Клементина Бове – Ужель та самая Татьяна? (страница 92)

Призрак тех лет, когда улыбается нам летняя ночь,

Вспыхнув, погасла звезда; и вопрошаем себя с замиранием сердца:

Что впереди и какой выбрать в жизни нам путь?..

Эх, знать Татьяне бы тогда,

Как целовать Евгения и куда…

Но десять лет прошло; умчались прочь мечты —

сменили их весомые черты

Реальной, грубой прозы жизни.

Но отрочества, отрочества вкус…

Сдалась Татьяна. Разлепила губы.

«Пусть.

Всего два дня. Но после – всё! И точка».

«Ну что ж, пусть всё», – Евгений отвечал,

подумав: «Всё? Какая заморочка».

А что такое «всё»?

Всё – это значит:

Долой все уверенья и терзанья,

Долой ошибки, лепет оправдания,

Дрожь ожидания и стон желания,

И крики радости, и шепот злой —

Долой, долой, долой, долой, долой!

Всё,

Что останется, —

В той спальне тесной, где живёт Евгений,

В мансарде над последним этажом,

Любовники под облаком, плывущим

Над округом девятым, а внизу —

Музей Гревен; меж кукол восковых

Они одни – живые, молодые,

Влюблённые; напейтесь же печали

Вы терпкой, пробродившей два столетья,

И грусти от разлуки в десять лет,

Ведь это и моя печаль, и ваша.

И мировая скорбь – и наслажденье.

Всё,

Что случится, перед смертью вспомнят

И скажут: как раскрылись мы с тобою,

Два дня всего друг друга мы любили,

И за два дня мы переполнились друг другом…

Всё:

вот он, миг, с которого отсчёт:

Прямо на лестнице-улитке,

изогнувшейся безумной винтовой спиралью,

Татьяна отгибает воротничок у свитера Евгения —

так осторожно входят в раскинутую палатку —

И обжигает губами его шею…

Евгений ерошит ей волосы.

И вот теперь

Уж действительно

Всё.

Не стану я вас мучить этой сценой.

Сама её не видя… иль – чуть-чуть:

Нескромно заглянувши за портьеру, —

Да что тут нового? Известно вам самим —

Иль будет вскорости доподлинно известно, —

Какие тайны и секреты в спальне тесной

Раскроются: минута ожиданья,

Потом восторг и любованье,

И восхищенье, и настройки тонкой лад,

И вдруг переключаются регистры —

И уж мотив стремительный и быстрый,

И клавиши под пальцами горят…

Касанья рук, сплетенья ног,

И кто кому даёт урок,

И сладки тайные изгибы, и ключи