Кларисса Рис – Крах фальшивых богов (страница 36)

К. Это очень необычно, я думал, что главой вашего рода станет Алексис.

Д.К. Моей будущей жене и без этого будет хватать головной боли, чтобы еще заботится о такой ерунде, как цвет салфеток на презентации новой коллекции украшений или большом приеме по случаю праздников. Давайте оставим архиепископу ее задачи и обязанности перед народом, а всем остальным займусь я.

К. Сегодня вы уже говорили о многом, но позвольте еще немножко полюбопытствовать. Как долго вы планируете откладывать свадьбу?

Д.К. Мы не собираемся с ней затягивать. Но для начала надо помнить, что пока моя невеста не сможет разобраться с первостепенными проблемами государственной важности, торжество может подождать. Так что мы планируем устроить праздник летом следующего года, когда первая волна напряжения спадет и волнение немного поутихнет.

К. Вы хотите сперва примерить на себя роль мужа архиепископа, а уже потом дать свое окончательное согласие?

Д.К. Честное слово, у меня складывается такое ощущение, что вы специально пытаетесь вывести меня из себя. Откуда у вас в голове вообще взялась подобная ерунда?

К. Просто в вашем случае это действительно актуальный вопрос.

Д.К. Нет, мы уже приняли это решение совместно с будущей женой. Лишь для того, чтобы расставить приоритеты и решить все насущные вопросы. А так я готов хоть завтра сказать «да» перед ликом всех богов.

К. Отлично. Сегодня мы с вами в очередной раз стали свидетелями одному потрясающему чуду. Я не могу назвать эту любовь простой. Словно наши боги послали через эту звездную пару послание всем гражданам нашей страны. Все же такое нельзя придумать и пересказать, такое можно только пережить. С вами был специальный выпуск «Ночного гора» и на столь радостной и неожиданной ноте мы вынуждены простить. Но обещаю, в следующий раз, мы обсудим еще парочку важных вопросов, так что оформляйте подписку и не забывайте, что только наше издание предоставляет всю информацию из уст первоисточника.

Глава 54

— Как себя чувствует, на том же месте, которым мне так красноречиво угрожал в прошлый раз? — я опустился на жестяной колченогий стул, покосившийся от времени и грузности своих пользователей.

— Думаешь она пощадит тебя, используя в своих интересах? — Фил вскинул на меня затравленные глаза и тяжело вздохнул. — Не обольщайся просто использует и выбросит точно так же, как поступила со мной. Алексис не святая, на нее просто не действует вакцина.

— Я прекрасно об этом знаю, она не только может ее создать, но и прекрасно чувствует себя, используя антидот к ней, — покачал я головой при виде потухшей надежды в глазах бывшего мужа, моей невесты.

— Но ты действительно полагаешь, что эта стерва пощадит тебя? — он попытался дернуться в магических путах, но чары не позволили бунтовать. — Использовав тебя ради собственной выгоды, она безжалостно сотрет тебя с лица земли. Я до последнего думал, что она наивная овечка, которой нет никакого дела до власти. Но ошибся, играя всеми нами, она проложила себе путь на вершину и безжалостно растоптала тех, кто был с ней рядом.

— Думаю, для тебя это так и осталось загадкой века, — едва не рассмеялся я, от такого заявления. — Но если бы ты и Химор не попытались тронуть меня, то ничего этого не произошло бы. Алексис гениальный химик, который по памяти смогла разработать один из опаснейших штаммов вируса, но, к сожалению, пока что в политике она совершенно бесполезна. Ее придется с самых азов обучать. Но думаю первый год, а то и два никто не будет ожидать от нее чудес. Достаточно поддерживать образ доброй, но справедливой святой готовой на все ради своего народа. А там время покажет, кого и как я распределю на местах.

— Подожди, что именно ты пытаешься этим сказать? — мужчина осунулся и перестал выглядеть на свой достаточно юный для главы государства возраст.

— Знаешь, чем диктатура отличается от тирании? — вскинул я вопросительно бровь. — Только формой подачи. Оба этих государственных строя подразумевают под собой жесткий режим правления, в котором нет места личностному мнению народа. Ты же пытаясь балансировать на грани добра и зла, упустил все шансы. Тебя предали не потому, что ты плохой архиепископ, а потому что не нашел в себе силы прижать за горло всех остальных.

— Тогда бы я прослыл настоящим извергом, как мой дед, а допускать подобного было нельзя, — на лице собеседника промелькнула обреченность и смирение.

