой старуха. — Они ждут. Они всегда ждут.

— Мы пойдём, — повторила Ева.

Ночь была тёмной, безлунной. Озеро лежало перед нами, чёрное, гладкое, и только у причала, где когда-то стояли лодки, лёд был тонким, молочным, с прожилками, похожими на вены.

— Она там, — сказала Кикимора. — Я чувствую.

— Что мы должны сделать? — спросил я.

— Увидеть. Понять. И уйти. Или остаться.

Мы пошли по льду. Он трещал, прогибался, но держал. Ева шла впереди, сжимая перо. В его свете лёд казался прозрачным, и под ним, в глубине, я видел тени. Они двигались, кружили, и в их движении было что-то древнее, голодное.

— Они здесь, — прошептала Ева. — Они смотрят на нас.

— Не смотри на них, — сказал я.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.