Кларисса Рис – Не время для любви (страница 23)

Теперь же все выглядело слишком продуманным и спланированным. Как можно было предсказать столько несвязных друг с другом, на первый взгляд, событий? Казалось, никто не мог помыслить о том, что в военной академии, которая призвана готовить специалистов наивысшего ранга, произойдут такие события. К тому же развернется борьба за политический олимп. Смешно представить, чтобы в древности маги-основатели вкладывали подобное значение в свое великолепное детище. Идиотизм чистейшей воды!

Но делать было нечего, я по самые уши вляпалась, и теперь могла лишь дальше плыть по течению, веря в то, что однажды мой хлипенький плот вынесет на нужные мели. Я смогу побороть страх и взглянуть правде в глаза. Конечно, теперь ситуация намного опаснее, чем три недели назад, но отступать некуда. Никто не поверит, что полевой агент так просто сорвался с задания и помчался умолять простить его идиотский поступок. Я бы себя на месте начальника главного штаба ни за какие обещания слушать не стала.

Вздохнув, я перевернулась на постели и попыталась проанализировать все произошедшее, но как бы ни строила догадки и ни подбивала планы, ничего путного не выходило. В голове стоял настоящий кавардак. Я была готова взвыть от разочарования. Словно меня с головой окунули в водоворот событий, о которых я не просила. Ну, по факту так и происходило. Каждый из нас стал невольным заложником ситуации, из которой не было правильного выхода. Всегда оставался риск, пострадать и стать посмешищем – для искупления грехов остальных участников.

— Прости, что без предупреждения, — Стиверс медленно просочился в дверь. — Но ты должна это прочитать до того, как утром план вступит в силу.

— Что такое? — я удивленно смотрела на полностью собранного блондина, который держал в руке смятый лист бумаги.

— Лучше сама, — он тяжело вздохнул.

Я непонимающе посмотрела на парня, но взяла в руки протянутую им листовку. С сомнением покосившись на блондина, развернула скомканный лист бумаги. Несколько секунд на него смотрела, пока не поняла, что это французское управление русской разведки. ВМР выпустило орден на арест, и не кого-то там, а меня самой. Этот факт выбил весь воздух из легких. Мне показалось, что я сошла с ума. За одно мгновение перестала что-либо понимать и реагировать на внешние раздражители.

Несколько томительно долгих секунд я пялилась на изрядно помятый лист, пока в моей голове не прояснилась мысль о том, что это не шутка. Инетер не издевался надо мной и не пытался свести к минимуму мой боевой настрой. Напротив, он пришел сюда, как только получил ориентировку на мою голову. Пособница террористической группировки? Да в эту чушь никто и никогда не поверит. К тому же он делал запрос в центральное управление, и вряд ли с простой бумажной перепиской. Уже становилось не смешно.

— Не волнуйся, мы со всем разберемся, — тихо сказал стоявший рядом парень.

— У меня в голове не укладывается, — стараясь дышать на счет, пробормотала я. — Они смогли провернуть дельце так, словно их руки раскинуты по всему миру. Это ни в какие рамки не лезет. Инетер, они заставили спецслужбу сыграть им на руку. Любая проверка подтвердит, что тут не моя прихоть. Я выпью и приму любое зелье, и тогда голова моего начальника покатится по полу. Он не может не понимать. И все равно помогает им? За содействие у нас ныне очень жестоко карают, не знаю, как в Лондоне.

Собрав остатки воли в кулак, я прошла по комнате и попыталась взять бушующие эмоции под контроль. Но выходило отвратительно. Меня словно головой макнули в унитаз, а потом еще глумились пару часов. Детские травмы из начальной школы тут же всплыли на подкорке сознания, и мне захотелось взвыть на луну. Но вряд ли такое поможетизбавиться от мерзкого и липкого отвращения, которое ярко контрастировало со всеми остальными эмоциями.

Если подумать, то, чем больше мы узнаем, тем отвратительнее становится ситуация. Словно кто-то задался целью превратить нашу жизнь в ад. И у него это весьма неплохо получалось, я была вынуждена признать. Хотя бы в собственной голове нельзя обманываться. Стиверс вряд ли бы провернул аферу и сам подставился под удар. Из нас всех он теряет больше всех. Я смяла злополучный лист и вышвырнула его в мусорную корзину. И без того голова кругом!

— Я понимаю твое состояние, но постарайся поспать. До подъема еще четыре часа. Хоть немного, но ты отдохнешь, — потрепал он меня по голове.

— А ты куда? — осмотрела я его внешний вид.

— Мне нужно в министерство, — покачал тот головой. — Деланешуточные. Я обязан следовать регламенту. Потому, прошу тебя, не доставляй мне проблем и отдохни. Со всем остальным мы потом разберемся. К тому же, круги под глазами явно напоминают не о жаркой ночи, а бесконечных посиделках за книгами.

