Клара Колибри – Желать надо осторожно (страница 43)

— Вам нет равных, капитан. Так что мне не стоит и тягаться с вами.

Когда возвращались из гостей, на улице давно сгустилась темнота. Я ожидала, что Филатов простится с нами уже на выходе, а он все шел и шел к подъезду. Мне не было понятно, чего он добивался таким упрямым преследованием. А он шел себе, засунув руки в карманы пальто и подняв голову к звездам на небе. Около подъезда случилась заминка. Мы развернулись в его сторону и в немом вопросе ждали объяснений.

— Покажите мне ту записку, — ответил он нам.

— Какой смысл ее рассматривать? Я же тебе сказал: все то же самое.

— И все же.

Уже зная характер Филатова, спорить с ним дальше не стали, а просто направились к квартире. Но только вышли из лифта, как около моей двери заметили Вовку. Он привалился к стене и не понятно, сколько стоял так, поджидая меня. Заметив всю компанию, посерел лицом и не произнес ни слова. Двое других мужчин тоже смолчали. Я наклонилась над сумкой, ища ключи.

— Давно ждешь? Мы у Иринки были. Я ее малыша на руках держала. Заходи, сейчас передам чай для твоей мамы, а тебе привезла очень красивую чашку.

— Что это соседский пес так воет? — отстранился он от стены. — Меня собака давно знает, а воет не переставая.

— Тоже заметил? — насторожилась я.

Дверь была уже мной открыта. Иван с Олегом ждали, когда войду, но я пропустила их вперед, сама же, решила выяснить, что произошло у соседки. Подошла к ее двери и нажала на кнопку звонка. Послышалось царапание коготков по двери с той стороны, еще собачка пару раз торопливо тявкнула где-то совсем рядом, а потом, видно, снова убежала в комнату и заголосила там.

— Не нравится мне все это, — снова принялась жать на звонок, а Вовка стоял рядом и пристально разглядывал меня. — Алла! Алла!

Не знаю, сколько бы еще стояла и звала соседку, но Вовка положил руку на дверь и слегка нажал. Оказалось, что та не была заперта. Она раскрылась, давая нам проход. Мы зашли и зажгли свет в прихожей. Я еще раз произнесла имя соседки, и только потом прошла дальше, ориентируясь на лай Тюбика. Нащупала на стене выключатель и нажала клавишу. Мои глаза сразу же различили женскую фигуру на ковре. Алла лежала на полу в очень странной позе. Ноги сами понесли меня к ней. Вовка и я подошли одновременно. Он опомнился раньше меня.

— Вика, не смотри!

Но было уже поздно. Я успела увидеть остекленевшие глаза и перекошенное гримасой лицо. Вид смерти был мне не по силам. Сознание мое помутилось, последнее, что помнила, это вскрик Вовки.

— Надо вызвать полицию, — услышала голос Олега, когда стала снова приходить в себя.

Я опять лежала в спальне, в одежде поверх одеяла, как и вчера. Только теперь на мне было еще и пальто. Вовка сидел рядом и держал вату с нашатырем. Олег стоял неподалеку, сжимая в кулаке мятый лист бумаги, подозреваю, что это была последняя из записок. Иван набирал номер на телефоне, а потом стал объяснять в трубку наш адрес.

— Собака, — разлепила я губы.

— Что? — все трое наклонились ко мне, пытаясь понять, о чем это я.

— Заберите собаку. Вова, принеси его сюда. У него шок. А сейчас еще полицейские приедут… Как бы чего ни вышло…

— Я закрыл его в другой комнате, — сообщил вернувшийся Володя. — Как ты?

— Что мне будет, а вот Алка…

Из моей груди вырвались рыдания. Представляю, как страшно я выглядела, но ничего поделать не могла, красиво плакать не умела. Мужики растерялись, толклись рядом и переглядывались. Потом Олег додумался принести мне воды, заставил сделать несколько глотков. Отобрав, наконец, стакан, передал его Вовке, а сам помог снять пальто. Тут на площадке послышался шум. Из соседней комнаты залаял Тюбик. В прихожую вошли двое дюжих полицейских с автоматами. Иван пошел к ним объяснять, в чем дело. Это были люди из ближайшего отделения. Еще через какое-то время приехала оперативная бригада. Среди них оказался Ванькин друг. Тот самый, у которого он останавливался проездом месяц назад.

— Кто нашел тело? — спросил он нас, обводя глазами.

— Вот они, — Иван указал на нас с Вовкой. — Прошу тебя, оставь мою жену в покое, она тяжело все это перенесла.

— Ладно. Пойдемте со мной, — обратился он к Володе. — А с тебя, Иван, причитается. Надо же, женился, и ни полусловом!

Мы снова остались в комнате втроем. Иван помог мне подняться и перейти в гостиную. Там расселись, кто куда, и какое-то время сидели в молчании. Потом я попросила выпустить ко мне собачку. Тюбик вбежал, закрутился на месте, заметил меня и кинулся на колени. Его трясло, как от озноба. Я принялась собачку гладить и успокаивать, а в результате сама снова разревелась.

— Что думаешь, Иван? — Олег снова предложил мне воды, а потом хмуро смотрел куда-то в угол.

