Клара Колибри – Девушка-воин (страница 27)
– Это вы зря, – прошептали ее губы чуть слышно.
– Что ты говоришь, милая? Зачем так голову повесила? Ты же рассказала, что родственники не против твоего обучения. Соврала? Посмотри мне в глаза. Неужели, ты еще и сердишься? Удивительное создание! Ладно. Сегодня говорить с тобой больше не о чем. Ступай себе дальше. Только запомни, что больше никаких поблажек тебе от меня не будет. Уяснила? Ступай. Да! Еще завтра утром начинаются занятия. Не проспи.
Это он прокричал ей уже в спину. Алиса скорее уносила от него ноги, желая увеличить между ними расстояние, вернее, копыта, так как ехала верхом. И про себя уже строила план по перехвату почтовых птиц, но это уже на завтра. Сегодня дело было к ночи, и быстро смеркалось. А значит, что голуби летать перестали. От этого местную голубятню обнаружить не было возможности. Такое направление и работа мыслей быстро отрезвляла, и около знакомого домика, что отвели ей для проживания, спешилась вполне ловко. Твердо опустилась на ноги после быстрого прыжка на землю и сама себя похвалила, что снова способна думать, видеть и передвигаться вполне без тумана и неуверенности.
– Что же, завтра покажет, что к чему, – с этими словами толкнула дверь в дом и скрылась за ней.
Глава 9
Через три дня, как принц Лютоферский вернулся из поездки в Равногоию, у его матери снова возникла обеспокоенность поведением сына. Нет, он с виду был прежним, каким его знали окружающие, но ее ему было не обмануть. Она точно знала, что что-то у него произошло. Хоть Людвиг и включился почти сразу в королевские дела и выглядел при этом деятельным и привычно хмурым, но, все же, не таким, как всегда. Мать была уверена, что душевный покой сына был нарушен. Поэтому и отправилась на четвертый день, как тот вернулся в замок, в его покои.
– Что ты от меня утаил? – перешла сразу к делу, как только из постели принца выскользнула и маленькой змейкой проскользнула к выходу совершенно незнакомая ей миловидная девушка и скрылась за дверью опочивальни. – Говори немедленно, что бы это ни было, не то я с ума сойду от беспокойства.
– Ты за этим поднялась в такую рань? – глянул на нее принц, щуря не проснувшиеся еще глаза. – И не спится же тебе! Посмотри, солнце только встало! Можно было бы еще часа два поспать спокойно или поваляться в постели. Но нет! Моей матери не терпится нарушать чужой покой, раз самой сегодня не спится.
– Не кривляйся. И не думай, что легко отделаешься от меня, стоит лишь изобразить, что совсем не проснулся.
– Почему изобразить? Я и не проснулся, – с этими словами повернулся на бок и удобнее обхватил подушку, собираясь продолжить спать.
– Людвиг, я не уйду, пока ты не скажешь, что тебя так беспокоит в последнее время.
– С чего ты это взяла? – он, все же, оторвал голову от подушки и привстал на локте, чтобы взглянуть в глаза матери.
– Ты мой сын. И я всегда чувствую твое состояние. Расскажи мне, что случилось в Равногории. Если буду в курсе, то смогу помочь. Разве не так? Я когда-нибудь стояла в стороне от твоих проблем? Что там произошло, Людвиг? Не молчи. Что ваша делегация вернулась, так и не выполнив задачи, мне понятно. Принцесса заболела, и все из-за этого. Вашей вины нет. Тогда почему ты на себя не похож и мечешься, словно попавший в западню зверь?
– С чего ты взяла? У меня все в порядке. Жду, когда король Всеволод пришлет гонца с приглашением в его дворец, – снова опустился на постель, еще и лицо попытался спрятать во взбитой повыше подушке. – Не приставай ко мне долее. Будь добра, дай, все же, выспаться.
– Вижу, как все в порядке, – королева сделала движение головой в сторону его смятой постели, а потом еще и повела ее в сторону недавно прикрывшейся входной двери. – Не упирайся, сын, скажи, что пошло не так? Что не дает тебе покоя?
Но ее вопрос так и повис в воздухе. Принц делал вид, что не смог противиться Морфею и сон его победил.
– Так, значит, – еще с полминуты мать постояла в полной тишине его спальни, а потом в волнении сжала себя за плечи. – Тогда я немедленно посылаю нашего гонца с письмом в Равногорию, где задам вопрос Его Величеству о самочувствии его дочерей. Что на это скажешь? Молчишь? Ладно, на этом и порешим.
И она круто развернулась на каблуках, чтобы выйти. И проделала это все в той же тишине. Но когда за ней закрылась дверь, глаза принца распахнулись, и он повернулся на спину. Закинул руки за голову и уставился в потолок. В таком положении пролежал с полчаса. Потом нервно повернулся на бок, следом раскрутился на другой, но покоя, похоже, ему нигде не было. Поэтому, или нет, но через малое время он уже совсем вскочил с кровати и принялся дергать за шнурок вызова слуги. На зов явился Ганс.
– Что приключилось? Почему мы на ногах в такую рань?
