Клара Колибри – Приключения Элизабет. Книга 1 (страница 35)

И тут в глазах моих как помутилось, и мне привиделся кошмар. А именно: сидела на жердочке, передо мной висело неким гамаком гнездо, а из него высовывались лысые головы желторотых птенцов, штук десять, и все просили есть. Чуть с балкона не свезлась на камни мостовой.

– О, нет! Это не мое! – Набатом прозвучало в голове.

А еще представила, что теперь обречена была навсегда остаться на этом острове. А что, кто знал, насколько далеко он был отделен морем от материка? А я не совсем была все же птицей – могла и не преодолеть в полете большие расстояния. И вот жила бы до старости здесь. Сколько там было отпущено природой попугаям?.. Ела бы…надеюсь, что фрукты, а не червей… Стойте! Но ведь они не зрели каждый месяц! На все был свой сезон.

– Питер! А что вы едите, когда нет фруктов и ягод?

– То же, что и все, дорогая. – Он перестал сотрясать передо мной в ритуальном танце перьями и посмотрел с недоумением.

– И все же?..

– Объедки около трактиров подбираю. Но вы не беспокойтесь, сударыня, я вас ими обеспечу тоже. Вы не будете зимой знать голода, а еще мы станем летать…

Он говорил что-то еще, но я уже снова обратилась к причалу. И тогда заметила, что «Стремительный» начал от него отходить.

– Что?! Они отплывают?! Это как же!.. Я больше могу никогда не увидеть его?.. Ох, нет!!!

Мои метания длились недолго, а потом оттолкнулась от балконного парапета и полетела.

– Сударыня! Куда вы?! Лес совсем в другой стороне!..

Конечно же, мой полет снова ни на что не был похож. Ни на что хорошее. В нем совсем не наблюдалось плавности, напротив, одни нескладные трепыхания можно было наблюдать со стороны, что бы там ни выдумывал Питер. А он снова увязался за мной и время от времени, когда мне грозило уйти в штопор или врезаться во что-то, подправлял тот яко бы полет. Если бы не белый попугай, то мне ни за что не достичь было бы мачты «Стремительного». А так, худо-бедно, я плюхнулась на ту жердину, что называлась реей. И рядом, конечно же, опустился Питер.

– Что вас сюда как магнитом манит? Это пиратское судно, и оно сейчас уйдет далеко в море. Вы сможете тогда преодолеть еще большее расстояние до берега? Элизабет! Умоляю! Одумайтесь, и полетели обратно на остров. А там…

А здесь на капитанском мостике стоял Ястреб. Подозреваю, что самый лучший в мире мужчина. Для меня. Вот только поздно я это осознала. Хотя… Что было бы пойми это раньше? Его не изменить, увы. Этого то ли аристократа, то ли пирата. То необыкновенного по страсти и нежности любовника, то предателя, холодно взирающего на покоренных им женщин. Вот и мне, разбил бы сердце, и на этом наши отношения закончились бы. Но теперь… А что теперь? Я – птица. Боги, я стала попугаем! А Эдвард стоял теперь на удалении, бросал взгляды в мою сторону и хмурился. Очень, кстати, недовольно. А потом сказал, что-то боцману и махнул в нашу с Питером сторону.

В тот же момент Чита проорал приказ, и к мачте вразвалочку пошел Карстер Кривой Нос. Он на ходу дожевывал изрядный кус яблока, а за ним еще один. Потом этот пират прицелился и запустил огрызком в Питера. Все стало понятно: белый был крупнее меня, вот его и выбрали мишенью. Но снаряд просвистел мимо. Нет, Кривой Нос был метким наводчиком корабельных пушек, просто, Питер увернулся. И тогда пират замахал на нас руками и заорал ругательства. Белый попугай, кстати, тоже выругался, но гораздо цензурнее. И я снова убедилась, что птицы на этом острове много воспитаннее людей. А тут еще другой пират, Безухий Ганс, с трехъярусным свидетельством плохого воспитания стащил с ноги тяжелый ботинок и запустил его в нас с Питером. Хороший был ботинок – крепкий еще совсем. Он просвистел между нами, птицами, когда отбежали друг от друга по рее, и шлепнулся за борт. Да, Безухий вечно промахивался и во время боя, не знаю, зачем Ястреб его держал возле пушек.

– Оставь. Пусть сидят. Им же хуже. Замучаются потом на остров лететь, и им же поделом будет. – Махнул рукой капитан, приметив, что Ганс плюхнулся на свой тощий зад, чтобы стащить с ноги и второй ботинок.

Но вяло так махнул, потому Безухий не послушался и запустил-таки вторым башмаком. И тот просвистел в очень опасной близости от меня. Я даже испугалась и ойкнула. В итоге, и второй ботинок утонул в море, а Питер встрепенулся, сделал в воздухе кульбит и, извините за выражение, нагадил Гансу прямо на голову. Вот это меткость, поучиться надо было пиратским пушкарям-наводчикам.

– Сударыня, я за вас отомстил. Если желаете, то и с первым недочеловеком поквитаюсь.

– Благодарю. Но нет, хватит с них, Питер.