— Черт знает, что! — ответил Ванька, по всему он был растерян.

— Он перешел к действиям. Шутки с записками кончились.

— Мне кажется… — нерешительно начала я и заметила, как тут же оба повернулись в мою сторону. — Алла что-то увидела. Она любила стоять под дверью и смотреть в глазок.

— Этот некто приходил в дом и оставил записку. Соседка его увидела, и это стоило ей жизни. Так? Это хотела сказать? — Олег не сводил с меня глаз.

— Она видела его и раньше. Когда приходил еще в те разы. Сама мне рассказывала. А я все в толк не могла взять, о чем она мне говорит.

— Расскажи подробнее, Вика, — он был серьезен, и от его привычной язвительности не осталось и следа. — Старайся ничего не упустить.

— Вряд ли смогу, столько времени прошло. Но попробую, — я морщила лоб от напряжения. — Обычно мы с ней общались урывками. Здравствуй и до свидания. Ключ оставить. Соли дать или попросить. Но после того как в нашем доме случилось убийство…

— Какое убийство? — оживились сразу оба и спросили в один голос.

Пришлось начать рассказ с той ночи, когда понесла мусор к контейнерам. Эта история очень заинтересовала Олега. Иван же посчитал ее незначительной, но все же согласился, что может и следует рассказать о ней следователю.

— С твоих слов выходит, что соседка принимала ночного визитера за кого-то из прежних возлюбленных. Интересно, за кого? Сколько еще их у тебя было?

На мой взгляд, не стоило Ивану так горячиться и злиться. Уж кто-кто, а сам… Но я только вздохнула на его выпад и решила сохранять спокойствие.

— Вы всех теперь знаете. Остался только один.

— Я весь внимание, — огрызнулся Ванька.

Олег ничего не сказал, сидел и рассматривал свои руки.

— Это Володя. Он стал моим партнером по танцам на льду после своего брата.

— И в постели тоже его заменил, — зло сверкнул глазами муж.

— Мы много времени проводили вместе, — я вдруг поняла, что говорила все это для Олега, но он упорно смотрел на свои руки, сжатые в замок. — Он был очень внимателен ко мне, никогда не рисковал на льду, если это могло обернуться моей травмой. Скоро поняла, что влюблен в меня. Но на спортивной карьере мы оба решили поставить точку и поступили в институты, разные институты.

— Теперь мне понятно, почему этот юрист предпочел лучшим предложениям мой банк.

— Его мама обвинила меня в том, что спортивная карьера ее сына, и даже сыновей, оборвалась ничем. Она стала против наших встреч. Мы расстались. Но не навсегда. Встретившись вновь, уже на службе в банке, возобновили отношения, но исключительно дружеские.

— Как это может быть?! — завелся Иван. — Какая дружба может быть с мужиком, который…

— Помолчи, Иван. Ты забыл, о чем мы сейчас говорим? Мы ищем убийцу! Потом будешь ревновать, сколько угодно.

— Вова часто заходил ко мне раньше. Затем был перерыв в отношениях. А в последний год его опять можно было видеть у меня. Думаю, Алла увидела кого-то очень похожего на него. Больше некому быть. Честно. Только это не Вовка. Я абсолютно уверена. Поэтому и следователю всего этого не расскажу, буду от всего отрекаться, чтобы не сделать ему худо.

— Хорошо, — Олег поднял на меня глаза, они были непроницаемы. — Решим так. Сообщить предполагаемые приметы убийцы стоит, но историю немного изменишь, опустишь сравнение с Третьяковым. Это, и правда, может быть просто совпадением. Но мы теперь знаем, как может выглядеть убийца. Тебе, Вика, ни о чем приметы не говорят?

— Нет. И вот еще, что. Алла всегда видела его со спины или немного в профиль. Все твердила про загар и вьющиеся по шее черные волосы.

Когда к нам присоединился Володя, мы дружно посмотрели на его волосы. Да, темные, почти черные. Но кожа его была без загара, и стрижку носил короткую, вся шея была открыта. Он выглядел уставшим, каким-то помятым. Вслед за ним явился и Ванькин приятель, следователь, что начал заниматься этим убийством.

— Беда с вашим домом. Второе убийство за два месяца. То журналиста застрелили, теперь вот женщине шею свернули.

— А тем делом кто занимается? — поинтересовался Иван.

— Кто, кто? Я! Ладно, давайте сделаем так. Уже светает. Тут все устали, измучились. Давайте разойдемся. Немного отдохнем, а завтра милости прошу ко мне. Побеседуем. Все поняли? Этого товарища я опросил, — он указал на Володю. — Ему не обязательно приходить. Хотя… Может и стоит. Ладно, приходите все вместе.

— Вика, что происходит? — насел на меня Третьяков, как только следователь покинул квартиру. — Мне кажется, что вы все знаете обо всем этом больше моего. Может, расскажешь?

— Да, надо. Только давай это сделаю завтра. Я честно очень устала. Просто никаких сил не осталось. Этот человек сказал, что мы завтра должны быть у него. Пошли с нами. Мы будем там все рассказывать, а ты все узнаешь.