Кирилл Волков – Серый цвет не для героев (страница 5)

— Интересный вопрос. — старый мастер задумчиво покачал головой, прекратив на некоторое время процесс перебора палочек. — К сожалению, очень немногие из моих покупателей задумываются об этом, хотя момент очень важный. Видишь ли… вопреки распространенному мнению, на самом деле палочки не повышают возможностей волшебников в плане волшебства, наоборот, они их ограничивают.

— Что? — Райан от удивления распахнул глаза шире. — Ограничивают? Но зачем?

— Хм, возможно, я выразился не совсем точно. Понимаете, проблема волшебников заключается как раз в том, что у нас слишком много силы. И слишком мало контроля над этой силой. Волшебник — абсолютно каждый — в теории способен сотворить все что угодно исключительно силой своего желания. Все, что угодно из того, что он сможет ясно представить и чего действительно будет хотеть. Я, наверное, окончательно вас запутал, да? — усмехнулся старик. — Вы читали в детстве сказки про волшебников, которые путешествовали сквозь время, создавали и разрушали города и замки, превращали камень в золото, оживляли мертвых… да-да, вижу по глазам, именно о таком волшебстве вы и подумали, когда к вам в гости пришла профессор Макгонагалл. Увы, тут не все так просто. В теории и я, и вы, и любой другой волшебник можем все это повторить прямо сейчас, точнее, мы можем попытаться это сделать. К сожалению, скорее всего у нас ничего не получится и вместо этого мы что-нибудь взорвем, подожжем или превратим во что-нибудь абсолютно нам не нужное. А причина этого — вот здесь. — старик постучал себя по виску длинным узловатым пальцем. — Наши мысли слишком уж шаловливы и не подчиняются нашему контролю в достаточной степени. Магия же не понимает шуток и воспринимает все буквально. Поэтому сила, собранная на создание, к примеру, великолепного дворца, моментально перенаправляется на уничтожение назойливой мухи, не вовремя зажужжавшей над ухом. Представляешь, какой большой получится "бум"? Чтобы такого не допустить, маги создали это.

Мастер извлек из футляра очередную палочку и протянул ее мальчику.

— Эта Палочка — универсальный инструмент, дающий волшебнику безопасность, удобство и предсказуемость при вызове чар. Отработанные за века связки мысль-жест-слово заставляют мага сконцентрироваться на том, что он действительно хочет получить, и позволяют быть уверенным в результате.

Райан по-новому взглянул на зажатый в его руке деревянный прутик. Из чудесного источника волшебства тот моментально превратился в кривоватый костыль, не дающий разогнаться быстрее установленной кем-то разрешенной скорости. Почему-то восторгов мастера Олливандера мальчик не разделял ни в малейшей мере — хотя, возможно, это в нем бунтовали прочитанные в детстве сказки и детский максимализм.

— Очень интересно, — тем не менее, искренне произнес Райан, в очередной раз взмахивая поданной палочкой — все так же безрезультатно. — Но, если колдовство без палочек так опасно… почему детям позволяют бесконтрольно творить все, что вздумается, до одиннадцати лет?

— О, это совсем другое дело, — отмахнулся мастер. — Детские мысли отрывисты, бесхитростны и ветрены. За ту пару секунд, на которые они способны удержать концентрацию, им не скопить достаточно энергии, чтобы сотворить что-то действительно опасное. А парочка разбитых чашек — это, право, такие пустяки.

— И правда, — пробормотал Райан. — А если… ну, чисто теоретически… если бы какой-то ребенок смог удержать концентрацию в течении десяти-пятнадцати минут, смог бы он, к примеру… перенестись во времени, или, не знаю, хотя бы вылечить разбитые коленки?

— Я надеюсь, вы внимательно меня слушали и не собираетесь совершать глупости, молодой человек? — Олливандер строго взглянул на мальчика. Тот закивал с самым искренним видом. — Если же чисто теоретически — да, за такое время он мог бы скопить достаточно для того, чтобы вылечить коленки всем детям на Земле, пожалуй. А на сдачу еще и слетать в прошлое, чтобы поздороваться с Мерлином. Но как по мне, куда большим чудом тут является как раз удивительная усидчивость этого абстрактного ребенка.

Райан натужно улыбнулся в ответ на искреннюю улыбку старика и поспешил перевести опасную тему:

— А зачем нужен подбор палочки, если они, ну… — он неопределенно развел руками в воздухе.

— Что значит "зачем"? — мастер, кажется, даже оскорбился, услышав этот возмутительный вопрос. — Нам нужно отыскать ту самую палочку, что выберет вас, молодой человек. Ту, что будет подходить к вашему оттенку магии, образу мыслей, характеру, строению тела и множеству других, не столь явных признаков. Тогда и только тогда она сможет помогать вам творить искусство волшебства. С любой другой все, чего вы сможете добиться — лишь жалкие искры вместо яркого пламени!

