Клара Колибри – Приключения Элизабет. Книга 1 (страница 39)
– Да. Вот тут, на перекладине. Положу голову под крылышко…
А утро нас порадовало тремя явлениями. Во-первых, хорошей погодой. Во-вторых, вдали, пока в подзорную трубу, но Ястреб заметил на горизонте паруса Медузы. И потом…в третьих, то есть…на рее обнаружился Питер. Или нет, обнаружение белого попугая все же не всем одинаково повлияло на настроение.
Глава 16. Где я снова стала человеком, только каким-то странным
Мы вышли на палубу одновременно, я и Эдвард. А получилось это по тому, что он указал мне на свое плечо, когда собрались покинуть каюту. И мне ничего не стоило вспорхнуть на это широкое, мышечное, сильное…одним словом, на плечо моего любимого мужчины. Да, в этих чувствах к капитану призналась себе самой окончательно. От осознания такого факта не ощутила легкости в грудной клетке, скорее, наоборот, там с тех пор брякнулся весомый камушек и придавил мне сердце. И как иначе, учитывая некоторые наши беседы с Ястребом о семье, браке и взаимоотношении полов, дело воспитания из него семьянина, хоть какого, было обречено на провал. И тот договор, о котором заикнулась вчера на сон грядущий, был военной хитростью, конечно, но ничего общего не имел с планом набрасывания на Эдварда брачной петли.
Ничего подобного. Я беспокоилась лишь о своем спасении, но оно выглядело бы не как бегство из лап коварного и жестокого пирата, а как побег от неминуемого моего чувственного порабощения этим мужчиной. Да, да. Все эти его хитрющие, манящие, обещающие, насмешливые, очаровывающие, нахальные, заботливые и так далее взгляды к чему могли привести? Правильно, мое сердце не было небьющимся. А если учесть, что к тому времени уже полностью принадлежало этому мужчине, то стала серьезно опасаться, как бы он его не разбил. И еще я чувствовала, что ко мне тянулись какие-то нити. Те, что норовили привязать к Эдварду сильнее канатов. И как бы тогда все выглядело? Он, решительный, властный и несгибаемый, шагал бы по жизни так же широко, как привык, а сзади на этих веревках волочилась бы я, жалкая и покорная?
– Пф! Не допущу! Пока есть силы, рвать, к дьявольской бабушке, эти путы!
А сделать это было легче, в каком случае? Правильно, на расстоянии. А как его было возможно увеличить, если пирату пока мною еще не наскучило забавляться? На ум приходил один только вариант, хитростью. А этим даром под названием «искра жизни» природа наградила все же женщин в большей мере, чем мужчин. Ну, чаще всего. И спасибо ей большое за это. Да, слабому полу не досталось физической силы, но мы получили изворотливость и хитрость. И если нас загонять в угол, прижимать и не давать вздохнуть…ух, мы на многое тогда были способны. А уж из искры раздувать пламя – эта способность досталась от прародительниц и развивалась в нас веками. Вот и во мне тоже. И я покачивалась в то утро на плече пирата и мысленно, снова и снова, обдумывала каждый пункт предстоящего договора с этим мужчиной.
– Только бы Отто мог помочь! Только бы оборот было возможно провести! Только бы он прошел успешно! А там…
– Капитан! – Распугал мои мысли-молитвы впередсмотрящий. – Судно.
Да, это была Медуза. Об этом сказал Эдвард, даже не убрав от глаз подзорную трубу. А еще о том же прокричал мне откуда-то сверху голос Питера.
– Элизабет! Я вижу то судно, которым вы интересовались. – Зашипел белый попугай, сидящий на рее. О, да, у птиц очень острое зрение, и находись я с ним рядом на той высоте, то тоже, возможно, рассмотрела бы паруса Медузы.
– О, Питер! Вы не улетели?! И вы живы!
– Эль! Откуда этот скрежет? Почему ты снова начала издавать эти звуки? А, дьявол! Этот петух не дощипанный снова тут!!!
– Эдвард! Эдвард! Только спокойнее! Умоляю, не гони его, ведь до берега долететь попугай теперь не сможет…
– Раньше должен был думать этот фазан безмозглый.
– Что ты делаешь?! Зачем Безухому лезть туда?! О! Дай мне минуту, умоляю! Я с попугаем поговорю и все улажу. Клянусь.
– И как это будет выглядеть? Ты поговоришь, и он улетит? Не смотря на расстояние до ближайшего берега? А на другой вариант, детка, я не согласен. На моем судне может быть только одна птица.
– Э…две, Эдвард.
– Одна, я сказал!
– Не горячись. Я всего лишь имела в виду, что ты сам носишь кличку «ястреб».
– Какой к дьяволу…ты ведь меня четко поняла, милая?
– Пара минут, Эдвард!
– Хорошо, но я буду рядом. И это не обсуждается.
– Но я не могу допустить, чтобы…одним словом, буду разговаривать с Питером там. – И я указала головой на рею.
– Так я тебе это и позво…
Не успел капитан договорить, и еще схватить меня, а он попытался, но рука его только чиркнула по воздуху после того, как я уже оттолкнулась от плеча и взлетела. Пара секунд, и сидела рядом с белым попугаем. А Ястреб, матерясь как пират, немедленно полез догонять, вдоль и вверх по мачте.
