Китти Френч – Мелоди Биттерсвит и агентство охотниц на призраков (ЛП) (страница 8)

Мы подошли к дому Скарборо, окруженному старыми розовыми кустами и цветущим деревом.

— Шш, — Марина прижалась к ограде, задев дерево. — Я слышу голоса.

— Нам не нужно так прятаться. Мы не делаем ничего плохого, — сказала я, убирая лепестки вишни из волос. Я взглянула на нее, у Марины была такая же цветочная корона. Мы напоминали невест. Но это не очень радовало.

Я стряхнула цветы с ее головы и потащила ее на тротуар.

— Идем. Делай вид, что ты нормальная.

— Сказала та, что говорит с призраками.

— Это нормально для меня.

Я замедлилась, мы вышли из-за растений. Дом Скарборо был мечтой продюсеров на канале Дом. Он напоминал супермодель, что не выспалась, потрепанный, но с прекрасной структурой, манящей потенциалом. Такой дом был кошмаром нетерпеливому Доновану Скарборо, ведь он терял шансы получить деньги. Мы увидели кого-то в дверях дома.

— Это он. Скарборо, — прошептала Марина. Я знала, я видела его по телевизору.

— Хмм, — я пыталась понять, с кем он говорит, но отсюда не было видно. Что теперь? Разрывая тонкий лепесток, я перебирала варианты. A: мы пойдем смело по дороге и предложим услуги. Б: продолжим тут жаться в стиле безумных беженцев из культа цветочных детей. В: что-то среднее. Мне нравилась середина, это было удобнее всего. Я надеялась, что со временем стану увереннее, чем сейчас. Дайте пару месяцев, и я буду смело ходить к клиентам, а не жаться десять минут на входе.

— Сначала стряхнем цветы с волос, потом приблизимся, чтобы его слышать.

Мы согнулись, тряхнули волосами, и я рассмеялась, когда мы переглянулись, потому что волосы Марины встопорщились, став в два раза объемнее.

— Теперь ты как из рок-группы 80-х.

— А тебя словно ограбил певец из рок-группы 80-х, — парировала она, кивая, а потом пригладила пальцами мои волосы. — Идеально.

Я слышала разговор лучше теперь, ведь мы были ближе.

— Кому-то не повезло, — прошептала я, стараясь разобрать слова.

— Он кричит на Лео?

Мы придвинулись ближе.

— Мамбо-джабмо, хлоп-шлеп…

Это я услышала ясно. Скарборо был не в лучшем настроении, общительность пропала вместе с камерой.

— Заканчивай уже бормотать и очисти это место от всего, кроме мебели, понял? Хотя можешь и это барахло забрать. Это место будет домом престарелых, как только я избавлюсь от всего этого ужаса.

— Слово «дух» произносить можно, — донесся презрительный голос Лео, мы приближались к двери по неровной дороге. Я беззвучно рассмеялась, что Скарборо разозлил Лео словами о барахле сильнее, чем о бормотании. Они стояли спинами к нам, и мы могли подслушивать незамеченными. — Или призрак, если вы смелый. Мы ведь не торговца наркотиками обсуждаем.

Мы приблизились вплотную, и Марина постучала Скарборо по плечу, громко сказав:

— Бу! — и он чуть не выпрыгнул из дорогого костюма, выругался, как моряк.

— Господь всемогущий, — он взял себя в руки и развернулся к Лео. — Что это? Дешевая попытка напугать меня, чтобы я больше заплатил?

Лео не ответил сразу. Он быстро менял выражения лица от «привет, бывшая, которую я бросил, о, и мстительная подружка с тобой» к «не подходи ближе, это работа Лео Дарка». Так я читала перемены в его взгляде.

— Да вы шутите, — ровно сказал он, глядя на меня, а не на Скарборо. На пару секунд я потерялась в его глазах, как случалось со многими, ведь взгляд его очаровывал. Цвет колы с жженым сахаром. Глаза его прищурились с подозрением. Он не всегда смотрел на меня так. Эти глаза улыбались мне, хотели меня в прошлом. Наши жизни были много лет переплетены. Лео Дарк учил меня водить на своей первой машине, мне было семнадцать, ему — девятнадцать, и я помнила, мы много времени провели на заднем сидении той машины. Он не всегда был таким самовлюбленным, это программа испортила его. Дайте человеку микрофон и дизайнерскую одежду, и он будет думать только о себе, забыв об остальных вокруг. И опять я заставляла себя взять себя в руки, ведь я не могла впустить его в свое сердце дважды. Он ушел внезапно, встал с кровати, где оставалась я, и уехал в Лондон, едва его пригласили на ТВ. Если бы он написал мне письмо, там было бы что-то вроде: «Спасибо за пять лет, Мелоди, они были веселыми, но бесцельными, так что я бросаю тебя, как камень, чтобы следовать за судьбой на золотых улицах Лондона. С любовью, Лео (прибереги письмо, моя подпись скоро будет стоить целое состояние)».

