Клара Колибри – Все началось со лжи (страница 27)

— Ричард у меня, — начал он без всякого перехода. — Это самое правильное событие из всех, что случились с нами за последнее время. Не находишь, дорогая? А я, так в этом уверен. И еще. Думаешь, я не понимаю, почему ты попыталась пристроить его у подруги? Ошибаешься, если у тебя была такая мысль. Ну, да речь не об этом. Заклинаю тебя. Слышишь? Сашка, остановись. Ты уже столько дров наломала. Может, пора задуматься над тем, а что потом? Что ты молчишь? Скажи мне что-нибудь. Давай, не молчи только. Вот увидишь, мы сможем во всем разобраться. Я серьезно. Правда, готов тебя выслушать. Тебе только и надо, что быть со мной честной.

— И будет все замечательно, — произнесла я, но как будто и не я вовсе.

— Что? Что ты сказала?

— Не представляю тебя за столом переговоров. Нет, правда, не представляю.

— Почему? Это неверное представление обо мне. Я же руковожу несколькими фирмами сразу, и как-то мне это удается.

— Интересно, как? Ты же только и знаешь, что жесткий… жесткие меры.

— Нам с тобой просто не хватило времени лучше узнать друг друга.

— Так считаешь? Все дело в этом?

— Наша с тобой история не с того началась и грозит закончиться плачевно.

— А она была, наша с тобой история?

— Да. И она все еще продолжается. Правда, только моими стараниями. Но конца еще нет. Согласись, хоть в этом. Я не поставил в ней точку, а мог, и причем так, что тебе бы не поздоровилось.

— Снова угроза.

— Вовсе нет. Просто, все это время, которое говорим, хочу донести до тебя, что очень стараюсь быть спокойным и справедливым.

— Вот оно что.

— Ладно. Давай так. Я говорю тебе, что готов встретиться и спокойно все обсудить.

— Что ты собрался обсуждать? Нет, правда, скажи. Мне не понятно.

— Наши семейные отношения, например.

— Не было у нас семьи. И отношений семейных тоже, или я совсем ничего не понимаю в этой жизни. И нечего придуриваться. Нам с тобой хорошо известно, что стоим по разные стороны непреодолимого препятствия. А ты… ты врал с самого начала и до сегодняшнего дня. Не вижу ни одной причины, которая дала бы мне возможность усомниться в твоей лживости.

— Ты просто дура, Сашка. Слепая и упертая. Хочешь свернуть себе шею? Вперед! Мне уже осточертело гоняться за тобой. Идиотка!

— Так и знала, что не сможешь удержаться и не оскорбить меня снова.

— Послушай меня. Даю тебе последний шанс. Приезжай ко мне. И Ричард тебя ждет. Приезжай. Можешь сегодня, можешь завтра. Как хочешь. Только потом может быть уже слишком поздно. И ты знаешь, почему. Не хуже меня знаешь. Сашка, все может быть совсем иначе. Я уверен в этом. А хочешь, сам к тебе приеду… один. Мы только поговорим. Спокойно все обдумаем…

Но я его не дослушала, нажала отбой, а заодно и совсем выключила мобильный. Именно завтра мне предстояло собирать чемодан, чтобы вечером сесть в заказанный фирмой автобус и прибыть на турбазу. А там… куда кривая вывела бы. И я считала, что на этом такая странная история знакомства с Виталием закончилась. Совершенно искренно верила в ее завершение, и потому не давала себе возможности даже в мыслях вернуться к его словам или поступкам. А образ его постаралась изгнать из памяти, как если бы можно было его совсем стереть. Наверное, это было невозможно, иначе, отчего так разболелась голова, да и все тело, а руки и вовсе стали ходить ходуном. Это совсем никуда не годилось. От отчаяния, после не менее часа мытарств потянулась к телефону снова.

— Слушаю тебя, — ответили мне на другом конце связи. — Хочешь, чтобы я к тебе приехал?

— Приезжай.

Вот, и все. Я сделала свой выбор. Стало ли мне легче? Ничего подобного. К дрожи в руках добавился еще и озноб. Но одна в таком состоянии была недолго. Показалось, что совсем скоро, услышала, как в замке повернулся ключ. А потом были шаги в прихожей. Знакомые шаги. И голос, его я знала давно, давно.

— Совсем себя довела? Ничего, я все исправлю. Смотри, что тебе привез. Ты рада? Сейчас это примешь, и все пройдет. Да ты сама знаешь. А потом все станет по-прежнему: только я и ты.

— Давай уже, не надо много говорить.

Он был прав. Я хорошо знала, как оно у нас с ним было. В первый же месяц знакомства открыл мне секрет своего хорошего настроения и кипучей энергии. Покуривать с ним травку казалось забавным. И я уже тогда была дурой и решила, что ему ровня. Дура и есть, если раз за разом наступала на одни и те же грабли. Чего я хотела? Счастливой жизни? Кто ею мог передо мной похвастаться? Я таких людей не знала. А может, верила в сказки о принцах? Ну, да, было немного, в детстве. Только быстро оно у меня закончилось, мое детство. Сейчас даже не верилось, что вообще, было.

