Кирилл Юрьевич Шарапов – Брошенная колония (страница 55)

Кохем просыпался. Ворота распахнулись, и парочка маленьких грузовичков уже отправились по своим делам. Игнат и Вальтер вытащили аэроплан на улицу и бодро потолкали его к воротам. Прибежала Мария, сунула возлюбленному пакет, в котором, похоже, были очередные бутерброды и бутыль с неясным содержимым. Поцеловала и отошла в сторону. Дружинники у ворот с интересом наблюдали за тем, как Игнат закинул в «кабину» свой рюкзак и винтовку. И теперь трясущейся рукой пытался смять гильзу папиросы. Сейчас, когда от взлета его отделяло всего несколько затяжек, уверенность в полете, в летчике и самом аэроплане резко пошла на убыль.

Вальтер же был полон энтузиазма, он бегал вокруг своего самолета и проверял разные крепления. Похоже, парню не терпелось вернуться обратно в небо, заболел он им.

Игнат прикурил вторую папиросу, даже голова немного закружилась от крепкого табака. Наконец, все отговорки, которые он для себя придумал, кончились. Раздавив окурок, Демидов посмотрел на Вальтера.

— Летим, либо сейчас, либо никогда.

— Тогда лезь на место второго пилота, — скомандовал летун. — Я туда протянул дублирующую систему управления сейчас, она неактивна, так что, не беспокойся, если что заденешь. Вещи свои закрепи, чтобы не вывалились, и пристегнись.

Видок на дрожащих ногах полез в летающую «лодку». Как успел ему объяснить ночью Вальтер, он решил потом изменить форму корпуса, эта не слишком удачная. Теперь, после перового полета, он знал, как лучше сделать, но сейчас не успеть.

Игнат быстро закрепил намертво рюкзак в небольшой нише, потом запер винтовку в плоский футляр, который был привинчен к корпусу. Усевшись в кресло, чуть мягче, чем те, что были у него в багги, Демидов пристегнул себя ремнями, дернулся, вроде нормально. Вот только нога начала отбивать ритм, как безумная. Захотелось нажраться.

Вальтер натянул куртку, застегнул ее, затем опустил свои круглые очки.

— Держись егерь, самолет мой не быстрый, чуть больше ста пятидесяти километров в час. Даже первые самолеты на земле летали быстрее, но у нас нет специальных двигателей, может, мне удастся сделать на заказ такой в Белогоском княжестве…

— Вальтер, я сейчас от страха обделаюсь, — признался Игнат. — Полетели, или выпусти меня.

— Понял, взлетаем! — радостно заорал парень, и винт начал быстро раскручиваться.

Воздух вокруг аэроплана загудел, обороты все возрастали, и вот летательный аппарат стронулся с места, все быстрее и быстрее. Разбег, ветер уже свистит в ушах, закрылки пошли вниз, и вот колеса отрываются от полосы, маленький самолётик с трудом словно зависает в метре над дорогой. Игнат не видел, что делает Вальтер, только его спину, но аэроплан стал медленно набирать высоту. Егерь зажмурился, пустота, в которой висела эта маленькая самоделка, его очень пугала. Желудок летал вверх-вниз, пока они набирали высоту. Это происходило гораздо медленней, чем в тот раз, когда Вальтер летел в одиночку. Похоже, дополнительный вес давался их летающему агрегату с большим трудом. Когда Демидов все же решил открыть глаза, земля была уже далеко внизу. Игнат прикинул расстояние на глазок, выходило метров сто пятьдесят, а может, и все двести. А еще стало холодно, ледяной ветер бил в лицо, уши медленно деревенели, сейчас Демидов очень завидовал Вальтеру в шлеме и очках. Кое-как он дотянулся до сумки и достал оттуда запасную рубаху, которая раньше принадлежала одному из ловчих. Резким порывом ее едва не унесло, но он все же крепко держал рукав. Три минуты возни, и он превратился в бродягу севера в зимнюю пору, который, чтобы не околеть, накручивает на себя все имеющееся тряпье.

Стало легче дышать и гораздо теплее, да и ветер уже не свистел в ушах. Правда, Игнат, скорее всего, вообще не услышит, если пилот вздумает ему что-то сказать. И тут он понял, страх полета исчез, он летит и падать не собирается. Сердце иногда замирало, когда под сильным порывом ветра маленький аэроплан вздрагивал или его мотало в сторону, но Вальтер вел машину вперед довольно уверенно, и это он всего лишь второй раз в воздухе.

Границу баронства миновали примерно минут через пятнадцать после взлета. Игнат с трудом различил на дороге две машины, стоящие друг напротив друга на краю довольно впечатляющего леса.

— Граница, — раздался из странной воронки, расположенной неподалеку от головы Игната, голос Вальтера.

Егерь улыбнулся. Он то все гадал, что за штука? А это средство связи, примитивное, но как оказалось, вполне рабочее. У пилота справа точно такая же, их связывает гнутая труба, повернул голову, крикнул, вроде расслышать можно, но беседовать точно не получится.

