Клаудия Грэй – Учитель и ученик (страница 36)
Куай-Гон уловил отфильтрованное признание. “Недавний материал” - повторил он. “Но не все?”
Члены оппозиции переглянулись, и Халин вздохнула. “Приближаемся. Позвольте мне показать вам, что у нас есть.”
В пещере не было ни света, ни запасов оборудования, ничего, что могло бы опровергнуть предположение Куай-Гона о том, что это не одна из их баз. Однако пара фляг стояла в небольшой расщелине, а несколько циновок были сдвинуты в полукруг достаточно близко к входу в пещеру, чтобы было немного света. Значит, это убежище. Место экстренной встречи. Несколько гаталентанских медитативных свечей стояли в алькове; кто-то пытался найти здесь покой.
Они с Оби-Ваном сидели на двух циновках, пока Халин возилась с древним дроидом-астромехом. В конце концов он начал воспроизводить голограммы танцевального представления перед храмом, в центре которого кружилась Халин Азукка. Несколько других членов клуба танцевали рядом с ней, а толпа наблюдала за ними.
“Именно для этого мы и собрались здесь, - сказала Халин. Выражение ее лица было задумчивым. “Политическое искусство. Действия, которые могли бы поднять дух, пока они информируют общественность. Мы устраивали шоу в общественных местах, шутили, делали все возможное, чтобы привлечь к себе внимание. Но мы никогда, никогда никого не обижали. Это последнее, чего бы нам хотелось.”
“И все же насилие переросло в взрывы, - заметил Оби-Ван.
“Это не мы!- насмехалась она. - Рекли вон там? Он же барабанщик. Баджо фокусирует свои линзы для создания абстрактных голограмм. Я училась на кукольника. Неужели ты всерьез думаешь, что я знаю, как сделать бомбу? Что любой из нас мог бы сделать? Мы же художники.”
- Художники с оружием”-сказал Куай-Гон.
“Мы взяли несколько бластеров, когда были в бегах, только чтобы защитить себя, - настаивала Халин. - Первые жестокие нападения напугали нас так же сильно, как и всех остальных. Когда силовики сказали, что мы несем ответственность? Это было так нелепо. Некоторые люди хотели сдаться полиции, просто чтобы доказать свою невиновность. Я не допускала этого; я думала, что Черка может оказать давление на правительство, чтобы оно признало нас виновными даже без доказательств. Но чем дольше мы скрывались, тем больше накапливалось зверств. Доказать нашу невиновность становилось все труднее и труднее. И кто бы это ни был, он даже не находился под подозрением, потому что правительство так уверено, что именно мы террористы.”
Куай-Гон чувствовал ее честность. Даже без Силы он знал бы, что ее счет лучше отслеживается с помощью схемы атак, чем любая другая теория, которую они придумали до сих пор. Ранние, целенаправленные, бескровные операции резко контрастировали с более смертоносными атаками, которые последовали за ними. Вполне логично, что это может быть работа двух отдельных групп вместо одной.
Однако некоторые моменты оставались неясными. “Вы продолжали свои шалости и после того, как начались теракты, даже после того, как обвинили оппозицию. Это может только подстегнуть мысль о связи между вами и так называемыми негодяями.”
“Всего два дня назад ты выкинула какой-то трюк, - вмешался Оби-Ван. “А ты думал, что воздушный шар у дворца принесет тебе хоть какую-то пользу?”
Каждый член оппозиции в пещере ухмыльнулся, или рассмеялся, или и то и другое вместе. Кукольник пожал руку Халин, когда она сказала: О, это просто фантастика.”
Теперь Куай-Гон все понял. - Многие из этих розыгрышей ты устраивала за несколько недель или даже месяцев вперед.”
Халин кивнула. - Проще расставить все по местам, когда охрана не следит. Они проверили бы местность на наличие оружия,но не тех вещей, которые мы подбросили, вроде голограмм и вывесок.”
- И воздушных шаров.- Куай-Гон вздохнул. Теперь ему предстояло доказать невиновность группы артистов перформанса. Он вспомнил слова канцлера Кая: "галактика велика и странна.
Оби-Ван казался еще более настороженным. “Для политической группы вы не очень хорошо поработали над тем, чтобы донести свое послание до людей. Все это довольно запутанно.”
“Это не так!- Настаивала Халин. “Если вы посмотрите на нашу работу—просто нашу настоящую работу, в изоляции—то совершенно ясно, что мы протестуем против Договора об управлении. Он не дает лунным гражданам справедливого представительства, и он уступает еще большую часть власти правительства корпорации "Черка". Но они свалили нашу работу на плечи мерзавцев, а это значит, что никто не понимает, о чем мы говорим.”
Куай-Гону пришло в голову, что Халин Азукка, возможно, проанализировала нападения негодяев более точно, чем даже дворец, потому что она одна знала, какие действия совершала и не совершала оппозиция. “Вы уловили какую-нибудь закономерность в нападениях этих мерзавцев?- спросил он. “Это твой мир, твоя система. Вы можете увидеть значение там, где мы не можем.”
