Клементина Бове – Ужель та самая Татьяна? (страница 19)

И вот уж кружатся и мысли, и слова,

Летят снежинками, ложатся друг на друга,

А у Татьяны ямочки на щёчках —

Как много знает умных он цитат,

И губы так похожи на кавычки!

И уж она подстерегает

То колдовство поэзии, что в них

Заключено:

Нет. Дух твой не из бездн не так он горек Бросок костей случайности не отменяет Жизнь – то, что происходит. Пока ты сам планируешь другое Твои глаза – они моё Перу моя Голконда Индия моя Ребёнок – о чудовище, содеянное взрослыми из своих же сожалений…

Евгений знает десятки таких цитат; память усердно подсказывает их ему, тщательно расставив по полочкам, под грифом «прочитано».

Ему очень нравится пользоваться этой способностью, чтобы блеснуть в обществе; но почему же с Татьяной всё иначе – на неё эти цитаты не то чтобы произвели глубокое впечатление – нет,

Ей как будто нужно время их обдумать,

Схватить смысл и изучить его,

Он даёт ей цитаты в скорлупе,

А она её для него раскалывает, и слова предстают очищенными.

И вот Татьяна размышляет вслух. А на её ладони – жучок или муравей…

Все букашки Татьяне послушны:

К ней слетаются, быстры, воздушны,

И садятся ей на ладошки,

Чуть заметные лёгкие крошки,

Блестят брюшки, танцуют их ножки,

А разноцветные спинки

Словно на детской картинке.

И жуки все Татьяне подвластны:

С голубой спинкой жук или с красной,

Муравей или божья коровка —

По ладошке как бегают ловко!

А Евгений мучительно ищет ответ на вопрос: что интересного она находит в этом марафоне микроскопических существ? Ей нравится, когда ей щекочут ладонь?

Да нет же – ведь насекомым свойственно настойчивое стремление найти прямой путь и по нему бежать до цели; решение простое и ортоскопичное. И, должно быть, это зрелище помогает ей формулировать мысль. У неё иные мысли и иные чаяния в жизни; Евгению нравится, как она их формулирует – неожиданно и непоследовательно.

Да поглядите только – сядет у оконца

И смотрит на букашек; нет, она

Не думает совсем, что будет взрыв на Солнце,

И вся Земля им будет сожжена…

Понимаешь, моя тетя… она внушает мне, что молодостью нужно пользоваться… А я думаю – это нехорошо и немного фальшиво; не знаю как для тебя, но я не могу пользоваться молодостью нарочно, это для меня непосредственно сейчас, я только позже смогу себе сказать, как для меня был важен этот миг. Но сейчас, в самый этот миг, я в нём живу, каким бы он ни был, и по-моему, это мучительное чувство. Но речь не о тебе.

Уже давно мучительным Евгений,

Как и полезным, не считает ничего;

Но чувство странное преследует его —

Не хочет рушить иллюзорных впечатлений,

Не хочет говорить, что всё кругом тоска,

Потеря времени, мечты и небылицы;

Так думает он с видом бодрячка

И милосердием своим гордится.

И вдруг Татьяна заставляет его сорваться, спросив: «А чего бы ты хотел добиться в жизни?»

Он раздраженно отвечает, что ему, в сущности, плевать: ничего особенного он делать не хочет, потому что всё кругом занудство и отстой.

Это удивляет Татьяну:

«Но, Евгений, разве у тебя нет желания совершить в жизни что-нибудь этакое… раскрыться, наконец… и чтобы тебе самому это нравилось?»

«Мне ничего не нравится». «Ничего?»

«Ничего». У Татьяны расстроенное лицо. «Ничего-ничего?»

И даже здесь сидеть, со мною споря?

Так думает она, спросить не смея вслух

Тебе со мною скучно?

«Но… как же… ведь общение с людьми,

и путешествия – ведь это так прекрасно!»

Евгения немного занесло;

он говорит: «Но, знаешь, ведь тоска

Не место, из которого сбежал —

и можешь дальше жить, довольствуясь собою;

нет, от тоски нигде, нигде не скрыться;

она преследует от утра до утра;

у англичан есть сплин, у русских есть хандра…

Везде, во всём тоска».

Вот уж открытье так открытье.

В Евгении – такая пустота?

Зачем же он скрывал её так долго?

Молчит она. Он что же, депрессивный?