Китами Масао – Самурай без меча (страница 22)

Хидэнага оказался идеальным товарищем. Несмотря на кровное родство, он был моей полной противоположностью. Я думал и действовал быстро; Хидэнага любил все взвешивать и двигался с места только после долгих размышлений. Подобно оселку для правки ножей, разногласия оттачивали логику наших умозаключений и помогали мне находить правильные решения. Вскоре мой сводный брат стал незаменимым не только как солдат, но и как ближайшее доверенное лицо.

Лучшие качества своего характера Хидэнага проявил во время строительства замка Суномата. После того как князь Нобунага захватил всю провинцию Овари, объектом его устремлений стала провинция Мино, но тут у него дело застопорилось. Тогда он приказал мне построить новую крепость в Суномате, на границе Мино и Овари. Хидэнага проделал замечательную работу по надзору за разношерстной командой рабочих, наспех сколоченной моим знаменитым товарищем Короку. Когда строительство было завершено, мы с Хидэнагой вышли к Короку и его людям.

– Поздравляю, братья! – сказал я. – Я снова обязан вам своим успехом!

Мы трое пожали друг другу руки и бурно отпраздновали выполнение этого грандиозного задания.

Во время арьергардных боев при отступлении князя Нобунаги от Канэгасаки Хидэнага выполнял функции моего первого заместителя и командовал отрядом из двухсот человек. Нам нужно было задержать врага, чтобы князь Нобунага успел вывести армию из-под удара.

– Не ввязывайся без необходимости в ближний бой, – инструктировал я Хидэнагу. – Когда почувствуешь, что пора, отводи своих людей к моей позиции на соединение с моими силами.

Хидэнага в точности выполнил мои указания и успешно задержал продвижение врага. Вместе мы помогли князю Нобунаге ускользнуть из когтей тигра. В награду князь Нобунага наделил меня громадным поместьем в провинции Оми. Я сразу же презентовал часть этой территории Хидэнаге и Короку.

Хидэнага помог мне, командуя арьергардом во время «великого марш-броска», когда после подписания мирного договора с кланом Мори мы поспешили в Киото, чтобы покарать изменника Мицухидэ.

Ситуация сложилась крайне опасная. В любой момент клан Мори мог узнать о гибели князя Нобунаги и, воспользовавшись нашей слабостью, разорвать договор и перейти в наступление. Вот почему я поручил Хидэнаге – самому надежному помощнику – хвост нашей растянувшейся, как змея, армии. Мне нужно было как можно быстрее добраться до Киото. Благодаря усилиям Хидэнаги марш-бросок оказался успешным, и мы отомстили убийце князя Нобунаги.

Мой сводный брат продолжал с блеском выполнять одно задание за другим. Во время вторжения на Сикоку я возложил на него командование всеми армиями. Сам я в тот момент был болен, но все же решил отправиться на Сикоку, чтобы лично возглавить один из отрядов. Хидэнага прослышал о моих планах и послал мне письмо, деликатно убеждая остаться дома.

«Путешествие на Сикоку может плохо сказаться на состоянии твоего здоровья, – написал он, – и омрачит скромные успехи, которых я здесь добиваюсь от твоего имени». Хидэнага знал, как сформулировать дельный совет, чтобы не лишиться моего расположения. Но в то же время он не стеснялся высказывать решительное несогласие со мной даже по стратегическим вопросам.

Например, в 1586 году глава иезуитской миссии, Гаспар Коэльо, нанес мне визит вежливости в замке Осака и поинтересовался моими дальнейшими планами.

– Когда я восстановлю мир в Японии, – сказал я ему, – то передам власть Хидэнаге, а сам займусь покорением Кореи и Китая.

Услышав эти слова, Хидэнаги побагровел и опустил голову. После ухода португальского миссионера он позвал меня в соседнюю комнату и резко раскритиковал мою идею завоевания заморских территорий. С тех пор всякий раз, когда я заводил речь о вторжении на континент, он всегда высказывался против таких планов, называя их опрометчивыми. Впоследствии я убедился, насколько пророческими оказались его слова.

Мой сводный брат не дожил до того дня, когда я безрассудно пренебрег его советом. Несколько лет он тяжело болел, а в 1591 году его состояние резко ухудшилось. После сражения при Одаваре я поспешил вернуться в Киото, чтобы навестить Хидэнагу. Я преклонял колени в каждом храме столицы, вознося молитвы о его исцелении, но все было напрасно. Судьба отпустила ему всего лишь пятьдесят один год жизни.

Смерть Хидэнаги оказалась страшным ударом для моей организации. Я потерял единственного советчика, способного указать мне на ошибки, бесстрашно высказать свое мнение, умерить мою самонадеянность и поддержать мои благородные побуждения.