- Прости, что разочаровала тебя.- Халин тяжело вздохнула, усаживаясь на другую циновку. “Мы не можем найти в этом никакого смысла. Их цели иногда кажутся намеренно выбранными, но другие кажутся случайными. Единственное, что мы заметили, это то, что они, похоже, не собираются преследовать дворцовые корабли. Это странно, учитывая, что дворец является высшей властью на этой планете, по крайней мере, до проклятой церемонии подписания договора. С другой стороны, это только здесь, на Луне, где королевская гвардия имеет меньшее присутствие. Насколько нам известно, негодяи могут постоянно преследовать их на Пиджале. Во дворце все было бы тихо, если бы это было так.”
“Они напали на дворец,-сказал Оби-Ван. “На самом деле они дважды пытались убить принцессу Фэнри.”
Ропот смятения прошел по рядам Оппозиции, усиливая любопытство Куай-Гона.
“Похоже, вы беспокоитесь о благополучии Ее Светлости, - сказал он. “И вы выразили свое недовольство предстоящим Договором об управлении, но я подозреваю, что вы не монархисты.”
Халин выпрямилась, и в ее глазах мелькнуло что-то похожее на Надежду. Куай-Гон задавался вопросом, как долго она ждала, что кто—то спросит ее о ее версии этой истории-или о ком-то, кто, возможно, захочет в нее поверить.
- Нет, мы не монархисты. Большинство из нас не против идеи конституционной монархии, но мы хотели бы иметь демократическое представительство.”
“Так почему же ты противишься идее Собрания?- Спросил Оби-Ван
“Мы не против этой идеи, - сказала Халин. “Мы выступаем против реальности, как она установлена в договоре об управлении. Вы уже прочитали все это до конца?”
“Конечно,-сказал Куай-Гон. “Как и мой ученик, и команда канцлера на Корусканте. Кажется, все в порядке.”
Лицо Халин помрачнело. “Все не так, как кажется.
Было трудно точно вспомнить, а в таких делах точность была очень важна.“Пожалуйста объясни.”
"Ассамблея звучит как отличная идея, но когда вы копаетесь в деталях, вы понимаете, насколько дрянной этот договор об управлении на самом деле. Там есть только символическое представительство для граждан Луны Пиджала, хотя мы-солидная четверть населения системы.”
Луна была описана как "малонаселенная", и данные переписи населения, казалось, подтверждали это. Однако на Пиджале, с его редкими островными континентами, несомненно, было меньше жителей, чем на средней планете такого размера. “Зачем кому-то скрывать реальное население Луны? И кто бы мог это сделать?”
“Черка, - сказала Халин. Она не стала больше ничего объяснять, но в этом и не было нужды. Куай-Гон сам видел, какое влияние Черка имеет на эту планету. Старания Черки по добыче полезных ископаемых обошлись Луне гораздо дороже, чем самому Пиджалу. Корпорация позаботилась о том, чтобы руководство планеты—совсем недавно Раэль—никогда не столкнулось лицом к лицу с самым серьезным ущербом. К этому времени лунные граждане уже знали больше...именно поэтому Черка будет работать над тем, чтобы лишить их избирательных прав.
“Значит, ты хочешь, чтобы тебя представили должным образом,-сказал Оби-Ван. “Разве вы не пытались использовать обычные политические каналы для своих протестов? Прежде чем перейти к ... э-э ... танцам?”
“Мы пытались, - сказала Халин, - но это нам не очень помогло. Лорд-регент даже слушать не стал. Он рассматривает любое противодействие договору как личное нападение на принцессу. Что, или он слишком высокомерен, чтобы признать, что он, возможно, совершил ошибку. Типичное высокомерие—”
Ее голос оборвался так, что Куай-Гон заподозрил, что следующее слово из ее уст было бы джедайским.
- Раэль Аверросс предан принцессе, - сказал он. “Возможно, это повлияло на его суждения.- Куай-Гон не сомневался, что эго Раэля тоже могло сыграть свою роль в его упрямстве, но это не было предметом обсуждения с посторонними.
Халин кивнула, благодарная за то, что ей дали тактичный выход. “Конечно. В этом был бы смысл. Но что не имеет смысла, так это то, что этот договор не приносит пользы Луне или Планете в той же степени, в какой он приносит пользу Корпорации "Черка".”
Оби-Ван выглядел смущенным. - Корпорация не названа в договоре.”
“Конечно, нет, - сказала она. - Но есть положения, дающие Собранию право "перезаключать все договоры, касающиеся приватизированных отраслей и землепользования таких отраслей".’ Это может показаться не таким уж зловещим, пока ты не поймешь, что все эти контракты принадлежат Черке. Они существовали на протяжении веков, хотя Черка ужесточила свою хватку во время регентства. Затем он говорит: "Это будет сохранено, как солнце сохраняет Луну.’ ”