Клара Колибри – Его любимая эгоистка (страница 17)

-- Я не виню его, Лави. Что еще нам остается? Мне вот так стоять возле родителей, пока являюсь необъявленной, но невестой, а ему… Он же понимает, насколько наше положение безнадежно, вот и…

-- Понимает? – с сомнением прищурилась рыженькая, не спуская глаз с виконта, ведущего в танце пышногрудую блондинку. – Так думаешь? И поэтому настолько мил сейчас с той ватрушкой?!

-- С чего ты так с ней? А хотя, она действительно напоминает сдобу в таких-то многослойных юбках…

Лави удовлетворенно подметила, что в голосе сестры появилась жизнь, и, окрыленная удачей, начала соображать, что бы еще такого сказать или сделать, чтобы поднять Генри настроение.

-- А что, если я смогу устроить вам разговор наедине? – заблестели вдруг ее зеленые глаза. – Ты бы обрадовалась этому?

-- Разве же это возможно?..

Получалось, что зря Лави высказала такую идею, потому что только что распрямившиеся плечики сестры поникли вновь.

-- Почему нет?! – она-то сама свято верила, что любую свою затею могла претворить в жизнь, но вот сестра…

-- Не выдумывай. И потом, о чем мы стали бы с Вероном разговаривать? – голос выдавал, что Генриетта разволновалась.

-- Ага! Ты все же не исключаешь такой возможности! И правильно, Генри, потому что, если я что-то задумаю…

-- Ах, милая Лави, ты уже пыталась… задумать, как отвадить от нашей семьи Канди…

-- Да есть масса способов добиться этого! Но, к сожалению, большинство из них идут через скандал.

-- Избави боже!

-- Вот и я не хочу этого, -- нахмурилась рыженькая. – Потому ищу другой способ, тихий, но бесповоротный…

-- Ищешь? А я думала, что выбросила из головы тот наш разговор.

-- Это так похоже на меня? – Лави нахмурилась еще больше. – Нет, не отворачивайся, а скажи честно. Я похожа на легкомысленную особу?

-- Ну… иногда такое впечатление у кого-то и может закрасться, наверное, но не у меня. Я-то тебя хорошо знаю. Ты просто веселая, непоседливая, порой порывистая, но очень добрая.

-- Какая же ты милая, Генри! – Лави не удержалась и чмокнула сестру в щеку. – Спасибо. Но я еще и предприимчивая… и умная. Вот сейчас мне в голову пришел грандиозный план. Не смотри так испуганно, он абсолютно не подразумевает скандала. Видишь вон там мою подругу Мартинику?

-- Молодая графиня Беарти? Вижу.

-- Она очень удачно присела там в креслах!.. Неподалеку кадки с пальмами… cтолики с напитками и закусками, а потому народу толчется много…  Представь, я отпрошусь у матушки подойти к ней. Как думаешь, отпустит?

-- Почему нет? – удивленно спросила сестра.

-- Именно! Это же такой пустяк, подойти к подруге во время бала и немного поговорить с ней.

-- Не понимаю ход твоих мыслей. Или… погоди! Ты хочешь, чтобы я пошла туда с тобой?

-- Конечно. Но не в первый раз, а во второй! Сначала я одна туда наведаюсь, а потом вернусь и скажу матушке, что Марти хотела бы с тобой поговорить. В общем, доверься мне, Генри, и устрою вам с Вероном маленькое такое свидание тет-а-тет прямо на императорском балу. И не начинай!.. – глянула строго на сестру, открывшую было рот в возражении. – Я уже все продумала. Подтяну туда тебя, потом подойдет твой ненаглядный виконт, и вы выйдете в сад вон в те двери, что невдалеке… прямо за кадкой с пальмой. А поговорить… думаю, вы найдете, о чем…

И Лавиния легко исполнила свое обещание. Матушка сочла просьбу дочери вполне безобидной. Что такое несколько минут разговора с подружкой, если младшенькая ее девочка вела себя просто ангельски на приеме? Сущий пустяк. И потом, она же оставалась под материнским наблюдением, раз всего-то отлучалась в другой конец этого же зала. И графиня могла вполне контролировать каждый ее шаг. Вот Лави дошла до Мартиники Беарти, далее подружки обнялись, сели рядом и защебетали. И что с того, что разговор их занял чуть больше обещанного времени? Тоже пустяк. Ну да, графиня потом расслабилась и на несколько минут отвлеклась на подошедшую к ней знакомую даму. А еще пару раз разговаривающих девушек заслоняли от нее желающие получить прохладительные напитки. Но что с того? Около них же постоянно находился граф Беарти, вполне достойный мужчина. И вот уже Лавиния возвращалась. Слава богу, ничего не успела натворить…

-- Дело сделано! – это шепнула рыженькая на ухо старшей сестре, как только снова оказалась рядом. – Я незаметно ускользнула из-под наблюдения матушки. И в это время прошмыгнула к Верону.

-- Ах, Лави!..

-- Не обмирай, а соберись, Генри… Он будет готов встретить тебя за той дверью в саду, -- это она сказала сестре, а потом повернулась к матери. – Матушка! Мартиника просила Генриетту подойти к ней …

-- Разве она не только твоя подружка?..

