Кирстэн Корр – Философия Ридли (СИ) (страница 5)

— Я верю в тебя, малыш. Однажды всё изменится, и ты выберешь нужную сторону.　

— Спасибо, — как всегда робко благодарю, но не пытаюсь скрывать искреннюю улыбку.　

— Мистер Марвол, — раздается голос Сары по внутренней связи. — К вам сын. Ожидает в приемной. Приглашать?　

Мои глаза лезут на лоб, срываюсь с места, влетаю в туфли, прячу плед, действия, доведенные до автоматизма, на ходу достаю из сумки блокнот и ручку, при этом успеваю ворчать. Знаю, что Джим простит мне любую выходку.　

— Сын? — шиплю я. — Ещё скажите, что не знали о его приходе?　

Этот… этот… хитрый жук, улыбается одной из самых его очаровательных улыбок, но меня не провести, я знаю их все! Хитрец, что-то задумал. Плохо дело…　

— Ты не слишком-то любишь моего сына, — нагло усмехается он.　

Неприлично приоткрываю рот.　

— Знаете, у вас просто нет совести, — шиплю прищурившись. — Я итак ваша «ищейка императора», плюс — личная помощница, плюс — курьер, плюс — секретарь, ещё и нянька для сына. Могли бы сделать так, чтобы мы никогда не пересекались.　

— Ты сама подписала договор, мерзкая девчонка! — хохочет этот мужчина в рассвете лет.　

— Ну, не кровью же!　

Успеваю сесть напротив начальника, и замолчать: в этот момент открывается дверь, а Джим говорит мне:　

— … я веду честную политику, и знаете мисс Ридли… О? Ричи! — мужчина поднимается из-за стола и приветствует сына: (вот кто никогда не прячет чувств) одного из трех. Принесла же нелегкая.　

— Я вроде опоздал и всё равно не вовремя, — слышу его растерянное бормотание. — Ладно, зайду в другой раз.　

Подавляю смешок, стараясь не думать, почему этот парень боится меня как черт ладана. Хотя, какая мне разница, пусть боится. У младшего Марвола мозгов как у белки и интересы его ограничиваются клубами и телками. Хотя Джим утверждает обратное.　

— Ричи, — одёргивает начальник. — Это Диана Ридли. Она репортер «New York Times», ведет политический обзор и пишет статью обо мне. Диана, это мой младший сын Ричи Марвол.

Чуть не фыркнула от возмущения. Любит у меня начальник театральные постановки, где он режиссер. Но на счет репортера и статьи он не соврал. С его, кстати, подачи я и попала в эту газету.　

— Тебя повысили? — холодно спрашивает Ричи, бегло рассматривая меня. Мне пришлось подняться и пожать ему руку в качестве приветствия. Впервые заметила, какого цвета у него глаза. Они не такие глубокие и таинственные как у Джима. Светло-светло зеленные, почти прозрачные с вкраплениями золотого. Очень добрые и открытые, такие глаза больше подошли бы женщине.　

— Вы знакомы? — искренне удивляется этот артист. Нет, что вы! Я просто от большой любви слежу больше двух лет за вашим сыном, не давая расползтись слухам вокруг него, дабы не пятнать вашу репутацию.　

— Мы учимся вместе, — так же без-эмоционально отвечает парень, гипнотизируя меня взглядом. Не знаю, что он пытается найти: может, рецепт эликсира молодости?　

— Ты не говорил мне, — укоризненно произносит шеф. Ну-ну, что вы ещё придумали, господин Марвол?　

— Диана, раз мы не успели закончить, приглашаю вас сегодня на ужин к нам домой. Узнаете будущего мэра, так сказать, в домашней обстановке.　

Наши лица синхронно вытягиваются. Ужин?! Ужин?! — мысленно кричу я, стараясь расчленить Джима взглядом. Тоже делает Ричи.　

— Спасибо мистер Марвол, с радостью приду, — а вот вам обоим! — Рада была познакомиться! Всего доброго, — поднимаю сумку, упавшую со стула и обхожу застывшего парня, случайно задевая его рукой. Я оборачиваюсь, вздрогнув: мы смотрим, друг на друга, пытаясь что-то отыскать во взгляде и я, наконец, ухожу. Только за дверью начинаю дышать. Что это было?　

Глава третья

Ричи

Сразу после пар, мы с Алексом идем на тренировку. Выходим на улицу и следуем вместе с потоком студентов, продвигаясь к воротам. Спортивный клуб, где мы занимаемся плаваньем, находиться через дорогу, там же где и национальная библиотека.　

Уже перед самой парковкой мой взгляд, сам собой разумеется, выцепляет проклятого пришельца. Со вчерашнего дня я то и дело натыкаюсь на неё взглядом.　

— Смотри, — пихает меня в бок Алекс. Я слежу за направлением его взгляда и от удивления шумно выдыхаю. Маркус прямой наводной идет к Ридли с «веником» в руках. Он серьезно намерен сразить её этой банальщиной?　

В следующую секунду на лице знакомой мне Ридли, я думал, что основательно её изучил, появляется милая и добрая улыбка девочки-ромашки. Даже Алекс нахмурился.　

— Думаешь, она поведется? — всё-таки спросил я, не выдержав. Почему-то в этот момент, я разволновался, словно решается вопрос о моём «зачете», и я боюсь услышать роковое — не сдал.　

