Кирилл Зимний – Тени (страница 6)

Он поднялся, натянул куртку.

— Я пойду к Тамаре Львовне. Вдруг Саша вернулся, пока мы тут.

Катерина хотела что-то сказать, но только кивнула. В её взгляде было столько благодарности и столько усталости, что у него перехватило горло.

— Я скоро вернусь, — сказал он.

И вышел в ночь.

Улица была пуста и черна, как колодец. Фонарь на столбе у дома Софьи больше не горел. Алексей шёл на ощупь, почти наугад, и ему казалось, что дома по обе стороны дороги — не дома вовсе, а декорации, бутафория, за которой ничего нет. Только тьма. Только тишина. Только ожидание чего-то, что уже случилось, но о чём ещё никто не знает.

Глава 4

Алексей вернулся к дому небесно-голубого цвета с белыми наличниками, когда ночь уже окончательно заполнила улицы. Луна спряталась за плотными облаками, и без того тёмная улица казалась сейчас чёрной, непроглядной, как дно колодца. В окнах горел свет — жёлтый, тусклый, болезненный.

Он подумал, что стучать в калитку бесполезно – не услышат. Поэтому открыл её сам, перекинув руку и вошёл. Перед дверью остановился, прислушался. Вроде тихо. Стукнул трижды. За дверью послышались тяжёлые, шаркающие шаги, лязгнул засов, и на пороге появился Сергей Сергеевич. Старик смотрел устало, но без враждебности, только глубокая, застарелая печаль залегла в складках у рта.

— Не вернулся? — спросил он глухо.

Алексей покачал головой.

— У Софьи были. Она говорит, её муж увёл Сашу в лес за грибами. Там Катя осталась. А я подумал, а вдруг он здесь появится, мало ли…

Сергей Сергеевич молча кивнул, посторонился, пропуская его в дом.

— Заходи.

В гостиной было тихо. Часы на стене мерно отсчитывали секунды, и этот звук казался неестественно громким в пустом, замершем пространстве. На столе стояла нетронутая кружка с остывшим чаем.

— А Тамара Львовна… ? — начал Алексей, оглядываясь.

— У себя, — коротко ответил старик. — Лучше её не тревожить. Совсем не тревожить.

Он не объяснил почему, да Алексей и не спрашивал. Он слишком хорошо помнил тот остекленевший, пустой взгляд, устремлённый в никуда, и руки, неподвижно лежащие на коленях.

— Я в нашей комнате посижу, — сказал Алексей. — Если Саша вернётся — услышу.

Сергей Сергеевич кивнул и ушёл в спальню, осторожно прикрыв за собой дверь. Алексей остался один.

Комната, где они с Катериной должны были провести эти два дня, встретила его всё той же тишиной и запахом старого дерева. Не включая свет, он присел на край кровати, потом лёг, не раздеваясь, уставившись в потолок. В тишине дома слышалось невнятное бормотание — голос Тамары Львовны, тихий, успокаивающий, с теми же интонациями, с какими она уговаривала выпить лекарство несуществующего Федечку.

Алексей закрыл глаза.

Время тянулось медленно, разбухало, как тесто в темноте и замирало. Он то проваливался в зыбкую дремоту, то выныривал из неё, вслушиваясь в каждый шорох за окном. Где-то скрипнула калитка. Пробежала собака, царапая когтями по сухой земле. И снова — тишина, плотная, вязкая, как вода в старом пруду.

Перед внутренним взором возникали лица: Катерина с её расширенными от ужаса глазами, Софья, хрустящая пальцами за столом, Карпов, равнодушно ковыряющийся в зубах. И где-то за всем этим — мальчик со светлыми волосами и серыми глазами, похожий на мать улыбкой. Мальчик, который ушёл в лес и не вернулся.

Алексей сжал кулаки, чувствуя, как где-то глубоко внутри закипает привычная, пугающая волна. Та самая, что поднималась в нём в минуты бессилия и отчаяния. Та, что когда-то заставила его молотить кулаками в стену, пока костяшки не превратились в кровавое месиво.

Он заставил себя дышать глубоко, ровно. Считал про себя: раз, два, три, четыре. Выдох. Волна отступила, но не исчезла совсем — затаилась где-то под сердцем, ждала своего часа.

За стеной всё так же бормотала Тамара Львовна. Часы тикали. Ночь тянулась бесконечно. Алексей лежал, глядя в темноту, и ждал. Ждал шагов за окном. Ждал голоса мальчика. Ждал утра, которое, он уже предполагал, не принесёт ничего хорошего.

В доме было очень тихо. Только часы в гостиной мерно отсчитывали секунды — и этот звук, обычно незаметный, сейчас казался оглушительным, заполнял собой всё пространство, въедался в тишину, как капли воды в камень.

Алексей лежал на диване в одежде, закинув руки за голову, и смотрел в потолок. Спать не хотелось. Вернее, хотелось — тело ныло от усталости, веки тяжелели, но мозг отказывался отключаться, цеплялся за каждый шорох, каждый скрип половицы за стеной. Он вслушивался в ночь, пытаясь уловить сквозь сонное дыхание дома звук шагов, голос, любой намёк на то, что Саша вернулся.

Но вместо этого услышал другое.

Сначала неясный шелест, потом — шаги. Медленные, шаркающие, неуверенные. Кто-то бродил по гостиной.

Алексей бесшумно поднялся, подошёл к двери и чуть приоткрыл её. В полумраке гостиной, освещённой лишь бледным лунным светом, сочащимся из окна, двигалась фигура. Тамара Львовна в длинной ночной рубашке, босая, с распущенными седыми волосами, медленно ходила по комнате. Губы её шевелились, но слов нельзя было разобрать — только тихое, непрерывное бормотание, похожее на молитву или на разговор с тем, кого здесь нет.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.