Кирилл Волков – Восхождение на пустующий трон (страница 67)

— Поднять якорь! — прокричал капитан и начал выводить нос «Пандоры» из бухты Майта. — Полпаруса!

«Пандора» вышла из бухты и отплыла на две морских мили[9] от порта, сохраняя наблюдение за поселением и ее водами.

— Поднять паруса! — прокричал капитан, отпустил штурвал, подошел к фальшборту, к месту рядом с фальконетом и легко вскочил ногами на него.

— И чем же мы займемся? — проговорил Ламар, что лениво ходил кругами по мостику.

— Отбивать свое по праву. Не стоило их настолько времени оставлять. Палмер — скотина, приберет к рукам все, что плохо лежит.

— Я не уверен, что этим делом занимался лично Палмер. — добавил Дюк. — Считай, он нас там оставил, там возникло поселение и тут не посетив нас лично в особняке, хочет обдирать нас? Не сходится. Не его это поведение.

— Думаешь, кто-то по его наводке это делает?

— Скорее даже в тихую. Представь: ты капитан одного из фрегатов «Блестящих», видишь, что твой лидер слегка сошел с ума и зациклился на поисках невесть чего. А тебе же тоже хочется золота. Так вот и обдираешь когда-то разбитых пиратов, заплывая к ним на остров. И естественно, чтобы тебя не убили называешься Палмером и отправляешь весточку Эдварду Джонсону, что ты здесь. Вряд ли он покажется и убьет тебя. Отличный план.

— Тоже верно. — чуть кивнул капитан продолжая глядеть на бухту. — Тогда мы дадим этому смельчаку бой. Пол, подготовь команду к первой их настоящей стычке и проверь, знают ли они что нужно делать на слова капитана. Габриэль уже поправился вроде, пусть будет в первых рядах. Посмотрим, на что способен этот свободолюбивый мужик. — Пол кивнул головой и спустился с мостика, осматривая команду на верхней палубе. — Чарльз, ты мне нужен на мостике, возьми пару матросов на два фальконета и двоих на заднюю часть мостика, к корме, где у нас оставлен бочки с порохом и с «Греческим огнем». — Эдвард повернул голову и посмотрел на дубовые бочки, покрытые пылью, оставленные им еще очень давно. — Морис, что касается тебя. Ты как рассчитываешь свои силы? — и обратился взгляд глаз голубых на молчаливого штурмана.

— Я помогу, драться умею. На рожон лесть не буду. Мешаться тоже. — проговорил Палмер, глядя со всей своей твердостью характера на своего учителя.

— То есть ты готов убить? — капитан отвернулся и вновь устремил свой взгляд на Майт.

— А?

— Ты так и не понял. — легкие нотки вины послышались в голосе молодого капитана. — Все чему я тебя учил создано для убийств. Мы не Веселые шервудские разбойники[10]. Ты говорил, что не хочешь бездумно убивать.

— Так точно.

— Сейчас же у нас есть повод лишить жизней этих людей.

— Да, повод есть. — Морис вскочил на фальшборт, повторив за капитаном.

Но его немного повалило назад и, наклонив тело вперед, дабы переместить центр тяжести, замерев на секунду, смотря вниз юноша собрал всю волю в кулак и выпрямился.

— Другого выхода же нет? — неуверенно произнес Палмер, глубоко дыша от страха рухнуть в воду.

— По крайне мере я его не вижу. Если тебя не устраивает порядок вещей здесь — измени его. Но для этого тебе нужна небывалая власть, которую подарить могут лишь сила и небывалая жестокость.

— Тогда у меня появилась долгоиграющая цель.

— Как знаешь. — Эдвард лишь немного улыбнулся и продолжил смотреть вперед.

— Я могу оказаться слабее людей своего отца. Но благо знания, что я имею станут моим козырем.

— Ты знаешь посудины, что сейчас на оснащении?

— Да. Даже больше, я могу сказать, где их слабые места и кто капитан.

— Откуда такие познания в кораблестроении?

— Отец все про свои кораблики и распинался при мне, рассказывал, как дед его бы гордился им, смотря на него, и на то чего он добился. Попутно рассказывая про укрепленные и слабые места каждого из своих фрегатов. — проговорил Палмер младший немного жестикулируя, стараясь передать картину того, что видел в детстве.

— А про капитанов, что знаешь? — в надежде на развернутый ответ спросил Эдвард, все так же смотря вперед себя на бескрайнее море.

— Знаю, почти с каждым я знаком, половина из них меня нянчила и обучала чему-либо. Но они делали это так убого и так бесталантливо, что мне пришлось обучаться грамоте самостоятельно, читая выкраденные отцом книги на английском, испанском и немного французском языке. Кроме одного, но об этом потом. — немного отмахнулся юнец. — Отец их чуть ли не силой заставлял следить за мной. И именно поэтому они были рады заключить меня на «Пандоре». Ты не подумай, я не стану становиться на их сторону. Не вывезу последствий.

— Только из-за страха передо мной этого не сделаешь?

— Не только из-за этого. Если буду идти за тобой — смогу обрести великую силу, перед которой все двери будут открыты.