-- С некоторых пор мы дружим все вместе. Так что, я могу отвести к ней Генри? Какая разница, где она стоит? Что здесь… столбом, что рядом с графиней и графом Беарти… И это же наша Генриетта, она с места не сойдет без вашего разрешения. А так, хоть какое развлечение получит, перемолвившись парой фраз с кем-то…

-- Хм! Ты права. Генри заскучала тут, рядом со мной. Девочка, ты хотела бы подойти к Мартинике? – обратила графиня вопросительный взгляд на старшую дочь.

-- Если пожелаете, матушка, то я могла бы пойти… -- согласно склонила девушка голову.

-- И ладно. Иди, Генри. Пощебечите там…

Когда сестры это услышали, у них от радости чуть сердца не повыпрыгивали из груди. Но если Лави испытывала при этом обычную радость, что очередная ее проделка удалась, то Генриетта вся затрепетала от гаммы чувств. И среди них, помимо радости от предстоящей встречи с любимым, было еще сильнейшее волнение. Это от неуверенности, что поступала правильно, поддавшись влиянию младшей сестры. И, ах, да она вся потом так растерялась, а сестрица ухватила за руку и потащила за собой.

-- Лавиния, погоди!

-- Поздно отказываться от затеи, Генри – Верон уже ждет за дверью в сад.

Имя возлюбленного возымело действие на нее, Генриетта перестала сопротивляться и последовала за сестрой.

-- Так-то оно лучше! – довольная Лавиния прибавила ходу.

-- А Мартиника в курсе нашей затеи? – спросила у нее Генри, пока пробирались к креслу, где устроилась молодая графиня Беарти.

-- Нет, конечно. Зачем надо ее в это посвящать?

-- То есть, мне надо ускользнуть от нее незаметно? – заволновалась старшая сестра.

-- Генри, ну ты, как маленькая! Зачем перед ней-то притворяться? Просто подойди, поздоровайся и поговори с минуту. А потом просто по моему сигналу выйдешь в сад. И веди себя естественно. Это первое правило, когда исполняешь каверзу. Естественность поведения. Вот просто тебе захотелось выйти и подышать немного свежим воздухом. Уловила намек?

-- В общем-то, да. И действительно, что такого, если выйду подышать?..

-- Это да, но я сделала ударение на «немного». Это понятно?

-- Конечно, Лави! Я тебя не подведу.

-- Отлично. И посматривай все время на дверь. Если махну вот так рукой, то немедленно возвращайся. Договорились?

-- Все исполню, сестричка.

-- А вот и Марти…

-- Ах, Мартиника! – Генриетта на этот раз точно поняла намек, что пора было начать действовать по задуманному плану. – Рада видеть тебя, дорогая…

И вот уже Лавинии пришлось вклиниться между увлекшимися беседой подругой и старшей сестрой. Нет, она догадалась, что Генри разнервничалась, вот и не решалась выйти в сад, но так же затея грозила провалиться…

-- Генриетта, милая! Что-то у тебя щеки загорелись… -- нет у сестры действительно выступил странный такой румянец, пятнами. – Вышла бы ты на воздух, что ли…

Она и послушалась. А Лавиния осталась стоять перед Мартиникой, но так, чтобы матушке не было видно кресло, в котором только что сидела Генри. А еще рыженькая непрестанно косила глаза в ту сторону зала, где остались родители. И именно эти взгляды, брошенные  украдкой, и приметил герцог Канди, когда выходил из игрального зала. Н-да, в карточной игре ему всегда везло, вот и теперь вышел из-за стола и оставил игроков только лишь потому, что наскучило все.

Он подумывал пройти в курительную, там побаловать себя дорогой сигарой, а потом… наверняка отправился бы домой. И не понял, почему глазами нашел пламенеющую макушку одной несносной девчонки. Именно в этот момент Веснушка бросила какой-то странный взгляд в противоположный конец зала. Лансу стало интересно проследить его. Оказалось, взгляд адресовался ее матери. И было  похоже, что Лавинию очень встревожило то, что графиня поднялась со своего места. Интересно, с чего бы? Что с того, что мать собиралась пройтись и, скорее всего, приблизиться к дочери? А рыженькая-то явно занервничала. Еще, сама того не замечая, от беспокойства и с расстройства прикусила нижнюю губу. Хм, очень даже соблазнительно это у нее получилось сделать, однако. Но уже в следующую минуту морщинка на лбу у девушки разгладилась, а глаза снова загорелись и заискрились. И Ланс понял, что эта интриганка что-то там придумала. А самое интересное, что ему слало любопытно узнать, что именно. Вот он и замер в дверях курительной комнаты, чтобы понаблюдать.

А графине Терри наскучило сидеть на месте, и еще захотелось угоститься чем-то, да и прохладительный напиток пришелся бы кстати. Но граф увлекся беседой с именитым генералом, тем самым, что недавно танцевал с Лавинией. И да, сердце матери – вещун, оно сразу подсказало, что тот вояка проникся симпатией к их младшей девочке, того и гляди, заведет речь о брачном предложении. Хм, разница в возрасте была значимой, это факт, но человек он хороший, добрым и внимательным мужем стал бы. Ну, да, последнее слово будет за графом Терри, а тот, спешить с замужеством Лави не намерен был.