Полет продолжался около часа, пока они не оказались над огромной долиной, одну часть ее поджимали горы, с другой заболоченный разросшийся лес. Вот здесь было все очень серьезно. Игнат видел горящее поле, дым от него поднимался высоко, а на дороге пылала машина, трудно с такой высоты разобрать что за транспорт, снижаться Вальтер не собирался. Вокруг горящего мобиля бродили люди, еще три маленькие фигурки валялись на земле. Неожиданно один из выживших показал рукой вверх, и все, мгновенно замерев, уставились на маленький самолет, летящий не так уж и высоко.

— Вальтер, валим отсюда, — заорал Игнат в переговорник, — эти ребята, похоже, дружить с нами не хотят.

И тут же его слова подтвердила свистнувшая рядом с самолетом пуля. Демидов бросил взгляд вниз, все выжившие теперь палили в след самолету. И хоть расстояние увеличивалось, но пара пуль все же угодили в корпус.

Вальтер верно уловил опасность и стал аккуратно бросать свой аэроплан из стороны в сторону, словно маятник на напольных часах. Маневр, похоже, сильно затруднил прицеливание, незнакомцы не умели стрелять по воздушным целям, а тут еще и уклонения.

— Сейчас возьму правее, — раздался из трубы голос пилота, — пойдем над горами, не хочу лететь над дорогой, и уж тем более над заставой.

Игнат с трудом разобрал это сообщение, больше половины додумал и проорал в ответ:

— Хорошо.

Самолет взял правее, прошел над каким-то поселком, который ничуть не напоминал Кохем, это было сборище лачуг, сделанных из каких-то неотёсанных камней и крытых то ли железом, то ли пластиком. На центральной площади перед единственным приличным зданием стояла виселица, и если глаза Игната не обманули, в петле кто-то болтался.

— Поселок рабов, — раздался голос из переговоника, — сюда за долги и преступления отправляют в шахте работать.

Игнат снова проорал воронку.

— Понял!

Самолёт забирался все выше. Горы тут не сказать, что высокие, но сейчас ветер болтал самолёт совсем серьезно. Игната начало мутить, отвесные стены всего в полусотне метров, острые горные пики не радовали. А еще спереди он разглядел, что горная гряда плавно загибается и, похоже, Вальтер, забирающийся все выше, пытается пролететь над ней. Не сказать, что Игната это пугало, но его аэроплан очень нехотя набирал высоту, а вот горы приближались как-то уж больно быстро.

Шли томительные минуты, и вот, едва не задевая за камень на широкой плоской вершине, самолет поднялся на нужную высоту. Демидов с облегчением вдохнул, последние секунды он вроде как вообще забыл, как дышать, уж больно страшно было смотреть на каменный обрыв, в который вот-вот должны были впечататься.

— Штаны как, сухие? — раздался из воронки веселый крик. — Игнат! Мы это сделали! Я пилот, я пролетел над горами!

И тут же поток ветра едва не опрокинул легкую полу лодку с крыльями.

— Вальтер, сядем, я тебя придушу, — нашел в себе силы проорать в ответ Демидов, а еще рот наполнился кровью, когда их мотнуло, он прикусил язык.

Здесь было гораздо холодней, хоть эти горы так себе, но сейчас недоразумение, названное самолетом, забралось почти на пятисотметровую высоту. По горному плато бегали какие-то бараны, Игнат даже разглядел, как одного из них догнала огромная серая пятнистая кошка и, сбив с копыт, движением лапы разорвала глотку.

Игнат впервые видел мир с высоты птичьего полета. Не сказать, что его так уж захватила жажда неба, но было в полете что-то притягательное, во всяком случае, все лучше, чем плестись по земле.

Справа на горизонте поднимался густой столб дыма. Горы как-то резко кончились, за ними открылась огромная холмистая местность с маленькими поселками и деревнями, огромными виноградниками, немаленькой рекой шириной метров в триста и впечатляющими озерами.

— Что там горит? — крикнул Демидов в переговорник.

Ответ пришел не сразу, Вальтер молчал с минуту.

— Это Гарнс — столица королевства. Надо посмотреть. Если вернусь с новостями, еще больше уважать будут.

Он решительно пошел на разворот, беря курс на столб дыма. Игнат же поглядывал вниз, там, среди холмов, все чаще попадались выгоревшие обезлюдевшие поселки, крупные и почти крохотные. На дорогах, которых стало гораздо больше, попадалась военная техника, вокруг нее суетились маленькие точки людей. Сейчас самолет летел для них слишком высоко, поэтому никто даже не пытался подстрелить их. Вальтер усвоил урок и не собирался летать низко в зоне боевых действий. Впереди показались холмы, заросшие густым хвойным лесом, за ними, километрах в двадцати, отчаянно дымила столица королевства.

Тварь Игнат проморгал, да и не ожидал он встретить могучую летающую нелюдь в центре большого королевства. Она атаковала прямо из чащобы, снизу, с одного удара оторвав часть хвоста, разом лишив самолет управления. Игнат краем глаза заметил огромные серые крылья, мелькнувшее где-то вверху. Самолет летел вниз, вращаясь вокруг своей оси. Отлетевший кусок крыла едва не оторвал ему голову. Последнее, что он слышал, прежде чем отключился, панический голос Вальтера из переговорника: