Клара Колибри – Один шаг до перемен (страница 3)

Как мало мне было надо. Назвал котенком, и сердце мое застучало бодрее. И силы во мне всколыхнулись. Не думая больше ни о чем, села в машину и покатила на свидание. И пусть, увиделись бы всего на несколько минут. И я готова была сама его поцеловать.

— Не стану больше ждать, когда он надумает меня обнять и приласкать. Как увижу, так и прижмусь к нему. И пусть, кто угодно будет тому свидетелем. Хоть тренер, хоть этот Ткачев, хоть сам черт! — рулила к базе и улыбалась.

Но по моему хотению ничего не сложилось. Весь путь проделала, как оказалось, лишь для того, чтобы понаблюдать через витраж бассейна, как Глеб держал у себя на коленях молоденькую девушку. Были там и другие спортсмены, не только они вдвоем. Все выглядели бодрыми и над чем-то смеялись в тот момент, когда я приблизилась к стеклянной перегородке. Вот так!

— Кто она? Не похоже, что они только что познакомились. Что и как давно их связывает? — эти мысли терзали меня весь остаток вечера, когда спешно вернулась в город, ночь напролет и еще все следующее утро.

А ближе к обеду позвонил Глеб и сообщил, что собирает вещи в дорогу.

— Дмитрию удалось достучаться до Хабарова. Тот назначил мне встречу.

— Желаю тебе удачи, — ответила ему, проглотив ком в горле.

— Спасибо. Это важно для меня. А еще не переставай меня ругать весь завтрашний день. Договорились?

— Не сомневайся в этом! — с заметным подъемом в голосе пообещала любовнику.

На следующий день мне, правда, было не до него. Ко мне на работу действительно пожаловали, как и предупреждали, «шишки» разного ранга. Был среди них и Ткачев. Но он все больше помалкивал, предоставляя другим своим коллегам задавать нашему директору и мне, как заместителю администратора, вопросы. Не обошлось и без экскурсии по нашему спортивному комплексу. Сопроводить гостей поручили, как раз, мне. А вот развлекать чиновников на обеде за закрытыми дверями, моя персона, слава богу, не понадобилась, на этот момент к мероприятию подоспела Юлия Евгеньевна, моя непосредственная начальница. Мне же досталась вся работа за нас двоих, вместе взятых, на весь оставшийся день до самого позднего вечера.

— Ничего себе у вас получились посиделки, — позволила себе замечание Ткачеву, когда увидела, наконец, в холле отбывающую делегацию, а он взял и подошел ко мне.

— Тебе не позволили уйти, пока не спровадила бы нас? — окинул меня своим «фирменным» взглядом. — И много личных планов на сегодняшний вечер разрушено?

— Мне не впервой задерживаться на работе, — хмыкнула на его сочувствующий тон. — И ситуации разные возникали, знаешь ли, и вечерние группы иногда вести неожиданно приходится. Ну, это когда кто-то из тренерского состава заболевал или другие, какие обстоятельства нарушали обычный ход рабочего распорядка.

— Ты же у нас бывшая спортсменка, как понял из рассказов Глеба, — кивнул и задумчиво склонил голову на бок. — Тоже пловчиха?

— Тоже? Это как Глеб? Или и ты из той же компании? — прищурилась на него в его же манере. — Нет, я занималась прыжками в воду, — ответила и тут же напряглась. Все же, беспокоило меня общение с этим субъектом, даже мимолетное. — Неужели, Соломатин скрыл этот факт?

— Да, теперь припоминаю, что-то такое он и говорил. Но много о тебе мы не…

— Ах, да, конечно! Вы же больше беседовали про школу Хабарова! Я правильно все поняла?

— Почему ты на меня злишься? — спросил вдруг и как сбил мой внутренний накал.

— Серьезно? — не удержалась, и брови так и поползли на лоб. Не уж-то я так явно демонстрировала слабость? Надо было срочно брать себя в руки. — С чего бы мне это делать? Ведь ты друг Глеба, а значит…

— И тебе тоже? — теперь он меня перебил. — Не думаю. Нам с тобой отчего-то так и не удается наладить контакт. Так в чем дело, Ира?

Его манера задавать прямые вопросы в лоб сбивала с мысли и выводила из себя. Я тут же осознала, что и сейчас тоже разговор вот-вот уйдет не в ту сторону, оттого и решила сменить тему.

— Мне кажется, тебя ждут, — указала кивком на машину с открытыми дверями, замершую около ступеней при входе. — Всего доброго. И надеюсь, ты и твои коллеги останетесь довольны нашим приемом.

Я ожидала, что махнет мне рукой, как уже бывало, и уйдет, наконец, восвояси. Не тут-то было. Нет, он рукой все же махнул. Но на этот раз не мне, а водителю той самой машины, после чего она тронулась с места и пропала из виду.

— Разрешишь тебя проводить домой? — вопрос был риторическим, его рука уже уверенно коснулась моего согнутого локтя.

— Проводить? — недоуменно спросила и чуть попятилась. — Зачем?

— Просто хочу. Так что, идем? — и сжал пальцы на моей руке жестче.