После его смерти меня начали преследовать неудачи в Корее и Китае. Я осознал – к моему бесконечному сожалению – всю обоснованность предупреждений Хидэнаги. С его уходом моя жизнь круто изменилась, и, как вы скоро увидите, я начал игнорировать те заповеди лидерства, которые позволили мне так высоко взлететь. Я достиг головокружительной вершины власти, но, лишившись ближайшего советчика, почувствовал себя потерянным. Будущее моей семьи было бы более радостным, если бы сегодня Хидэнага находился среди нас.

Лидеры, которые окружают себя советниками, думающими так же, как они, навлекают на себя беду. Чтобы найти собственного Хидэнагу, воспользуйтесь «секретом противовеса»: ищите совета у тех, кто не боится возражать.

Берите на работу тех, кто умеет что-либо делать лучше вас

Когда лидеру становится ясно, что способности его ближайших соратников начинают мешать дальнейшему росту организации, следует заняться поиском еще более компетентных людей. Для успешного привлечения выдающихся талантов от лидера требуются безукоризненное владение навыками общения и безоговорочная верность своему слову.

Мои успехи в роли советника князя Нобунаги побудили его поручать мне более серьезные и важные задания, в ходе выполнения которых мне пришлось ощутить пределы своих возможностей. Чтобы и дальше быть полезным советником, мне нужно было привлечь в собственную команду блестящего стратега.

Лучшим военным стратегом того времени считался Хамбэй, и я решил привлечь его в мою организацию. Но отыскать Хамбэя, не говоря уже о том, чтобы убедить его присоединиться ко мне, было чрезвычайно трудно. Он был загадочной фигурой. Устав от царившего вокруг кровопролития и испытывая отвращение к погрязшему в пороке лидеру клана Сайто Тацуоке, Хамбэй удалился от мирских дел. Где он поселился, никто не знал.

В конце концов с помощью лазутчиков я сумел выяснить, что он вел жизнь отшельника на склоне горы Курихара, в самом сердце провинции Мино. Это была территория клана Сайто, нашего заклятого врага. Путь туда грозил множеством опасностей, но доверить задачу вербовки такого выдающегося советника какому-нибудь посреднику или прислужнику я не мог. Чтобы не привлекать внимания, мне следовало ехать одному.

Под видом бедного ронина я без приключений добрался до горы Курихара и заявился в скромное жилище отшельника. Однако Хамбэй сразу же меня раскусил.

– Лазутчик, посланный Нобунагой! Вы, должно быть, и есть тот человек с обезьяньим лицом, о котором я так наслышан, – сказал он. – Что ж, передайте своему хозяину, что я не желаю иметь ничего общего ни с ним, ни с его прихлебателями.

Я объяснил, что приехал не как лазутчик и не как эмиссар князя Нобунаги, а проделал весь этот путь по собственной воле. Но он все равно отказался меня выслушать. Мне стало ясно, что убедить Хамбэя перейти на мою сторону будет нелегко, поэтому почтительно удалился. Но продолжал снова и снова наведываться в его горный приют, каждый раз учтиво выслушивая его резкие отповеди.

– Пожалуйста, позвольте мне высказаться, – просил я. – Мне необходима помощь, которую можете оказать только вы.

Каждая встреча заканчивалась отказом. Однако после шестого визита Хамбэй, пораженный моей настойчивостью, смягчился.

Двенадцать раз! Я приходил к нему двенадцать раз. Я отказывался сдаваться так же упорно, как он отказывался внимать моим доводам.

– Вы считаете Тацуоке достойным человеком? – спросил я его однажды. – Но если вы о нем такого высокого мнения, то почему не делаете все возможное, чтобы помочь ему? А если не считаете его достойным, то почему не выступаете против него? Вам известно, что ваш князь ленив и жаден, что от него отдаляются вассалы, его не любят крестьяне и ничто не спасет его от краха. Так почему бы вместо того, чтобы покорно служить обреченному человеку, не перейти на службу к более достойному хозяину?

Сила моей логики была неоспорима, и рассерженный Хамбэй, казалось, готов был уступить – хотя бы ради того, чтобы избавиться от надоедливого незваного гостя.

– Будет жаль, если ваши выдающиеся таланты, вместо того чтобы приносить пользу всему миру, навсегда будут похоронены вместе с вами тут, в горах, – продолжил я.

Несколько долгих минут Хамбэй молчал, а затем спросил:

– А какое жалованье вы мне предложите?

Эта долгожданная реакция на мгновение лишила меня дара речи, поскольку я не успел обдумать ответ на этот вопрос! Мой собственный доход был совсем скромный, и я не мог предложить много. Однако тут я внезапно вспомнил «секрет обмена»: чтобы получить, нужно сначала дать, – и понял, что ответ может быть только один.

– Я буду отдавать вам все ежемесячное жалованье, которое получаю от князя Нобунаги, – пообещал я.