Клара Колибри – Приключения Элизабет. Книга 1 (страница 12)

И сразу бросалось в глаза, что крысятки еще не до конца перестали переживать из-за меня. Вот потому и пропищала им, чтобы успокоились и настроились при удобном случае попытаться открыть дверцу клетки. Все же это легче было сделать теперь, нежели в прошлую подобную попытку, когда клетка висела под самым потолком кубрика. Ребятки меня поняли с первого слова. И им на помощь потом еще пришли их родители и кот. Последний не усидел на капитанском мостике, после того, как пронаблюдал за целыми тремя попытками грызунов освободить меня из заточения. Ох, крепкая оказалась задвижка на дверке. И Рыжику не удалось с ней справиться.

– А попробуйте ее свалить. – Пришла тогда мне в голову идеальная идея. – А что так смотрите? Да, я сижу в этой самой клетке и упаду тогда вместе с ней. Но прошлый раз у меня получилось из нее выбраться именно таким образом: она упала, дверь открылась, меня приняла в объятья свобода. Давайте рискнем еще раз, А?! Ну, Рыжик, скажи им, что со мной ничего не может случиться?! И я это…сгруппируюсь, точно!

Именно кот и взялся за сдвигание моей тюрьмы к краю дна бочки. Он осторожно так, по-тихому, то лапой, то…пятой точкой двигал и двигал решетчатый ящичек со мной, бедолагой, внутри. А сам делал вид, что просто так уселся рядом. Просто шерстку решил вылизать на этой самой бочке. И совсем уже клетка зависла и закачалась на краю, как к нам с криками и руганью ринулся юнга.

– Ах, ты, глазастый! Углядел мою крыску! Брысь, негодный! Пошел вон, рыжая бестия!– Вопил Вальтер, и не только эти приличные слова выкрикивал, сами понимаете, с кем этот юноша водился, а раз так, то были у матросов в ходу и крепкие выражения, разумеется.

И Вальтер еще вознамерился запустить в Рыжика свою бескозырку с помпоном. Но кот, хоть и был изрядно коком откормлен, но гибкости, быстроты реакции и шустрости не утратил. Он вовремя спрыгнул с бочки и нырнул за бухту каната.

– Ты смотри, что блохастый надумал! – Никак не успокаивался парень, хоть и прижимал уже клетку со мной внутри к груди. – Красотку чуть не съел!

– Что ты раскричался, юнга? – Свесился к нам с заграждения мостика боцман.

– Да кот!.. К клетке подсел!.. Он ее лапой!..

– А кто там у тебя? – Раздался вдруг где-то рядом старческий голос.

Я говорившего видеть не могла, но быстро сообразила, кому принадлежал этот дребезжащий голос. Чародей! Именно он подошел к нам, заинтересовавшись шумом.

– Крыса, говоришь? Ну-ка, ну-ка! Покажи-ка, какая она такая особенная? М-да! Необычное создание.

Сказав это, старикан наклонился надо мной совсем низко. Настолько, что я смогла изучить его сморщенное лицо во всех подробностях. И крючковатый нос, и бородавку на подбородке, испещренные глубокими морщинами щеки и лоб. Особенно меня поразили неописуемо кустистые седые брови и глазки-буравчики, что пристально-пристально смотрели из-под них. На меня. И изучали мою крысиную внешность очень внимательно. А может, этот чародей смог рассмотреть мою человеческую душу? Возможно. Ведь принялся же он уговаривать Вальтера продать меня ему.

– Мальчик, соглашайся! Я дам тебе вот эту монетку!

– Не-а! Этот зверек не продается.

– Она ему вместо подружки. За неимением другой!.. – Загоготал кто-то из команды. Вроде бы, Гюнт. Если честно, то не разобрала – не до этого весельчака мне было.

– Хорошо… А если две монетки? – Не унимался чародей.

И он уже достал два серебряных кругляша из кармана своей жилетки и продемонстрировал их юнге. Но тот упрямо сжал губы и вздернул выше подбородок. А потом просто взял и унес меня назад в кубрик. Вот и все, провал операции!

– Лиз! Крепись! – Успел крикнуть мне Том, разумеется, на крысином языке. – Мы ночью снова попробуем открыть клетку.

Но я и не думала впадать в отчаяние. С первого раза трюк не вышел, так надумала его повторить. А именно, на следующий день снова притворилась, что находилась при смерти. И как назло, снова моими сценическими талантами пришлось в полной мере насладиться Гюнту. И так уж вышло, что теперь на него косо смотрела вся команда, включая боцмана. И напрасно он верещал, что ни при чем, что даже не дышал в мою сторону, так как Билли все равно взял и глаз ему подбил.

К счастью, жертва Гюнта оказалась ненапрасной. Дело в том, что на этот раз чародею удалось уговорить Вальтера передать клетку со зверьком ему. И колдун пообещал парню понаблюдать за крыской, выяснить причину ее, то есть моих, недомоганий, и постараться избавить животное от недуга. Юнга целиком и полностью колдуну доверился, да ему ничего другого и не оставалось – уж больно я жалко в тот момент выглядела. Парнишка отдал свою Красотку старику, и вот так я оказалась в каюте чародея. И ничего особенного в ней не было. В этой маленькой комнатенке клетка была оставлена на узком столе у крошечного окна. Чародей поставил рядом стул и уселся на него.