— Не стоит, — теперь я уже откровенно начала дергаться, но почувствовала, что отпускать меня он не собирался. И, надо же, растерялась. А как поняла это, так и занервничала, и даже с голосом стало трудно совладать. — Ни к чему это…я вообще… живу тут рядом.

— Отлично. Тогда отправимся туда пешком.

— Нет…не отправимся, — понимала, что выглядела несолидно, упираясь и пытаясь освободить свою руку, но на ум не приходил ни один достойный довод, отчего мы не должны были это делать. — Мне еще в кабинет свой зайти надо. Я сумку не взяла. Так что…

— Иди, — разжал пальцы и выпустил мой локоть. — Забирай сумку, а я тут тебя подожду, — сказал таким тоном, что спорить, поняла, было бесполезно.

Пришлось смириться. И вот мы с Ткачевым вышагивали по ночному городу. Это на словах получалось, что рядом жила, а на самом деле надо было пройти по проспекту метров пятьсот, да потом еще вдоль всей перпендикулярной к нему улице.

— Ничего себе я сегодня поздно домой приду, — поддерживала разговор как могла. — Какие такие дела комиссию так поздно задержали в кабинете директора?

— Финансовые, конечно, — коротко глянул на меня, а потом резко сменил тему. — Глеб тебе звонил?

От этого вопроса чуть не сжалась вся в комок. Кому нравится расписываться в собственных поражениях? А я, как раз, такое получила сегодня. Ведь, возлюбленный как все равно забыл о моем существовании. Уехал, обещал позвонить и не сдержал слово.

— Нет, — совладать с собой получилось: и голос не дрогнул, и плечи остались развернутыми, только чуть опустила голову, но всего самую малость. — Не было звонка. И мне совсем неизвестно, как прошла его встреча с Хабаровым.

— Она не состоялась. Перенесли на завтра.

— Вот оно что…

— Ты расстроена?

— Есть такое. Все оттого, что волновалась за Глеба и рассчитывала на его ответную заботу обо мне. И не так-то это и много, на мой взгляд, набрать номер по мобильному телефону. Вот тебе же он позвонил…

— Почему ты злишься на меня, а не на него? — вскинул на меня глаза, перестав рассматривать асфальт под ногами. — Или я не прав?

— А вот и мой дом, — проигнорировала его вопрос. — На чай не приглашаю — поздно уже очень, и мне завтра рано вставать и…

— Ты меня боишься?

— С чего бы это? И вообще, странный вопрос, — ощущала себя школьницей, что постоянно не могла правильно ответить урок.

— Тогда пригласи к себе. Угостить чашкой чая или кофе не займет много времени.

— Хорошо. Идем, — не могла поверить, что это я сейчас говорила такое. — Если ты так на этом настаиваешь.

Когда вошла в прихожую, бросила ключи на тумбочку, что стояла рядом с дверью, и принялась снимать туфли, немного морщась от их тесноты.

— Устала? — разглядывал меня Дмитрий, не спеша проходить в комнату.

— Поплатилась за то, что решила сегодня выглядеть на пять с плюсом. Шпильки свои имею в виду. — Указала кивком на ноги.

— Но затея тебе удалась. Ты была неотразима. А ноги в этих туфлях вообще чуть не свели меня с ума.

— Чаю выпьешь или уже пойдешь на выход? — спросила строгим голосом после непродолжительного молчания.

— Выпью, — отстранил меня с прохода и решительно отправился на кухню.

Не знаю, что Ткачев от меня ждал тем вечером, но наше чаепитие проходило в гробовой тишине. И заняло оно не более десяти минут. Причем, я поставила перед ним только чашку, не предлагая ничего более ни к напитку, ни, вообще, что-либо. А еще отчего-то разнервничалась, и считала секунды до его ухода. Но он не задержался долее того, сколько понадобилось времени, чтобы выпить чай. Поблагодарил, попрощался и ушел. И только тогда я с облегчением выдохнула. Оказалось, что все это время задерживала дыхание. Вот и раз! Ничего себе реакция у меня была на этого мужика!

— Уму непостижимо! — проговорила я в пустоту квартиры, а потом потрясла немного головой, чтобы совсем прогнать от себя всякое впечатление от его визита, и отправилась в ванную, готовиться ко сну.

— Надеюсь, мы больше не увидимся, — совсем уже неожиданно для себя проговорила вдруг вслух, когда забиралась под одеяло и тянула руку к выключателю настольной лампы. — О чем это я? — замерла на мгновение, нахмурившись. — Ах, да, Ткачев. Нет, это вряд ли. И они в полном составе завтра улетают в Москву. Директор так и сказал, легкой, мол, вам завтра дороги.

Тут моих губ коснулась улыбка. Возможно оттого, что надеялась на свой прежний размеренный образ жизни. Почему бы и нет? Возмутитель спокойствия убирался восвояси, встреча Глеба с Хабаровым по непонятной причине не состоялась, и могла вообще легко оказаться его несбывшейся мечтой. Что это значило для меня? Что мой возлюбленный вернется ко мне, конечно же. И уж тут я постаралась бы направить наши отношения в прежнее русло. Самонадеянно? Мне так не казалось. Эгоистично? Возможно, но в ответ я подарила бы ему всю себя без остатка.