А в это время с палубы неслась уже более этажная брань. И смех. Нет, не так. Брань Ганса тонула в гоготе команды. И тот посчитал себя оскорбленным не на шутку.

– Эти засранцы загадят нам тут…одним словом, всю палубу. – Примерно с такими словами он и полез к нам, чтобы расправиться.

– Сударыня, предлагаю перелететь на другой насест.

– Питер, эта штука называется реей.

– Как вы умны, дорогая! Я горд, что свел знакомство с вами. Но не лучше ли нам уже полететь к моему уютному домику? И расстояние до берега пока не так велико, и там я бы вам хотел про себя немного рассказать, чтобы свести более близкое знакомство, так сказать.

Я предпочла другую рею. А Безухому пришлось, чертыхаясь, лезть назад.

– Оставь птиц, я тебе сказал. – О, этот голос! Я на него немедленно отреагировала.

И Питер тоже. Попугай свесился вниз и изогнул шею. Он повернул голову с хохолком так, чтобы мог хорошо видеть, что внизу происходило. А там капитан был жутко разгневан на своих починенных.

– Где ваши мозги, вообще?! Когда научитесь четко выполнять команды? Если бы не ослушались, не проявили себя круглыми идиотами, то не пришлось бы сейчас так спешно выходить в море. А ты, Чита?! Разве я не велел тебе караулить Элизабет больше других? И что я обнаружил, вернувшись на судно? Пустоту! Моя женщина пропала, а никто не может связно сказать, куда могла деться.

– Но, Ястреб… Не поверишь, но твоя детка, как сквозь пальцы просочилась. Вот только что была рядом, я отвернулся, а как повернулся назад…

– Ты мне уже третий раз это рассказываешь, Чита! Не надоело?! Ладно бы, кто другой…

– Я же тебе…да, и вот Косой может подтвердить, что в последний раз видели нашу леди, когда она прощалась с Черным Крылом. И мы тебе все о том их разговоре передали, слово в слово. И колдун Отто вел себя вполне подобающе: не переходил границ, ни словами, ни к нам на борт не заступил. Тебе в этом вся команда поклялась. Он точно к «детке» не прикасался.

– Но ты сказал, что он ей улыбался, а потом пообещал скорую встречу!..

– Так ведь…обычно все так при расставании говорят. Мол, до скорой встречи…

– А Безухий пересказал, что Отто называл Эль «дорогая»!..

– Что с того? Мы все с некоторых пор и твоей легкой руки стали звать девушку «детка». Ты же не станешь из-за этого кидаться на нас с кинжалом? Или швырять нас теперь всех за борт, к примеру? Тогда почему, обнаружив пропажу своей женщины, отдал приказ бросаться в погоню за Медузой?

– Потому что! Оттого, что Отто… а, дьявол!.. Почему никто из вас не знает, куда собралась держать курс Медуза?! У вас же у каждого, если не друг на том борту есть, то собутыльник точно. А как дошло до дела, так никто не ведает, где это чертово судно искать!

– Но Ястреб! Вот ты ничего не желаешь слышать, а я советовал тебе сначала прочесать этот пыльный городишко. Сдается мне…

– Да на черта Эль сдался пиратский остров?! Она же все здесь приняла в штыки. Я только и слышал от нее, что хочет покинуть это место. А тут Медуза стала отплывать…как я не подумал…зачем только пошел в торговое представительство… Но если станем терять время на поиски в городе, то Отто увезет Эль далеко., и он…да они…дьявол, прибавить ходу!

– Ну, вот! Опять ты бесишься! А я тебе говорю…

Так вот оно что! Эдвард на берегу меня даже и не искал. Но почему имеет такие подозрения про нас с магом? Точно! И вчера капитан вел себя весь вечер вызывающе после того, как обнаружил нас с Отто выпивающими вино на борту Медузы. Но мы всего-то…

– Дорогая, Элизабет. – Отвлек меня от размышлений Питер. – Почему люди так нервничают? Я не могу понять их речь, но что-то мне подсказывает, что вы догадываетесь о том, что там у них происходит. Это так?

– Вы правы, сударь. Я и говорить могу, как человек, и думать, к тому же. А дело в том, что судно будет преследовать другой корабль. Но вот беда, команда не знает, в какой стороне его искать. А на том борту капитаном мой друг и маг…

И тут голову, словно молния прошила. Маг! Отто же являлся магом. Боги, помогите мне! А что если…

– О, Элизабет! Какая вы умная! Образованная! Ваши способности не знают границ!

– Питер! Дорогой Питер! А как бы нам разведать, куда поплыл тот корабль? Нет ли у вас каких-то соображений?

– Предлагаете взлететь и разведать? Ммм!.. Это может быть опасным. Сами знаете, что мы, попугаи, не летаем на большие расстояния. А уж вам, дорогая, я бы совсем не советовал подниматься сейчас в воздух. Знаете почему? Дело в ветре. Он меняется. И по собственному опыту знаю, что быть шторму. Небольшому, но вам рисковать и в спокойную погоду нельзя. То есть, я вами точно не стану рисковать, сударыня. Да, пришла пора признаться в открытую: вы мне нравитесь, очень.