– Так, так! Интересно! Что это тут у нас такое?

Я затаила дыхание. Это он у меня, что ли, спрашивал? А похоже было на то. Вот и не удержалась: кинулась к решетке, обхватила прутья лапками и заверещала. Пищала я тогда отчаянно проникновенно. До хрипоты голос сорвала в попытке поведать старцу свою историю. Но он, похоже, ничего не понял.

– Малышка. Красивая маленькая мышка. Ты ведь не болеешь, да? Тебе просто надоело жить в душном кубрике без света и в вечном табачном дыму? Ну, ничего. Здесь тебе будет лучше. У меня здесь и окно есть…

Как же мне хотелось, чтобы он меня понял! Но ничего не получалось. И мне стало уже грозить совершенно лишиться голоса, как вдруг колдун над чем-то задумался. А потом он, кряхтя, поднялся и завертелся на месте в поисках своей сумки-саквояжа. В ней, оказывается, находились его очки. Чародей их разыскал и водрузил на нос.

– Ну-ка? Дай я тебя так рассмотрю.

Это его желание меня приободрило. Кто его знал, вдруг сослепу не разглядел во мне нечто, что подсказало бы о моей исключительности. И теперь на меня уставились глаза старика, увеличенные круглыми стеклышками очков.

– Смотри, чародей, смотри! Вот она я! Элизабет ли Косторанс. Девушка из знатного рода, жительница славного города Медитен, подданная королевства Литания. Кто, как ни ты, увидит во мне ту несчастную, которой так вот крупно не повезло утратить собственный облик? И я еще молчу, что до этого была обманом выдана замуж. Да смотри же, чародей, лучше и пристальнее! Ну как же ты не замечаешь, у меня же человечьи глаза!..

Ох, как я старалась! Искрутилась, извертелась, каких только поз не принимала, а еще чуть ни нос к носу приблизила. А что, старец же, и подслеповат он, основательно так, судя по линзам. И вот заметила, что взгляд колдуна вроде бы изменился. Неужели?! О, сказал бы старичок уже что-нибудь, а то сердце в груди готово было разорваться.

– Миленькая. Красивая мышка.

Да что же его заело на этой «мышка»?! Если разобраться, то и не так все было – крысой я стала по воле той колдунье, с которой столкнула судьба.

– Как тебя, малыш, юнга назвал? Красотка? Что же, вполне подходяще назвал.

Да лучше бы он в глаза мне смотрел, чем палец через прутья клетки совать и пытаться гладить мою шелковистую шерстку. Ага?! А если отбежать в дальний угол? Не достал! Неужели захотел открыть дверцу? Так и было! Открыл! А вот тогда я мешкать нисколько не стала – один момент, и нет меня. Проскользнула под его ладонью, нырнула в проем и была такова.

– Ох, ты! Убежала! Глупышка, стой!

Куда ему было поймать юркую крыску?! Я быстрая. Я ловкая. Я в один момент оказалась на полу и спряталась в щелку за тем самым столом.

– Если ты то, что мне только секунду назад показалось, то вернешься. – Сказал вдруг чародей громко.

И сазу стало понятно, что хотел, чтобы его услышала Красотка. Значило ли это, что он…неужели, рассмотрел во мне другое существо, а не грызуна?

– Давай же, иди сюда. Эй! Как тебя звать на самом деле?

Вот эти слова! Что они значили? Он ко мне, как к человеку обратился? Вся в сомнениях, но из спасительной щелки выбралась. И навострила уши. А еще привстала на задние лапки.

– Если хочешь от меня помощи, то иди сюда. Ну же! Мне не по возрасту наклоняться, дорогая.

Как он меня назвал? Так к крысам, определенно, не обращаются. Может, стоило рискнуть? И приблизиться? А, была, не была!..

– Вот она ты! Смелая малышка. Решилась, значит. Тогда забирайся вот сюда.

И старец постучал ладонью по столу. А я не стала его заставлять себя уговаривать. Но забираться вверх оказалось тяжелее, чем прыгать вниз. Но ничего, я справилась. И вот уже сидела перед чародеем.

– Так, так! Я не ошибся. Ты – крыса необычная. У тебя есть секрет. Если прав, то кивни мне.

Я качнула головой и даже переусердствовала, сделав это трижды. А потом какая-то сила заставила меня покрутиться на месте волчком. Нервы, наверное, сдали, и еще такое могло случиться от нетерпения.

– Ух, ты! Шустрик. Но угомонись, нам с тобой надо выяснить еще некоторые вещи. Давай так, я стану задавать вопросы, а ты отвечать. Разумеется не писком. Если согласна будешь с простым вопросом, то кивай. Договорились?

И я кивнула. Это мне не сложно было делать. А колдун остался мной довольный. И дальше он снова полез в свою сумку. Когда на стол лег лист бумаги, перо и чернильница, поняла, что решил записывать мои признания и делать для себя пометки. Что же, дело было его. Я же приготовилась к вопросам. И их оказалось очень много. И день из-за них не прошел, а пролетел, незаметно. Но в результате колдун прознал почти всю мою историю.