Клара Конти – Ангел для мафиози. Подарю тебе жизнь (страница 4)
– Девочек для секса у меня хватает. Клянусь сохранять дистанцию.
– Слабо верится. Но, надеюсь, ты меня услышал.
Прищуриваюсь, поджимаю искусанные губы.
– Артур, подгони машину прямо к входу, пожалуйста. – Обращается к истукану за своей спиной.
Значит, Артур. Необычное имя для солдата на попечении мафии.
– Уже, босс.
– Отлично. Ты идешь? Или тебе понравилось в моих руках?
Закатываю глаза. Не специально. Рядом с ним сложно контролировать эмоции.
– Иду. – Сухо отвечаю я, спустя секунду.
Администратор хостела появляется за стойкой и милейшим образом хлопает ресницами. Неужели подстроено все до мелочей? Не удивлюсь, если это дешевая ночлежка под колпаком у Бажаевых.
Они пустили свои щупальца почти во все сферы деятельности Лихтинска. Даже в больнице, где я работаю, о них говорят.
Прохожу мимо подозрительной девицы и оказавшись на улице слегка опешиваю. Даниэль стоит перед открытой дверью Мерседеса и ждет, когда я сяду в него. Честно признаться, мне нравился дерзкий парень с тягой к приключениям. С ним было проще.
Конечно, он та еще заноза, постоянно доводил меня до точки кипения. Но нынешняя версия куда скучнее и мрачнее. Мы долго не виделись. И я почти со сто процентной уверенностью могу сказать, произошел надлом. Серьезный надлом, который изменил Даниэля до неузнаваемости.
Остались лишь отголоски прошлого балагура и весельчака. В случайном взгляде или едких словечках, проскальзывающих мимолетно.
Он огородился от мира невидимой броней, став похожим на братьев.
– Смелее.
Подталкивает к краю пропасти Даниэль.
Вздохнув, забираюсь в кожаный салон и прибиваюсь к противоположной двери.
Даниэль садится, и воздух наполняется сладким мужским ароматом. Воспоминания вновь меня утаскивают в далекие дебри. Я столько раз вдыхала нотки ванили с табаком, что никогда не забуду. Горечь и сладость в одном флаконе.
Таков младший Бажаев.
– Давай в объезд, Артур. Хочу еще немного поболтать с Пигалицей.
– Как ты меня назвал?
Артур жмет кнопку и межсалонная перегородка отделяет водителя и пассажиров. Мы остаемся один на один с Даниэлем.
Ни шума двигателя, ни других лишних звуков. Только он и я.
– Мы давно не виделись и с тех пор кое–что изменилось. Хочу разъяснить.
Игнорирует мой вопрос. Ладно.
– И что же? У тебя тоже есть свои «тараканы»? Извини, но я должна знать.
– Нет. Никакой коллекции ядов или фотографий с трупами. Но…
– Как же без «но». – Перебиваю его и тут же жалею об этом. Смотрит так, будто скальп сейчас с меня сдерёт.
– Я люблю трахаться. Для меня это как лекарство от всех недугов. Квартира у меня большая, но имею в виду, что после полуночи по ней лучше не расхаживать. Можешь нарваться на откровенную сцену.
– Спасибо за предупреждение. – Кривлю рожицу.
– И еще один важный момент, – короткая пауза не сулит ничего хорошего. – Ты ни с кем не встречаешься и никого не приводишь в мой дом.
– Что?
Округляю глаза и беззвучно причмокиваю губами. Я не девственница, хотя тот единственный раз можно не считать…но ему знать необязательно. И вообще, не слишком ли много условий? Разве недостаточно одного моего согласия лечить всю его семью и забыть о какой–никакой карьере в больнице?
ГЛАВА 4
– Что? – словно попугай повторяю я, а Дани молчит.
Его больше увлекает ночной город, чем мое присутствие и надоевший вопрос.
Что же, тогда и я больше слова не скажу. Свои условия пусть засунет куда подальше.
Позже я, конечно, пожалею о своих словах, потому что помню какой Даниэль кобель. Но сейчас… даже думать об этом не хочу.