— Лео, — я кивнула и повернулась к Скарборо. — Мистер Скарборо, я видела вас утром по телевизору и пришла предложить помощь.

— В моей передаче, — заявил Лео и встал плечом к плечу со Скарборо, создав стену, что не пускала в дом. — Спасибо, но, боюсь, у нас нет времени на зевак.

— Зевак? — фыркнула Марина, и я впилась в ее руку, пока она не ударила его.

Глядя на Скарборо, я вежливо улыбнулась:

— Я Мелоди Биттерсвит, хозяйка агентства охотниц на призраков. Мы — местные специалисты в этой области, мистер Скарборо, и я думаю, что могу вам помочь, — раньше я бы считала себя предательницей, забирая работу у Лео, но теперь… Что было, то прошло. Он потерял право на мою верность, когда бросил. Говорили, что сложное — это любовь, война и ловля призраков. Точнее, я так говорила, если он меня не исправлял.

— У него есть вся помощь, — сказал Лео. Глаза его пылали злостью, это не вязалось с ровным тоном голоса.

— Это мне решать, — процедил Скарборо, и я заметила брешь в их отношениях, которую хотел скрыть Лео.

— Может, мы и не из телевидения, — начала я.

— И не в глупых костюмах, — шепнула Марина, губы Лео скривились.

— Но, обещаю, что знаю, что делаю, так что могу справиться быстро.

Я смотрела на Скарборо, хотя Лео явно хотел вмешаться. Он мог вполне поднять руку, словно просил учителя заметить его. Он с трудом прятал все за показным спокойствием Шерлока. И положил ладонь на руку Скарборо.

— Донован. Можно называть вас Донни?

— Нет.

Лео замолк на секунду и продолжил:

— Донован.

— Мистер Скарборо.

— Ладно, мистер Скарборо, я пришел с высокими рекомендациями и поддержкой профессионалов, — Скарборо оглянулся на Лео и упомянутых профессионалов, но мы увидели там лишь двух светловолосых женщин в холле за ними. Одна держала шляпу Лео, другая — его портфель, они были в одинаковых черных мини-юбках и красных туфлях. Но одинаковой была не только одежда, а все в них. Они были идентичны.

— Черт возьми! Это пугает, — выдохнула Марина, я могла лишь согласиться. Лео, казалось, заполучил близняшек-барби.

— У меня есть команда, — возразила я, кашлянула громче, ведь понимала, что словно пыталась звучать как Мартин Лютер Кинг. Все четверо посмотрели на мою команду — Марину — по-разному. Скарборо был ошеломлен, глаза девушек были пустыми, а Лео насмехался.

— Марина Малонэ — команда?

Я спокойно кивнула.

— Марина в моей команде, да, как и остальные. Мистер Скарборо, — я повернулась к владельцу дома. — В этой области мою семью давно знают и уважают, и я могу предложить вам такие услуги.

— Ты не думаешь, что эти люди справятся? — он кивнул на Лео.

Я не посмела посмотреть в сторону Лео.

— Нет. Я говорю, что я лучше.

— Черт! — Лео сорвал с себя смокинг и махнул на близняшек, словно злой тореадор.

— Так? — я подняла голову. — Но Исаак думает иначе.

— Исаак? — Скарборо растерянно нахмурился.

Я скрестила руки на груди и кивнула. Я боялась, что начну усмехаться.

— Исаак. Ваш великий дядя.

— У меня нет дяди Исаака… — Скарборо неуверенно притих.

— О, да. Есть. Точнее, был. Он умер почти пятьдесят лет назад, но стоит прямо за вами.

Близняшки ожили, бросили вещи Лео на пол и помчались прочь из дома. Марина вскинула брови, торжествуя и глядя на Лео. Тот сглотнул и уже не был так уверен в себе, пока смотрел за плечо Скарборо.

— Я знал это. Не хотел вас пугать.

Скарборо был потрясен, обеими руками он пригладил волосы.

— Не знаю, что вы творите, но дело такое. Этот дом пугает всех, кто входит в него, включая меня. Всегда, — он оглянулся на холл и задрожал. Думаю, Марина о нем говорила верно, он не был рад унаследовать дом Скарборо. Как можно было не видеть потенциал этого места, продавать его, лишь бы поскорее избавиться, для дома престарелых? — Мне плевать, кто его очистит, но заплачу я одному. Но пока не будет результатов, не будет ни монеты.

Он вытащил ключ из кармана жилета.

— Вот. Задняя дверь.