— Если — да, то девчонка сильно меня разочарует, — странно ответил приятель, поспешно отвел взгляд и пошел на выход, даже не дожидаясь меня. Я посмотрел ему в спину, потом на Ридли, которая понюхала цветы и ответила что-то, кивая головой. Значит согласилась…

Почти час мы выматываем себя в зале и даже успеваем провести спарринг. Потом нас конкретно выматывает тренер: уже в бассейне. После тренировки всегда полагается массаж, но я итак не успеваю на встречу с отцом, поэтому прощаюсь с Алексом и еду в офис.　

Сара встречает меня сначала улыбкой, которая резко меняется тревожным оскалом. Секретарша буквально грудью встает на защиту двери кабинета отца.　

— Сара ты больна? — иронично спрашиваю и пытаюсь обойти женщину, но куда там.　

— У мистера Марвола встреча. К нему нельзя. Я должна уточнить, — цедит секретарь и нажимает длинным перламутровым ногтем кнопку «связи».　

Пока она уточняет, я вспоминаю, говорил ли отец о какой-нибудь встрече?　

Сара кивает мне, я благодарю улыбкой, и захожу.　

Сцена немого кино на лицо. Довольный отец за столом с горящим взором, а напротив светлая макушка, спиной ко мне. Я не сразу осознаю, но тревога уже тугой волной сжимает грудь. Сердце подскакивает, озирается по сторонам и, убедившись в этом самом кабинете сидит… Ридли…. (я такого даже в страшном сне представить не мог) начинает свой стремительный забег.　

— Я вроде опоздал и всё равно не вовремя. Ладно, зайду в другой раз, — демонстративно разворачиваюсь, но отец останавливает меня. Во властном голосе слышится укор.　

Начинается противная процедура знакомства. Да и с кем? Я учусь с этой девчонкой в одной группе с первого курса…　

Мы проходим обмен любезностями, а я неотрывно смотрю в эти загадочные и колючие со смешинкой глаза. Меня не покидает уверенность, что за серо-голубой пеленой скрывается нечто космическое и узнай я это, то непременно умру. Или влюблюсь…　

Знаете, встречаются люди очень красивые, сколько угодно талантливые, но смотришь на них и не видишь искры, нет изюминки. А есть простые, ничем не примечательные, которые так и манят к себе, заставляют думать о себе, влекут…　

Отец зовет девушку к нам на ужин. Почва уходит из-под ног. Я реально становлюсь инфантильной барышней. Это уже, ни в какие сценарии не вписывается! Почему к нам? Ни в ресторан, ни на яхту, ни в парк, в конце концов, а именно к нам? Бррр… передергивает от мысли, что отец и Ридли могут куда-то вместе пойти. Да, это интервью, но всё же.　

Девчонка соглашается, так, словно бросает нам вызов и спешит уйти. Специально или случайно задевает меня своей костлявой рукой: наши взгляды сталкиваются, мы оба зависаем над пропастью. Я спрашиваю у неё: «Кто. Ты. Такая?», но так как вопрос мысленный — ответа не получаю. Хотя мне кажется, что меня послали в туристический поход.　

Наконец, она уходит, и дышать становится легче. Разом воздух стал чище.　

— И что это было? — спрашиваю у отца.　

Он усмехается и проходит на своё место. Я обнаруживаю на столе незнакомую мне чашку с надписью: «С чего начинается утро?», а рядом тарелка с шоколадными вафлями.　

— Откуда это? — тыкая пальцем в посуду, пытаясь обнаружить на ней следы помады.　

— Из магазина, — усмехаясь, отвечает мой предок.　

— Я смотрю, ты в юмористы переквалифицировался. Давно?　

— А ты в зануды? Может, уже присядешь. Полчаса до конференции осталось, надо обсудить, как будем вести презентацию. Ты подготовил слайды? — так, уводит разговор в сторону. С чего бы это?　

Молча протягиваю флэшку.　

— Зачем ты позвал её?　

Отец слегка изгибает бровь.　

— Что ты знаешь о ней?　

— Больше твоего, — слишком самоуверенно отвечаю, но под ровным взглядом отца тушуюсь. — Мы учимся вместе четвертый год.　

— Диана берет интервью, мне она показалась интересной личностью, я захотел узнать её получше. Что в этом плохо? — уже беззаботно спрашивает отец.　

— Тогда можно мне пропустить ужин? — поджав губы, спрашиваю я. Это просто отвратительно! На что ты меня толкаешь, Ридли? Я тот парень, что никогда не пропускает семейные вечера, потому что это традиция. Это делает нас людьми, человеками с душой и сердцем. Каждый из нас, хранит и бережет семейные ценности, что заставляют огонь нашей семьи продолжать гореть.　

Отец даже немного растерялся, но ответил с улыбкой, кокай всегда смотрел только на меня.　

— Хорошо. Но сообщи, если решишь пропасть на ночь.　

— Конечно.　

Я не хочу сталкиваться с этой девчонкой. Не хочу знать, что в её голове и почему она такая. Не приближайся ко мне, Ридли. Не разрушай мой мир, моё спокойное существование…　

После конференции успеваю заехать домой и переодеться. В коридоре сталкиваюсь с Мишкой, который не упускает возможности подколоть меня.