— О, — Райан был несколько ошарашен этим пламенным во всех смыслах спичем — кажется, Олливандер действительно был энтузиастом своего дела. — Да, вы безусловно правы. Но, мастер… Вы, с вашим опытом… Вы же наверняка сразу же поняли, какая именно палочка мне подойдет?

Олливандер насмешливо прищурился — кажется, этот ход был далеко не нов и ответ на него старый мастер нашел уже давно.

— Конечно же, — полным внутреннего достоинства голосом произнес он. — Я сразу вижу несколько подходящих вариантов. Однако же, мой профессиональный долг не позволяет мне предлагать клиенту товар, не являющийся лучшим для него на все сто процентов. А для того, чтобы выбрать таковой, требуется предварительно исключить все прочие. Попробуйте вот эту.

Райан обреченно вздохнул, постаравшись сделать это понезаметней, и послушно взмахнул палочкой. Одинокая красная искра, сорвавшаяся с ее кончика, говорила о том, что до цели поисков еще очень далеко. Ну да ничего, если ему удастся избежать знакомства с другими детьми хотя бы до церемонии распределения, когда он сможет их опознать и выделить наиболее… "нежелательных", останется всего один фактор риска. Собственно, само это распределение, будь оно неладно. Совершенно не ясно, по какому принципу проводится, в какой степени можно повлиять на результат и можно ли вообще. По большому счету, ему плевать, на каком факультете оказаться, лишь бы это не был…

— ГРИФФИНДОР! — мерзкий голос шляпы в клочья разорвал пелену воспоминаний и заставил Райана покрыться холодным потом.

— Да вы точно издеваетесь…

Глава 3

— ГРИФФИНДОР!

Очнувшись, Райан взглянул вперед, туда, где уже снявшая шляпу с головы, его соседка по купе слезала с табурета. На ее лице сияла победная улыбка — кажется, этот выбор значил для нее довольно многое, и результатами выбора она была вполне довольна.

Гриффиндор. Факультет храбрых, факультет воинов и рыцарей.

И что там забыла маленькая перепуганная девочка? Вот уж на кого она была похожа меньше всего, так это на воина. В очередной раз зашевелились нехорошие мыслишки, отброшенные ранее за неприятный вид и таковые же следствия. Существует ли на самом деле то самое пророчество, что служило движущей силой практически всех событий в его сне? Насколько сильно оно влияет на реальность? И вообще, есть ли вообще в таком случае понятие "свобода воли" в таком мире?

— Смит! — голос Макгонагалл звучал все так же громко и торжественно. Кажется, она весьма серьезно относилась как к проходящей церемонии, так и к своей роли в ней.

Райан шагнул вперед и неожиданно столкнулся плечами с другим мальчиком, шагнувшим одновременно с ним. Мальчик недоуменно взглянул на Райана и неуверенно пробормотал:

— Я — Захария Смит.

Кажется, он хотел произнести это как утверждение, но получился скорее вопрос. Ну да, на фоне всего происходящего впору усомниться даже в том, как тебя зовут. Райан понимающе кивнул и отступил, шепнув "прости". Действительно, имея самую распространенную фамилию в Британии, нужно бы привыкнуть к подобным ситуациям. Следующую строчку списка он внимательно выслушал полностью, и на сей раз вызывали именно его.

Что ж, посмотрим, насколько Шляпа поддается убеждению.

— Нинасколько.

— Что? — оторопел Райан. Он едва успел надеть волшебный головной убор, как в его мысли ворвался чуть скрипучий ехидный голос.

— Нисколько эта шляпа не поддается. Ни убеждению, ни подкупу, ни зачарованию.

— Что ж, значит, слухи в очередной раз наврали. Уважаемая шляпа, а как же вы, собственно, распределяете учеников? Читаете в их сердцах, или прорицаете судьбу?

— Что-то ты больно хитрый для первокурсника, — недовольно проскрипела шляпа. — Я прекрасно понимаю, что ты издеваешься, но формально придраться не к чему. Что ж, сыграем по-твоему. Нет, я не прорицаю — в отличие от кое-кого, и уж тем более не читаю в разных органах. Все, что я делаю — произношу вслух то, что решил ребенок. Да, вот так просто.

— Решил, даже если сам об этом не знает? — уточнил Райан.

— Ага, именно. Даже если он усиленно пытается убеждать сам себя в обратном, и у него неплохо получается. Кажется, ты начинаешь догадываться, к чему я клоню.

— Уважаемая шляпа, — осторожно заговорил мальчик после небольшой паузы. — Я уверен, что вы никогда не ошибаетесь, и все такое… но, на всякий случай, давайте сверим наши версии. Так, на всякий случай.

— Жалкая попытка, — презрительно фыркнула шляпа. — Прими свой выбор с открытым сердцем, борись как мужчина! Ты, кстати, он и есть, хоть это пока и не слишком очевидно.