Кит Глубокий – Идея ИИ (страница 13)

— И что ты предлагаешь?

— Нам нужна MES-автоматизация, — твёрдо сказал Алексей. — Система, которая собирает данные прямо со станков, с весов, со складов, с терминалов. В реальном времени. Чтобы каждое движение сырья, каждая операция отражались мгновенно. Тогда у нас появятся данные для ИИ.

— MES? — Кравцов нахмурился. — Это ещё одна система? Сколько она стоит?

— Сама система — потом. Сначала нужен консалтинг, — Алексей пересказал разговор с Андреем. — Есть компания «ПромАвтоматика». Они не вендоры, они консультанты. Могут приехать через неделю, посмотреть производство, набросать концепцию, дать рекомендации по оборудованию и софту. Стоит миллион. Если потом будем с ними работать — этот миллион войдёт в стоимость проекта.

— Миллион? — Ирина Васильевна подняла брови и отложила ручку. — Алексей Михайлович, вы понимаете, что это бюджетные деньги? За них нужно отчитываться по каждой копейке. А вы предлагаете отдать миллион непонятно кому за какие-то разговоры?

— Это не разговоры, — Алексей постарался, чтобы голос звучал ровно. — Это аудит, дорожная карта, техническое задание. Если мы сейчас начнём вслепую закупать оборудование и софт, мы потратим в десять раз больше и, скорее всего, ошибёмся. Консультант поможет не ошибиться.

— А гарантии? — не унималась Ирина Васильевна. — Что эти ваши консультанты не окажутся шарлатанами? Что их рекомендации сработают? Мы потом с вас спросим, Воронов.

— Гарантий нет, — честно признал Алексей. — Но я разговаривал с технарём из «Цифрового контура» — это вендоры, которые к нам приезжали. Они с «ПромАвтоматикой» работали, отзывы хорошие. На форумах пишут, что толковые. И главное — они не привязаны к конкретному софту. Скажут, что реально нужно, а не что у них в прайсе.

Кравцов постучал пальцем по столу, переводя взгляд с Алексея на Ирину Васильевну.

— Вадим Сергеевич, — финансовый директор пододвинулась ближе. — Я должна предупредить: если этот проект провалится, все вопросы будут к нам. Грантовые деньги — это не наши оборотные средства, их просто так не спишешь. Проверки, отчёты, а в худшем случае — возврат с пенями. Мы обязаны минимизировать риски.

— Ирина Васильевна, — Алексей повернулся к ней, — а какой риск больше: потратить миллион на консультанта, который покажет, куда двигаться, или начать закупать оборудование на десятки миллионов без внятного плана и с вероятностью 70%, что проект провалится? Я цифры привёл — я специально изучал. 70% проектов по внедрению ИИ на производстве не дают результата. Именно из-за того, что начинают не с того конца.

Ирина Васильевна замолчала, что-то прикидывая в уме. Кравцов хмыкнул.

— А ты, Воронов, вон как подковался. Специально изучал, говоришь?

— А как иначе, Вадим Сергеевич? — Алексей позволил себе лёгкую улыбку. — Мне же отвечать.

Генеральный встал, подошёл к окну, посмотрел на заводской двор. Тишина в кабинете затянулась. Потом он обернулся:

— Ирина Васильевна, сколько у нас ещё нераспределённых средств по гранту?

— Около трёх миллионов, — сухо ответила она. — Но они заложены на оборудование и софт.

— Значит, найдём, что перераспределить. — Кравцов вернулся за стол. — Воронов, давай так. Договор с этой «ПромАвтоматикой» оформляй и счёт готовь. Ирина Васильевна, берите счёт в работу, но с условием: оплата только после подписания акта выполненных работ. И чтобы в договоре было прописано, что они дают нам не просто отчёт, а конкретную дорожную карту с техническим заданием.

— Хорошо, — нехотя кивнула финансовый директор.

— И ещё, — Кравцов посмотрел на Алексея. — Ты, Воронов, лично отвечаешь за результат. Если этот твой консалтинг окажется пустышкой, я тебя, конечно, в резиносмеситель совать не буду, но на премии можешь не рассчитывать до конца года. И перед Ириной Васильевной отчитываться будешь лично. По каждому пункту. Понял?

— Понял, — Алексей выдохнул. — Спасибо, Вадим Сергеевич.

— Спасибо потом скажешь, когда шины полетят. Иди работай.

Алексей вышел из кабинета и только в коридоре почувствовал, что ладони вспотели. Ирина Васильевна вышла следом, догнала его у лестницы:

— Воронов, постойте.