— Ты понимаешь, как это опасно? — я разгладила отворот пиджака. — Из-за меня ты сам шагнул в капкан. Если бы только я догадалась, что меня используют, никогда бы не сунулась в Лондон. Знала же, ничего хорошего на родине меня не ждет.

— Глупая, — поцеловал он меня в висок, — за тебя я готов сдохнуть. А ты просто отвыкла от того, что вся наша жизнь – одна сплошная задница. Ложись. Серьезно, тебе нужно отдохнуть.

— Но ты обязательно поговоришь со мной утром, — нахмурилась я.

— Как скажешь, принцесса, — еще раз коротко чмокнув меня, он ушел.

Я же продолжала стоять памятником самой себе, не понимая, как все до такого докатилось? Я не могла поверить, что моя размеренная жизнь в одночасье превратилась в дурдом с психами и проверками на стрессоустойчивость. Простого анализа уже было недостаточно. Вокруг меня происходило столько всего, что еще немного – и я готова была рухнуть на пол и разрыдаться от бессилия и жалости к самой себе.

Но делать столь идиотские вещи нельзя. Я подготовленный полевой агент, а значит, должна оставаться хладнокровной в любой ситуации. К тому же парень был прав. Мне требовался отдых. За всей горой скопившихся бумаг я почти перестала отделять время сна от бодрствования, превратив сутки в бесконечную тягомотину. С ней надо было кончать, и желательно прямо в это мгновение. Ибо мозг и так готов был взорваться от перенапряжения, а на утро запланировано очередное шоу. Как все пережить и не свихнуться, тот еще вопрос!

Глава 11

Уснуть в такой ситуации казалось невыполнимой задачей. Ворочаясь с боку на бок практически до рассвета, я все же пришла к одной немаловажной причинно-следственной связи. Мы все когда-то перешли дорогу Хильменсельну. Только он мог создать настолько продуманную махинацию. Что ему мешает воскреснуть из мертвых, точно так же, как отцу Инетера? Если вы видели тело мага собственными глазами, это еще ничего не значит. Вполне возможна мистификация, рассчитанная на плаксивых домохозяек, которые побегут на могилу с цветочками.

Кое-что в этой истории не давало мне покоя. А именно обстоятельства… Словно нас куда-то загоняли, старательно делая так, чтобы мы не могли обнаружить нужные зацепки. Ну серьезно… Кому бы пришло в голову подумать о том, что ректор престижной военной академии – продажная тварь? Я бы сама себя в дурку сдала бы за такие крамольные и неправильные мысли. Ибо Канвижер был эталоном для многих поколений военных, которые выпустились под его началом. Представь мы в открытом отчете подобные заявления, и нас на куски разорвут, прямо там, не отходя от трибун.

Как бы странно все это ни звучало, картина начинала медленно складываться. Я все более четко осознавала, что ни Инистра, ни Анминура не могли провернуть подобное в одиночку. У этих двух куриц попросту мозгов бы не хватило. К тому же Депесар явно не сама добилась поста министра, о чем свидетельствовал ее страх за собственное кресло. Если бы у нее были уверенные политические амбиции, поддержка народа и сильная рука, то ни о каком Стиверсе или Ланвельде, метящих на ее место, и речи быть не могло.

Но нет… Она боялась, да еще как. Причем вполне обоснованно. С какой стороны ни посмотрела бы я на это дело, пахло оно отвратительно. И я пока не собиралась принимать в расчет факт того, что фактически пошла против своей разведки. Нет, письмо-то для центра я уже подготовила и собиралась попросить Стиверса передать его с рассветом. Но тот явно был занят решением каких-то срочных проблем. В академию блондин пока не вернулся.

Звучало это подозрительно, но у него на самом деле было слишком много обязанностей, помимо идиотского убийства. К тому же вряд ли мы найдем зельевара, сварившего мистический яд прямо в стенах учебного заведения. Камелд, скорее всего, его просто передали. Ведь при проходе профессоров на территорию сканирующие чары не считывают принесенные ими вещи. Ибо многие запрещенные вещества, ядовитые животные и растения, капсульные зелья и амулеты могли потребоваться для практики студентов.

Глупо было полагать, что ректор каждый божий день по десять раз бегал к воротам, чтобы проверять карманы нерадивого штата сотрудников. На каждого было наложено заклятие одобрения, которое позволяло ему пронести внутрь совершенно все, что душе угодно, при этом не боясь быть застуканным и разоблаченным. Верилось мне с трудом, но другого варианта все равно не нашлось. Просто потому, что остальные версии лежали за гранью магического обоснования и пределами человеческих возможностей!