Клара Конти – Самурай. Любовь под запретом (страница 11)
Пожала острыми плечами.
– Как скучно, – я похлопала ресницами, – хочешь в клуб «Фауст» сходить?
– О, это очень дорогое удовольствие.
– Тебе ничего не будет стоить. Я твой проходной билет.
Я подмигнула и прямо в кресле подкатилась к ее столу.
– У меня даже надеть нечего. – Огорченно вздохнула Вера.
– Тогда поедем за обновкой вместе. У меня тоже ничего путного нет. Все старьё.
– Лер, ты не обязана, я…
Я совершила крутой круг вокруг оси и шлепнула руками по подлокотникам.
– Ты мне нравишься, – сказала я честно, – и я хочу, чтобы сегодня мы повеселились в клубе. Там будут мои друзья, клевая музыка, напитки. Давай!
Вера помяла нижнюю губу и откинулась на кожаную спинку кресла.
– Ладно. Сдаюсь.
– Дай пять. – Приподняла ладошку, и Вера ударила в нее.
Тридцать минут спустя мы сидели в моей машине и обсуждали последнюю кинопремьеру. Водитель закрыл перегородку между сиденьями и изолировал себя от нашей девчачьей болтовни.
А у нас рты не закрывались.
С Верой было легко и непринужденно общаться. Она многое знала, многое повидала в жизни. Ее родители рано скончались, и ее воспитывала бабушка. Сейчас и она на том свете. Вера совсем одна осталась. Жила в скромной квартирке в спальном районе, ухаживала за котом и как я поняла, мечтала встретить достойного парня без каких–либо зависимостей.
По прибытию в магазин, мы уже в красках описали друг другу платья, которые хотим примерить. Но войдя в элитный бутик брендовой одежды, Вера стухла. Посмотрела на меня испуганно.
Я ее успокоила. За всё платили моей платиновой карточкой.
– Шикарно…
Верину покупку уже сложили в пакет и аккуратно разместили у кассы. Она сидела на круглом бархатном диване и наслаждалась французским шампанским.
– Ты просто красотка! – снова ахнула она, глядя на меня на небольшом подиуме напротив ростового зеркала.
– Не слишком вульгарно?
Я развернулась к ней.
Под полупрозрачной тканью коротенькое шелковое платьице.
– Не–а. Ты сногсшибательна! Если еще наденешь туфли на шпильке с блестящими ремешками, то от мужиков отбоя не будет.
– Да мне вообще–то не нужны мужики. Я все равно выйду замуж за того, кого выберет мой отец.
Вера поперхнулась и схватила салфетку. Прижала ко рту и хорошенько покашляла.
– Ты серьезно?
– Да. – Пригладила грудь. – Такова традиция.
– То есть ты…– Вера сошла на шепот и пару раз оглянулась на консультантов у белоснежной стойки. – Ты тоже из этих?
Я кивнула. Произнести вслух свою криминальную принадлежность не решилась. Я в принципе никогда о ней не говорила. Избегала всеми способами. Но Вера очень прозорливая девушка и давно рассекретила все наши тайны. И я очень рада, что дальше ее головы это никуда не утекло.
В противном случае…Намато попытался бы на нее надавить. Ему, как наполовину якудза, наполовину правой руке Волкова, просто необходимо было все держать под контролем.
Иначе, информация могла просочиться во вражеские уши.
К Грешнику.
Его считали врагом номер один. И уже много лет Волков, Венгеров и Намато боролись с его поползновениями и угрозами.
– Обалдеть, – новоиспеченная подруга допила–таки игристое, – обещаю, я буду держать язык за зубами.
Я рассмеялась, увидев ее замешательство и легкий страх. Она моментально из веселой девчонки превратилась в запуганного зверька.
– Вер, я обычная девушка. Не бойся.
Вскинула на меня встревоженные глаза.
– А твоя семья?
– Тебе ничего не угрожает. Я гарантирую.
Окажись я на ее месте, тоже бы волновалась. О мафии знал весь город. Жители в курсе, чем занимались некоторые высокопоставленные мужчины, и какими последствиями могли обернуться стычки с ними. Но за годы скрытых бандитских делишек пострадало всего несколько человек. Алекс, как главный босс в Белом, всегда поддерживал мир и безопасность. А в случае форс-мажора, отправлял на улицы своих «солдат» и всеми силами минимизировал риски и потери.
– Ладно. – Она нехотя скривила губы.
– Едем в салон? Нам нужен отпадный макияж и прически!
Мои слова привели Веру в прежний восторг. Да, мы девочки быстро могли поднять себе настроение.
Парочка обновок, красивый мейк и мысли о тяжелом дне, уже не казались непосильно тяжелыми.
После салона, мы поужинали в моем любимом итальянском ресторанчике, выпили вина с нотками терпкого граната и поехали в клуб.
На входе нас даже не остановили.
Вышибалы с первого взгляда узнали меня.
– Вау, ты почти, что Майкл Джексон.
Вера толкнула меня плечом, когда мы двигались по коридору, охваченному приглушенным неоновым светом.
– Спасибо. И плевать да, что он мужик и что он умер? – хихикнула я.
Похоже, Тенута Сан Гуидо слегка расслабило нас. А выпили–то всего по два бокала. Что было бы, если бы три осилили? Интересно…
Мы громко смеялись, войдя в наполненный разодетыми гостями зал. На сцене играла блюз–соул группа. Низкие гитарные басы согнали моих мурашек со спины в ноги.
Я поёжилась.
Вера осматривала людей вокруг и в какой–то момент ускользнула от меня. Я выругалась себе под нос и направилась в самую гущу. Сумасшедшие шпильки сводили с ума. Я пожалела, что надела их.
– Кира! – выкрикнула я, увидев лучшую подругу в vip–зоне. Она засияла. Позвала меня рукой. Я пробралась сквозь толпу и наступила на первую ступеньку, ведущую на второй этаж.
– Ауч! – я пошатнулась и накренилась назад. Сильные мужские руки обхватили за талию и сберегли от позорного падения.
– Осторожно, любительница делать из мужских яиц омлет.
– А ты снова нарываешься, господин Намато.
Чуть повернула голову. Его губы нарисовались в миллиметре от моих губ. Я ощутила его жаркое дыхание с ароматом виски.
– Может и так. Как поступишь? – скользнул лапами под мою грудь. Указательными пальцами обвел полусферы. – Врежешь по морде на глазах друзей?
Я облизнулась. Кончиком языка задела его искривленные в дерзкой улыбке губы.
Черт. Алкоголь плохо на меня влиял.
Я опускалась до уровня тупой малолетки.