— А это стало твоей следующей ошибкой, которая и привела тебя в эти застенки, — печально пожал плечами, — никогда нельзя быть хорошим для тех, кто тебя ненавидит. Думаешь, хотя бы один епископ за тебя заступился? Нет, им не нужно этого делать. Ты слаб и бесхребетен в их глазах. Пытаясь угодить всем, ты уступил право сильнейшего мне. Смирись, если твоего отца хотя бы уважали, за железный кулак и диктаторские наклонности, унаследованные от родителя. То тебя никто и ни за что не уважал, ты стал препятствием на пути у их шанса перегрызть друг другу глотки в погоне за лакомым куском власти и богатства.

— И ты надеешься при помощи Алексис сдержать их всех? — Филурай ехидно вскинул бровь. — Да ты еще более отчаянный, чем я себе представлял. Они ее сломают и не заметят, особенно, если за всем этим стоишь именно ты, а не моя бывшая женушка.

— Понимаешь ли, мой милый друг, я не такой дурак, каким был ты, — склонив голову набок, тихо произнес я, — я уже держу их в страхе и панике. Бью по больному и заверяю в том, что лучше подчиняться моей жене, иначе политическая машина перемелет их в труху и выкинет на обочину жизни.

— Ты хотя бы сам себя слышишь? — совершенно безумно рассмеялся мой собеседник. — Да вам обоим меньше, чем мне. И если уж меня, сильного лидера и архиепископа с длиннейшей родословной, они пытались убрать, то вас двоих и подавно. Вы оглянуться не успеете, как окажитесь рядом со мной. Власть не дается так просто!

— Возможно сейчас мне немногим больше двадцати, и я пытаюсь выжить в чужом и непонятном мне мире, который распахнул свои двери совершенно неожиданно, — достав из кармана пальто планшет, набрал сводку о взрыве лаборатории. — Но в том мире, откуда мы с Анастасией родом, я был известным дипломатом, а она надеждой всей оборонной промышленности. Вот только судьба оказалась намного изобретательнее, и мы два человека совершенно из разных кругов, встретились тут, дабы устроить государственный переворот.

— На таком языке моя жена писала личный дневник и лабораторные испытания, аналогов ему просто не может существовать, — Фил во все глаза смотрел на сводку о смерти сотрудника научной лаборатории.

— Потому что это язык нашего родного мира и когда-то твоя жена выглядела, как на фото, до того, как умерла и попала в тело твоей нынешней бывшей, — отложив устройство я откинулся на спинку стула. — А мне уже давно не двадцать, мой политический опыт больше, чем тебе сейчас годиков. Да что уж там, моему старшему внуку, почти столько же, как мне сейчас. Наверное, по-глупому звучит, но это чтобы ты сразу понял, сопротивляться мне или угрожать, заранее провальная идея. Я могу стереть тебя в порошок используя СМИ и фальсификацию данных, это не сложно. Но сейчас, мне нужна твоя помощь.

— Зачем тебе все это? — удивленно приподнял бровь Фил.

— Пусть ты и придурок, не способный угомонить свое «Я», но в тебе есть кое-что, без чего в нынешней ситуации не обойтись, — поднявшись я сделал круг по камере допросной. — И мне нужны люди, которые будут преданы моей жене и мне. А ты, прошедший через все это, прекрасно понимаешь, что любая оплошность вновь сделает тебя политическим заключенным. Опыт политика нельзя приобрести мгновенно, а Феей, мадам президентом, из нашего времени Алексис никогда не стать, как бы она не пыталась.

— И что ты хочешь? — бывший архиепископ выглядел заинтересованным.

— Твою верность в обмен на свободу, — тихо сказал я. — Никакого государственного преследования, полное обеление имени за полгода и неплохая должность личного помощника будущей королевы. И да, возможность увидеть, как этот мир прогнется под влиянием нового времени. И так, твой ответ?

— Я согласен, — глаза собеседника вспыхнули огнем, и я понял, он мой со всеми потрохами.

Глава 55

— Надеюсь ты поддержишь мои инициативы на предстоящих слушаниях? — отец смотрел на меня долгим, ничего не выражающим взглядом. — Я понимаю, что по твоей задумке Алексис должна была стать главой, но давай на чистоту, девочка умна, но хватки ей не дастает, а за пару дней отведенных на выборы, ей ее не привить, так что еще раз, если ты поддержишь мои инициативы и поможешь продвинуть идею, то я помогу вам не слететь с этой должности ближайшее десятилетие.

— Вот от кого я точно не ожидал шантажа, так это от тебя, — подняв взгляд от документов присланных Филом мне на помощь, я все же печально вздохнул. — Кажется в этом чертовом мире даже родственные связи ничего не значат и предать может даже самый близкий. А я еще гадал, почему мать, так просто согласилась провести эксперименты над нерожденным ребенком.

— Не пытайся передергивать, ты все равно не сможешь удержаться на этом месте без моей помощи, — отец сверкнул глазами.

— А ты не пытайся мне угрожать, — кажется теперь я понимаю, почему мое прошлое «я», выбрало такую саморазрушительную манеру поведения.