– Мать приходила, – кинул он объяснение другу, снова усевшись на постель.
– А, а! Тогда ясно.
– Что тебе стало понятно? – принялся Людвиг недобро щуриться на своего дальнего родственничка.
– В кровати кто-нибудь еще был? – тот тоже довольным таким ранним подъемом не выглядел, оттого и говорил сухо и грубовато. – И кто же? Или и сам уже не знаешь, кого с вечера подцепил? Как же твоей матери не переживать, если с момента возвращения твоя спальня превратилась в…
– Уймись! Не то не посмотрю, что дружим с малых лет.
– Не нравится? Но так оно и есть. У тебя и раньше с женщинами было… легко. Но теперь ты превзошел себя. Твои родители будут правы, если решат тебя женить немедленно. Я этому не удивлюсь. Нет, может, так оно и надо…
– Хватит молоть языком всякий вздор.
– Отчего же, вздор? Вспомнишь мои слова, когда…
– Думаешь, мать задумала разорвать помолвку? – вскинулся на Ганса и откинул упавшую, было, на глаза челку. – А что? Возможно. Текст письма может быть самый разный. Не только содержать вопросы о здоровье принцессы и наилучшие пожелания ей и ее сестрам.
– Ее Величество сказала, что пошлет гонца? – в ответ Гансу только кивнули, но тому и этого было достаточно. – Допрыгался! Если помолвка будет разорвана, тебе очень быстро подыщут другую невесту, в чем, в чем, а в этом проблемы не будет. Взять, хоть Заозерное. Там тоже имеется королевская дочь. Даже засиделась уже на выданье. Давно совершеннолетняя, заметь. Я бы на твоем месте…
– Мое оставь мне. За свое держись, – хмыкнул Людвиг и поднялся, чтобы пойти принять утреннюю ванну. – Что там наш человек? Есть от него сообщения?
Пока принц освежался, Ганс принес ему простыню и подал с видом полной отрешенности.
– Значит, новостей нет. Я так понимаю твое молчание и гримасу на лице, – Людвиг поднялся из воды, принял простыню и замотался в этот большой отрез ткани. – Неужели, так трудно опытному следопыту-наемнику выследить девятнадцатилетнюю девчонку, не знающую еще жизни. Скажи мне, в чем может быть причина, что мы до сих пор ничего не можем про нее понять?
– Если она так неопытна, как мы предполагали, то ее очень быстро должны были бы обнаружить. Причем, уже люди ее отца. Представь, что девушка, выросшая во дворце, оказывается за его воротами. И не в карете, посматривая на мир из окна. Твоя же суженная, как выяснилось, предпочитает верховую езду экипажу. Уже в этом обнаружили необычность. Нам бы насторожиться. Но мы прошляпили этот факт. Дальше было больше.
– Это что ты имеешь в виду теперь? – принц даже притормозил в дверях между ванной и спальней, чтобы услышать ответ. – То, что она провела в седле целый день с совсем короткими остановками на отдых? Согласен, не каждая дама, даже если любит верховые прогулки, смогла бы также.
– А вот этот факт меня уже ничуть не удивил. И все оттого, что я своими глазами видел, своим носом чуял, что она не просто не боится утомиться дорогой, а принцесса сражалась наравне со всеми при нападении на их лагерь ночью разбойников. Мне пришлось, как следует изучить следы. Я тебе уже об этом говорил. Они точно подтверждают мои слова. Ну, ты и сам тоже в этом имел возможность убедиться.
– Да. На это было очень похоже, – стало заметно, что Людвиг в задумчивости сжал кулаки и угол простыни заодно, который придерживал на своем голом после ванной плече.
– А что ты так напрягся? – деланно удивился на такую реакцию Ганс. – Знаю, что тоже заметил отпечатки мужских сапог рядом со следами ее ножек. И около того самого дерева, где она отстреливалась от нападавших, и к ручью ее потом сопровождал все тот же мужик. Кстати, девушка еще очень любит обувь на низком каблуке, что-то вроде сапожек.
– Я знаю.
– А мужчина, что вертится постоянно рядом, должен быть высок, крепок телом и…
– Что еще? Говори, не тяни.
– Не знаю, как сказать, – задумчиво протянул Ганс, а потом и вовсе ненадолго запнулся.
– Ну же! Не томи.
– Не сказал бы я, что он очень ловок. Имею в виду, в бою. Как-то топчется, что ли, на месте. Шаг не совсем уверенный… Мое мнение, что он не воин.
– Как такое может быть? Тогда с кем она могла покинуть отчий дом? Если их всего трое, за это говорят следы, этот тип не обучен сражаться, а значит, не сможет обеспечить безопасность в дороге. Что за чушь у нас получается с расследованием?
– Именно, ерунда и есть. Взять хоть их третьего спутника. Его следы совсем чудные. Вернее, их как бы и нет. Во время нападения грабителей мне их рядом обнаружить не удалось. Ранее подумалось, что это могла быть служанка принцессы. Но теперь, возможно, что эти двое остались одни. Третий неизвестный, должно быть, пал в схватке.