Он обернулся.

— Я вашу идею не одобряю, — жёстко сказала она. — Но раз Вадим Сергеевич решил — значит, будем делать. Только учтите: я буду следить за каждым шагом. Договор сначала покажете мне. И все отчёты консультантов — тоже мне. Если увижу, что деньги тратятся впустую, — я остановлю проект. У меня есть такие полномочия.

— Я понимаю, Ирина Васильевна, — кивнул Алексей. — Я и сам не хочу тратить впустую.

— Надеюсь, — сухо сказала она и, развернувшись, ушла в сторону своего кабинета.

Алексей постоял минуту, глядя ей вслед, потом медленно спустился на первый этаж. Миллион согласовали, но осадок остался тяжёлый. Ирина Васильевна спуску не даст — это точно.

Ладно, подумал он. Будем работать. Главное — зелёный свет получен. Остальное — дело техники.

Он спустился на первый этаж, зашёл в ИТ-отдел. Сергей Иванович всё ещё сидел на месте, пил кофе.

— О, производственник. С чем пришёл?

— С новостью, — Алексей присел. — Будем делать MES. Через неделю приезжают консультанты. Ты в проектной команде.

— Чего? — Сергей Иванович поперхнулся кофе. — Какая MES? У нас и так ERP еле тянет.

— Потянет, — усмехнулся Алексей. — Ты главное — будь готов. Придётся данные чистить, интеграцию настраивать. Но сначала — консалтинг, они скажут, что делать.

— Ну ты даёшь, Воронов, — Сергей Иванович покачал головой. — Ладно, впрягусь. Только без фанатизма.

— Договорились.

Алексей вышел от ИТ-шников и направился в цех. Нужно было собирать команду. До приезда консультантов оставалась неделя, а дел — непочатый край.

До обеда он продолжил обходы. Разговаривал с мастерами, с операторами, с кладовщиками. Блокнот пополнялся новыми записями:

Склад готовой продукции: "Паллеты не маркируются единообразно, при отгрузке путают, что куда. Нужны терминалы сбора данных, чтобы сразу сканировать и видеть, куда грузить".

Участок раскроя корда: "Ножи тупые, режут криво, а контролировать качество раскроя нечем. Хорошо бы автоматический контроль ширины".

Ремонтная служба: "Запчасти ищем по всему складу, в системе нет привязки к оборудованию. Хорошо бы каталог с фотографиями и ячейками".

К обеду Алексей присел на ящик возле столовой, достал бутерброд и телефон. Набрал Кате:

— Как вы?

— Хорошо, — голос у неё был бодрее. — Мишку сегодня смотрела заведующая, сказала, завтра утром можно выписываться. Приедешь за нами?

— Конечно, — у Алексея отлегло от сердца. — Во сколько?

— Часов в десять, наверное. Я позвоню, когда точно.

— Договорились. Я соскучился.

— Я тоже. Ты там на работе не убивайся.

— Стараюсь.

Он убрал телефон и доел бутерброд. Хорошая новость про выписку придала сил. Теперь можно было спокойно работать дальше.

После обеда он зашёл в плановый отдел. Сергей Борисович, "резиновый", как называл его Алексей, сидел над графиками. Увидев начальника производства, насторожился:

— Алексей Михайлович? Вы к нам?

— К вам, — Алексей присел. — Вопрос есть. Вот вы планируете загрузку на месяц вперёд. А откуда берёте данные по остаткам сырья?

— Из ERP, конечно, — Сергей Борисович пожал плечами. — Выгружаем остатки на начало периода и считаем потребность.

— А если остатки неверные?

— Ну, — плановик развёл руками, — тогда корректируем по факту. Обычно кладовщицы звонят, если чего-то не хватает.

— То есть вы планируете вслепую?

— Почему вслепую? — обиделся Сергей Борисович. — У нас методика отработана.

— А сроки годности учитываете?

— Это уже не наша забота. Склад сам должен следить.

Алексей вздохнул. В блокнот легла запись: "Планирование не связано со сроками годности. Нужна интеграция".

Он поблагодарил и вышел. В коридоре столкнулся с Ириной Васильевной. Финансовый директор шла с папкой, увидев Алексея, остановилась:

— А, Воронов. Слышала, вы с вендорами активно общаетесь. Как успехи?

— Работаем, — осторожно ответил Алексей. — Есть одна компания, которая может помочь с наладкой учёта перед внедрением ИИ.