– Доброе утро, сударыня! – Закрутил-закачал головой вежливый Питер. – Вы рады, что мы снова вместе? А как я рад!..
– Послушайте меня, Питер. Я должна вам кое-в-чем признаться. Пожалуйста, не вертите так головой и будьте внимательны к моим словам.
– Да это же ритуальное приветствие! Я даю вам понять, что очарован, что навек покорен.
– Вот именно об этом и пойдет сейчас речь…
– Хорошо. Но сначала скажите, вы кушали сегодня? Я просто обязан позаботиться о вашем питании, дорогая. В данный момент могу предложить лишь остатки вчерашних помидоров…немного переваренных, но вполне…
– Что вы делаете?!! Вам дурно? – В панике начала наблюдать, как попугай вроде бы подавился чем-то.
– Нет. Мне хорошо. Я отторгаю от себя корм, чтобы скормить его вам с клюва, милая.
– Не делайте этого, Питер! Я…я уже ела!
И как-то я забыла за всем этим, что к нам приближался Эдвард. Но попугай отреагировал на приближение человека. Предупредительным шипением. И еще он попытался загородить меня собой.
– Элизабет! Чужак! Он уже рядом. Нам надо улететь на другую рею.
– Эль! Отодвинься от него! Ты смотри! Эта скотина перья пушит на меня! Да он…еще и клюнуть меня хочет, гаденыш!
– Вот зачем ты сюда прилез, Эдвард?! Я же стану говорить на птичьем языке. Ты его понимаешь?
– Ничего, милая, я просто рядом поприсутствую. А ты давай, начинай. Время пошло.
И как бы вы чувствовали себя под пристальным взглядом недоверчивых желтых глаз! Я – не очень. Но делать было нечего.
– Питер! Сядьте сюда, пожалуйста. Да, здесь, чтобы было дальше от этого пирата.
– Дорогая, если хотите, полетим на другую рею, я же предлагал.
– Не стоит. Так вот…я должна открыть вам свою тайну…
– Весь во внимании! Это сейчас прозвучит признание, да? Погодите, приглажу на себе перья, дорогая Элизабет.
– Признание, да, но дело в том…одним словом, я не совсем птица. И даже не так… Я в первую очередь человек, а потом меня превратили в птицу. Вы понимаете? Вы хмуритесь? Отчего стали так напряжены?
– Слышал я всякие разговоры про ведьму, живущую на острове. Это она, да? Та мерзкая старуха, что кидается камнями в стаи птиц?! Ох, бедная моя Элизабет! Дайте-ка, я вас прижму к себе, чтобы хоть немного утешить.
– Лучше не надо. А то, некоторые очень нервничают, глядя на нас злющими желтыми глазами.
– Это вот этот пират? Да я могу клюнуть его в темя или глаз и он перестанет осыпать нас искрами, а сам того…осыплется костями на палубу. Хотите?
– О, нет!
– Вы так испугались за него… Кто он вам, Элизабет? Явно, что дорог.
– Сознаюсь, что он – мой возлюбленный. Но судьба разлучила нас.
– Теперь все стало понятно. К сожалению, я чувствовал, что ваше сердце несвободно. И вот теперь…
– Но, Питер, меня беспокоит ваша судьба. Я стала причиной того, что оказались здесь, на этом корабле. Все из-за меня вы покинули остров.
– Пустое. Я следовал по зову сердца, дорогая. А гнездо…да, что с того, достанется кому-то другому.
– То есть, вы не собираетесь при первой возможности лететь обратно? Но как же так?!
– Решил и останусь с вами. До конца. А вы уверены, что удастся снова стать человеком? Если нет, то я стану вам защитой. Если да, то все равно останусь рядом. Вот к такому виду попугаев я принадлежу: мы влюбляемся один раз и на всю оставшуюся жизнь.
– Ох, надо же?!
– Эль! Что ты там квохчешь? Этот тип скоро от нас улетит?
– Эдвард! У нас все усложнилось… Погодите, Питер, не шипите!.. Эдвард, попугай принадлежит к редкому виду…
– Да?! Вымирающему?! Тогда его род сейчас точно прервется, потому что я не собираюсь входить в его положение и уступать свою женщину. Ты слышишь меня, Эль?!! Да я ему сейчас шею сверну!
– Эдвард! Остановись! Речь о другом. – Честно, не знала, что сказать, а пират уже забрасывал ногу на рею и тянулся к ничего не подозревающему попугаю. – Он теперь уже сам желает улететь, чтобы…э…продолжить свой род с истинной парой, так сказать. Но не может. Столько силы в крыльях не имеет. И сейчас просит отсидеться здесь, на этой рее до поры, до времени. А если его немного подкормить, то он, наверное, смог бы покинуть корабль и раньше.
– Просишь за него? – Прищурился капитан. – Обещаешь, что он так и останется сидеть здесь? А ты от меня не на шаг? Тогда…ладно, соглашусь. И прыгай немедленно мне на плечо, детка.
– Ах, как ты добр! Но сейчас, дорогой, только переведу наше соглашение Питеру.
– Да, дьявол, птица же по-нашему ни хрена не понимает.
– Вот именно. Минуту, капитан. – Произнесла елейным голосом. А про себя еще добавила кое-что. – Как и ты, пират. Как и ты ни хрена не понимаешь по-птичьи.