— Буду иметь в виду. — лучше страха и желания личной выгоды поводов следовать за генералом и не найти.

И замолчали оба, продолжая смотреть вперед. Чарльз, не побеспокоив никого, спустился с мостика на палубу, затем в трюм и через несколько секунд вышел, неся в руках подзорную трубу. Подойдя к фальшборту, на котором стояли эти двое он, не проронив ни слова, подал Эдварду трубу.

— Откуда она здесь? — произнес капитан, как только взял ее в свои руки. — Добротная, дубовая. — чуть рассмотрел прибор в своих руках юноша, чуть лаская пальцами выступы ее. — Видно крепкая. А что касается ее возможностей? — Эдвард поднес трубу к правому глазу и направил ее в сторону от порта.

— Это моя. То есть со мной пришла… То есть я ее принес, как меня заперли здесь. — объяснил Морис и повернул свою голову к Джонсону. — Добротная, да дорогая зараза. Позолота по краям.

Эдвард все не отвечал и наверно даже не собирался давать свой комментарий на этот рассказ. То, что он увидел, было куда интереснее.

— Чего там? — догадавшись, произнес штурман и потянулся своей рукой к трубе.

— Гости. — Эдвард отдал трубу Морису и настойчиво посмотрел на него. — Глянь-ка, может, узнаешь.

Палмер взял трубу в свои руки, чуть шаркая молодыми мозолями, и посмотрел на только что вышедшую из-за Майта фигуру фрегата. Уже и сам Чарльз увидел корабль, который отблескивал светом ему в глаза. Вот и блестящая рыбка пожаловала. Морис опустил трубу и отдал ее квартирмейстеру, в котором только-только заиграл интерес.

— Это Джон Бартон. — произнес, наконец, Палмер. — Расчетливый, честолюбивый и больно наглый. Он был моим учителем географии и истории. Это если коротко. Его люди хорошо подготовлены. А фрегат его, самый обычный если честно. Вроде… Если он за эти года ничего не поменял, то все так как я тебе сейчас сказал.

— Представляет для меня угрозу?

— Не смеши. Только лишь мой отец способен тебя одолеть из всех «Бриллиантовых шпаг». — умолчал мальчишка о своем бывшем учителе.

— Понятно. — чуть глубоко выдохнул капитан, спрыгнул с фальшборта на мостик и подошел к штурвалу. — Полпаруса! — прокричал он во всю глотку.

Морис повторил за ним и встал слева, а Чарльз встал на свое привычно место — справа. Пернатый в этот момент, сидевший все это время на релинге, поднялся в воздух, подлетел к мостику и вцепился Эдварду в плечо.

— И ты здесь. — произнес Эдвард, окинув взглядом Рея. — Сколько же ты царапин на дереве оставляешь? Ястреб, тоже мне. Все паруса! — «Пандора» полетела прямо на фрегат «Бриллиантовых шпаг».

Вражеский фрегат развернул нос в сторону «Пандоры» и начал набирать скорость.

— Не убегает этот Джон — молодец. Готовьте пушки к залпам с обеих сторон! Слушайте команды и держитесь крепче! — отдал приказ генерал, наблюдая как Габриэль и Пол подгоняют матросов, что уже стали заряжать пушки.

— Зачем с двух сторон? Если фрегат идет с левого борта, на кой черт нам еще и на правом заряжать? — не стал терпеть штурман и ухватился за релинг перед штурвалом.

— Смотри и учись.

Фрегаты летят друг на друга, разрезая пространство между собой. Свистит воздух, гудит вода и разгоняется молодое сердце. Вот оно. Первый бой, настоящая битва, первый танец, в котором Палмер младший продемонстрирует свои движения. Чайки стихли, разговоры прекратились, лишь скрежет штурвала в руках Эдварда Джонсона сотрясал эту тишину. Напряженное предплечье, натянутая чуть загорелая кожа на кистях, чуть побелевшие костяшки — генерал готов исполнить маневр. За тридцать метров до цели юноша навалился всем телом на штурвал, поворачивая его вправо.

— Левый борт! — прокричал капитан продолжая оголять свой левый борт. — Огонь! — и прогремели первые выстрелы пушек, шум от которых поразил уши рыжего мальчишки.

Дым от пороха начал подниматься в воздух, застилая море. Почти весь чернющий чугун попал в блестящий фрегат. Инерция от поворота и ударная волна подкосила ноги людей на великом корабле.

— Все схватились! Кто посмеет вылететь за борт — лично прикончу! — прокричал капитан, расставив свои ноги широко и чуть согнувшись. Пернатый на капитанском плече чуть осунулся, поджав к себе крылья и одарил картину перед собой удивленным взглядом.

Вот это уклон! Вот это волна от залпа! Боже, храни металл! Он взял на себя основной удар. И капли морской воды и белоснежный туман от залпа окутали лица квартирмейстера и штурмана, что умудрились схватиться за релинг.

— Пол! Все внимание на пушки правого борта! Все готовьтесь к развороту! — прокричал Чарльз, сжимая релинг в своих руках. — Адам! — и бросил свой взгляд на матросов в задней части мостика. — Будь готов!