А принцы? Что с них было взять? Они же пришли из другой жизни, если не из сказки. Моя и их жизни все же не были одним и тем же. И вообще, очень быстро я поняла, что каждый идет своей дорогой. И если наши пути иногда и пересекались, или же на каком-то протяжении соприкасались, то только больнее потом было ощущать одиночество. А все отчего? Да все просто. Никто не хотел себя менять. Имела в виду, по-настоящему. Не просто было изменить себя, гораздо приятнее требовать превращений от кого-то. Да, что там, я сама такая. Не под каждого принца готова была подстраиваться, а если он еще и не принц вовсе, а простой парень, пусть и приятен или даже красив собой, а может, к тому же, остроумен и сексапилен… Все равно, каждый из нас оставался сам по себе.

— Все чушь!

— Что ты сказала, Киса, моя? Как тебе дурь? Разбирает? И чего ради ты столько времени не подпускала меня к себе? Что хотела доказать? Что можешь самостоятельно топать по жизни? Ничего у тебя не вышло.

— Да ты провидец, Макс! И просто читаешь в моей душе.

— А ты просто дура, если возомнила, что сможешь жить без меня.

— Ну вот, опять, дура! Второй раз за день. Я дура! Ура! Наконец-то, я это поняла. Теперь у меня все наладится. Дай мне, Макс, чего-нибудь покрепче.

— Хватит с тебя. А то в постели совсем от тебя не будет толку. Да и завтра ты нужна мне свежей. Ты еще помнишь, какой завтра день?

— Какой? Обыкновенный. Как всегда. Мы выходим с тобой на тропу войны. Что в этом особенного? Ну, станет завтра или послезавтра на одного мужика в этом мире меньше. Что с того? А по этому, «объекту», даже никто не заплачет. Почему? Да некому! Трудоголик! Не создал ни семьи, ни детей. Есть, правда, мать… А у тебя, Макс, мать есть? Почему я раньше это у тебя не спрашивала?

— Спрашивала. Но ты такая дрянь, что интересовалась этим просто так, от нечего делать. От этого и не помнишь сейчас.

— И что ты мне ответил?

— Что я из детского дома. Если мать еще и жива, то мне об этом не известно. Еще вопросы есть? Лучше бы их не было. Злишь ты меня сегодня, Алекс. Так бы и врезал по твоему красивому лицу. Но сегодня нельзя. У нас «объект». А может, послать все к черту, как год назад сделала ты?! Только я не стану канючить про семью и детей. И, тем более, заводить блохастых псов, вместо этой самой семьи. Знаешь, чего хочется мне? Если бы не «объект», я бы взялся, вот так, за твою шею, сжал бы, вот так, ее в руках. Тебе больно, Алекс? Не хрипи, скажи, что больно, чтобы отпустил… Так и быть, буду помнить об общем деле и моей к тебе привязанности. А то, так хочется, наконец, почувствовать хруст твоих позвонков, Киса. Так много моей крови испорчено тобой, что мне уже мало будет просто свернуть тебе шею.

Отброшенная его рукой, я приземлилась на подушки. Закашлялась и долго не могла прийти в себя, утирая слезы, помимо воли выступившие из глаз. Он лег рядом, вытянулся, с удобствами положив голову на согнутую в локте руку, чтобы наблюдать за тем, как стану всхлипывать и хватать ртом воздух, пока не выровняю дыхание совсем.

— Тебя не волнует, что на шее останутся следы от твоих рук? — это первое, что смогла потом произнести.

— Нет. Придумаешь что-нибудь. Ты всегда можешь выйти из любого положения. Когда надо, можешь неплохо соображать. Оденешь что-нибудь такое… А мне будет приятно знать, что на твоем теле есть след от моих рук.

— И где ты станешь ночевать? Решил осчастливить меня этой ночью своей любовью? Или все же проведешь ее, напоследок, с женой и новорожденной дочерью?

— С тобой, моя радость. Иначе, зачем бы мне было тащиться в такую даль в этот час? Отныне, вся моя любовь принадлежит только тебе. Но ты меня знаешь, я про это не стану долго говорить, лучше перейду к делу. Как ты на это смотришь?

— Это было неизбежно. Так что же тянуть? Как видишь, я уже готова, уже вся лежу в кровати.

— Замечательно. У нас снова взаимопонимание.

Хорошо, что на следующий день погода была холодной и сырой. Почему меня это радовало? Все было просто: мне надо было скрыть синяки на шее, а для этого лучше всего подходил свитер с высоким воротником. Именно его и надела, когда собралась в дорогу на турбазу. А еще была в джинсах и кроссовках. Взяла сумку с кое-какими самыми необходимыми вещами и зонт и вышла из квартиры. Автобус ждал недалеко от офиса. Когда подошла к нему, больше половины мест уже было занято. Собралась было пройти в самый конец салона, чтобы сесть там, но меня окликнула Мария. Оказывается, она уже заняла нам с ней места, приблизительно в центре, слева от прохода.

— Садись со мной. Хочешь, у окошка? Мне, на самом деле, все равно. Давай, проходи к окну… А что такая хмурая, случилось чего?