Клара Конти – Самурай. Любовь под запретом (страница 10)
Папа частенько самолично занимался мучениями и приходил домой весь испачканный чужой кровью. Мама не расспрашивала. Не положено. Просто засовывала отцовскую одежду в черный мешок и сжигала.
Кентаро же обладал совершенно иной аурой.
Гораздо гуще по черноте и мраку.
И в тоже время, гораздо притягательней. Заманчивее.
Мое сердце магнитом тянулось к его наэлектризованной властности.
Странно.
Я миллион ночей представляла себе свою будущую жизнь. Замужество, детей. Грезила о мужчине, не связанном с темными делишками. О мужчине с добрым нравом и любящим меня за то, что я есть, а не за то, что я Майер.
Но, почему же сейчас, наедине с ДЕМОНОМ, я вдруг почувствовала силу тока во всем теле.
Ни с кем–то другим, а с ним!
– Ты хорошо показала себя вчера. Сегодня повторим.
Это он о чем? О моих фотографиях в стиле «Дура нарвалась на неприятности» или месье Були?
Кентаро заметил мое замешательство и твердым шагом обошел слева, слегка задев рукавом пиджака.
Я повернулась за его дурманящим шлейфом.
Он сел в кресло за столом и положил руки на глянцевые подлокотники.
Взглядом окунул в кратер вулкана.
– Примерно в половине второго подъедет один человечек, мне будет нужна твоя помощь. Ты же разбираешься в дизайне? Диплом не филькина грамота?
Я отрицательно повертела головой.
Внутренне выдохнула.
– Гуд, – Кентаро равнодушно улыбнулся и уставился в экран новейшего компьютера. – Ты свободна, можешь идти.
Не двинулась.
Вросла каблуками в темно–серый паркет.
– Хочешь, что–то сказать? – черные глаза засверкали нагло.
Меня пронзила отрезвляющая молния. Я вылетела из его кабинета и за считанные минуты прибилась к своему рабочему столу. Дыхание скакало. Сердцебиение снизилось до нуля.
Что за чертовщина?!
– Эй, все норм?
Вера зыркнула на меня бегло.
– Да.
– Я там тебе кое-что переслала по почте, посмотришь?
– Конечно.
Всё. Никаких мужиков. Только работа.
К половине второго, как и предупредил Намато, к нам приехала целая делегация из мужчин и женщин. Меня вызвали в переговорную комнату и почти час, я блистала знаниями по искусству. Оказалось, Кентаро возводил не просто дома, а настоящие шедевры архитектуры. Я краешком глаза успела посмотреть предложенные им проекты.
Но нынешним заказчикам хотелось большего. Яркие детали, выдающиеся формы.
По сути, Кентаро предложил им пустую коробку из стекла, металла и бетона. А я понадобилась, чтобы обрисовать внутренности. Наполнить дом жизнью.
И наши идеи им понравились.
После их ухода, Кентаро попросил меня задержаться. И зачем–то, опустил жалюзи, на всех окнах. Мое трусливое второе Я, насторожилось.
– Если вы хотите сказать мне «спасибо», то просто скажите и…
Кентаро заткнул мне рот большой ладонью и вжал в стену рядом с висящей на ней катаной.
– Я охотник. Ты добыча. Не сопротивляйся.
– Мгмм…ммм…мнм…
Шевелила губами с широко раскрытыми глазами.
– Молчать! – гаркнул прямо у моего лица. – Расставь ноги.
Я дернулась, но даже на миллиметр не сместилась. Больше того, его рука задрала подол платья и обожгла мое бедро…
ГЛАВА 7
Уроки самообороны должны были мне, когда–то помочь и помогли. Я согнула колено и врезала Намато по яйцам. Ни на дюйм не промахнулась. Точно в десяточку попала.
Он не взревел, как, бывало, до этого с мужиками, которые пытались меня подчинить, а лишь пошатнулся и ослабил свою мощную хватку. Я улучила удачный момент и молниеносно улизнула. Выбежала за дверь и понеслась в туалет.
В груди грохотало на все лады. Перед глазами плясали черные мушки.
Я прибилась к одному из умывальников и пустила ледяную воду из крана. Стояла и слушала ее монотонный шум. Дышала глубоко.
Как только ладошки приняли желанный холод, я сжала кулачки.
Никто не прикоснется ко мне вот так. Как он.
Никто и никогда.
Мамина оранжерея ночной кошмар. И я забуду о нем. Вычеркну из памяти настырные поцелуи японского мерзавца. Навсегда!
Я не уличная девка.
Не резиновая кукла для быстрых утех.
И пускай, я чуть смелее, чем другие девушки мафии, это не значит, что мной можно пользоваться в грязных целях.
– Лер? – за дверью послышался голос Веры. – Ты в порядке? У меня есть таблетки от всего. От мигрени, менструальной боли, тошноты. Может быть, что-то нужно?
Вместо ответа, я подошла и открыла дверь. Вера оглядела меня. Улыбнулась. Я не ранена и вполне себе бодро выглядела.
– Просто захотела побыть одна. Но спасибо за предложение. Теперь я знаю, к кому обратиться, если что–то заболит.
– Всегда, пожалуйста.
Вера опять улыбнулась и пропустила меня. Я обернулась разок, уходя. Девушка не спешила сменить меня в туалете. Смотрела мне вслед, будто убеждалась, что со мной действительно всё нормально.
Даже к концу рабочего дня, Вера не переставала поглядывать на меня искоса. Меня не раздражало. Наоборот приятно. У меня мало знакомых, кому я могла доверять или хотя бы с интересом общаться. Большинство дружило со мной ради выгоды. Например, занять какой–нибудь высокий пост в клане моего отца. Или получить местечко в соседнем городке.
А Вера хорошая. Бескорыстная. Я сразу это поняла.
– Что ты делаешь сегодня вечером? – спросила я со своего места.
– А? – она крутанулась в кресле. – Что?
– Чем займешься, когда придешь домой?
– Не знаю. Куплю пиццу по пути, включу телек.