Мерседес катится по центральной улице Лихтинска, и я вспоминаю себя прежнюю. Прогулки с Агатой. Встречи с близкими, однокурсниками и просто знакомыми. Кажется, все происходило в другой эпохе. И я была какой–то иной. Более доверчивой, мечтательной, искренней.
Я желала помочь всем на свете. И именно поэтому получила медицинское образование. Увлеклась наукой, чтобы залечивать раны и унимать боль. Только забыла, ведь не каждый хочет быть спасённым. Иногда, мне встречались пациенты, которые грезили смертью, рвались к ней всеми путями. И мне всегда их было жаль. Ведь жизнь, не смотря на все сложности, очень интересная и разнообразная на вкус. Сегодня ты можешь парить в облаках, а завтра… поворачиваю голову к Даниэлю, встретить самого дьявола.
И встреча эта не будет приятной и желанной.
Бесшумно выдыхаю, разглядывая мужчину по левую руку. Он уже не мальчик на побегушках у братьев. Передо мной босс. И по–моему мнению в разы мрачнее и злее своих кровных родственников.
Хочешь проделать во мне дыру глазами?
Спрашивает не оборачиваясь. Тут же перестаю глазеть на него и снова любуюсь городом. Даниэль негромко усмехается.
Тяжёлое молчание вскоре исчезает. Мы подъезжаем к высотному зданию с огороженной территорией. Ни одна левая муха не пролетит. Я изучаю местность, прижавшись любом к прохладному стеклу и ловлю дежавю. Практически также пять лет назад меня везли ухаживать за Дани после пулевого ранения. Следом вспоминается разговор с Агатой на кухне маленькой квартирки. Тогда я сообщила ей о своем отъезде. Боже… будто вчера было.
Машина спускается на подземную парковку и останавливается в именном «кармашке». Я не дергаюсь. Знаю, мне откроют дверь. Так и случается.
Даниэль выходит первым и помогает выйти мне.
Его солдат уже у лифта. Та же каменная физиономия и армейская выправка.
На каком этаже ты живёшь? Я высоты боюсь.
Захожу в подъемник и прислоняюсь к зеркальной стене.
На тридцать втором. Высоко?
Молчу. Ритмы сердца складываются в реквием.
Бажаев скупо улыбается. Вот ведь, гад! Я слышала, у мафии есть досье на любого человека. На них работают полицейские, чиновники, всякие бизнесмены. Добыть информацию не составит труда. И что если у Даниэля на меня собрана целая папочка? И он в курсе всех моих страхов и фобий.
Металлические тросы скрипят и с грохотом вытягиваются. Двери открываются. Я не двигаюсь. Артур шагает вперёд и только после этого даёт добро на выход.
Как все утрированно. Жуть. Неужели в двадцать первом веке кто–то решит напасть средь бела дня? Это же не фильм сороковых годов, где гангстеров кладут из автомата при любом удобном случае.
– Смелее, Ипатова.
Даниэль сливается с черными стенами огромного холла. Я трусливо ежусь и выхожу из лифта. Попадаю в пещеру. В прямом смысле слова. Кругом все черно. Даже настенные бра. Поднимаю голову и вижу и точечные светильники в черном корпусе. Сами лампочки с каким–то хрустальным светом. Будто алмазы.
– Чувствуй себя как дома.
Слышу от Даниэля. Перевожу на него рассеянный взгляд. Он уже без пальто. Только в рубашке. Элегантный внешний вид скрывает животную сущность. Я знаю, под его нынешней элегантной сущностью и дорогой одеждой десяток татуировок с разным посылом и звериная кровь в жилах. Ничто не скроет его хищное нутро. Никогда.
Постараюсь.
– Через полчаса я отлучусь и вернусь поздно. А ты пока привыкай. Моя домработница тебе все покажет и расскажет. Сейчас позову. – Отсчитывает ступени между прихожей и гостиной. – Вадим!
Вадим? Домработница мужского рода? Интересно.
Иду за Дани и наблюдаю странную картину. Посреди минималистичный гостиной стоят двое мужчин. Даниэль и высокий блондин с серёжкой в виде черепка в ухе.
– Здравствуйте. – Приподнимаю руку в знак приветствия.