Кирилл Волков – Серый цвет не для героев (страница 2)

Произведенное впечатление, правда, слегка подпортила суматошная выгрузка и беспорядочная толкотня в коридорах, после которой кучу взволнованных и порядком озябших детей оставили наедине с самими собой в небольшом уютном зале, чьи стены были обильно увешаны факелами, совмещающими, видимо, функции светильников и обогревателей. Воспользовавшись удобным моментом, Райан отошел к стене и зашарил глазами по взволнованным лицам детей. Несмотря на отдельные моменты и отдельных людей, он все еще не был ни в чем уверен. Хорошим доводом в пользу его… "воспоминаний" могло послужить появление одного человека… Важного такого человека, что должен был бы служить опорным якорем "воспоминаний", яркой деталью, притягивая к себе все остальные событийные нити. Ага, прямо как большой красный паровоз на вокзале.

Вот только не было среди этой толпы никого похожего. Дети были разные — полные и худые, прилизанные и взъерошенные, в очках и без очков, с мантиями, висящими как седло на корове и подогнанными точно по фигуре. Только вот нужного сочетания деталей не было, хоть ты тресни. Немногочисленные очки сплошь квадратные, брюнеты все как на подбор коротко стрижены, никаких шрамов, рун, магических печатей и нимбов над головой.

Внезапный сдавленный писк за спиной и вцепившиеся в его рукав побелевшие пальцы заставили Райана вынырнуть из своих мыслей и обратить внимание на происходящее в комнате. Под потолком беспорядочно кружились облака разноцветного дыма, складываясь во вполне узнаваемые образы мужчин и женщин в старинных нарядах. Принцесса, монах, рыцарь, купец… Словно разбежавшаяся колода карт таро, отразившаяся сквозь гадальный шар.

— Красиво, — пробормотал Райан, наблюдая за призраками. — И совсем не страшно. Призраки пугают, если только не существуют в реальности. Сейчас же… сейчас они куда безобиднее, чем люди. Забавно.

Другие дети, видимо, его отношения к потусторонним сущностям не разделяли, и их боязливо-благоговеющее оцепенение разогнали только распахнувшиеся с шумом огромные двери, ведущие в Большой Зал.

Он тоже был красив и величествен. Не так, как весь отражающийся в озере замок, совсем по-другому, но не менее впечатляюще. Искусственное небо, которое волшебство наполнило бесчисленным сонмом ярких звезд, воистину поражало воображение. Вряд ли нашелся хоть один человек, не поддавшийся этой магии. Магии в переносном смысле этого слова, но от этого не менее могущественной.

А, нет, нашелся один. Торопливый шепот бойкой девочки из поезда, спешащей на помощь нуждающимся по первому зову и даже при отсутствии такового, доносился из задних рядов. Кажется, ей удалось немного адаптироваться к происходящим чудесам, и она спешила наверстать упущенное, обрушивая на головы соседей гору чрезвычайно полезной и своевременной информации.

К счастью, вскоре ей пришлось замолчать. На сцене появилось существо куда более информированное о реалиях магического мира… но зато, в качестве компенсации, изливающее свои откровения в форме отвратительно срифмованных стихов. С одной стороны, оно и понятно — что еще ожидать от шляпы, пусть и волшебной? С другой — для куска пыльного фетра она могла быть и поскромнее, проза ничуть не хуже передает художественный замысел, вдобавок не вызывая у слушателей ушное кровотечение.

У Райана была отвратительная память на лица и имена, поэтому он особо не вслушивался в то, что выкликала высокая строгая женщина, стоявшая у стула со шляпой с дурацким пергаментным свитком в руках. Имена и фамилии со свистом проносились в голове мальчика, чтобы тут же испариться в никуда. Эббот, Джонс, Гринграсс…

Только две фамилии зацепились за что-то в его памяти. Грейнджер — та самая девчонка-активистка. Гриффиндор. Когда она снимала с головы выполнившую свою функцию шляпу, лопнула ее резинка для волос, и те рассыпались по плечам пышной кудрявой гривой. Райан чуть заметно кивнул в ответ на внезапное чувство "правильности" в своей голове.

Малфой — юный пренебрежительно-вежливый лидер, путешествовавший в компании верных оруженосцев. Спокойное, уверенное выражение лица и чуть заметно дрожащие колени. Слизерин, конечно же. Как могло быть иначе?

Впрочем, фамилия, прозвучавшая следующей, моментально вышибла из головы Райна все, что там было.

— Поттер, — громко прочитала женщина, чуть заметно улыбнувшись — впервые за всю церемонию. — Гарриетт!

Чувствуя, как разжимаются позабытые было чужие пальцы на его левом рукаве, мальчик прошептал враз пересохшими губами:

— Да вы издеваетесь?

Глава 1

"Нет, все должно быть не так!"

Слегка уже подзабытое ощущение "неправильности" происходящего от происходящего всколыхнулось внутри с такой силой, что на некоторое время Райан потерял способность воспринимать происходящее, мысленно вернувшись на несколько лет назад. В тот самый день, когда он умер.

Всю жизнь, сколько себя помнил, Райан был самым обычным мальчиком. Среднего роста, с непримечательной внешностью, из семьи со средним достатком и отсутствием особых амбиций. Его родители были рядовыми клерками, не слишком любили свою работу, не тряслись над своим ребенком — что, впрочем, не так и плохо, ведь некоторые порой умудряются причинить излишней заботой куда больше вреда, чем пользы.

Мальчик неплохо учился — собственно, как и большая часть его одноклассников. А как могло быть еще в школе уровня "выше среднего", куда брали исключительно детей из хороших семей среднего класса? Он немного занимался футболом, читал книги в свободное время — в основном фантастику и детективы. У него было несколько приятелей, из числа живших по соседству детей. Он звал их друзьями, но это скорее от отсутствия жизненного опыта… да и выбора, по большому счету.

Дом семьи Смит был расположен в дальнем пригороде Лондона, и в его окрестностях было достаточно участков все еще сохранившейся в первозданном виде природы, пока еще не приспособленных под что-нибудь полезное расползающимся во все стороны мегаполисом. Одно из таких мест и сыграло в судьбе Райана… неоднозначную роль.

В тот роковой день они с парой соседей-приятелей забрались на высокий каменистый холм, к северному склону которого примыкал глубокий овраг, густо заросший кустарником и причудливо изломанными деревьями. Место было идеальным для того, чтобы вообразить себя храбрыми исследователями, открывающими неведомые земли и побеждающими злобных чудовищ. Вдвойне увлекательно было то, что к оврагу приближаться детям строго-настрого запрещалось. Глупые скучные взрослые совершенно ничего не понимали в хороших развлечениях.

Сегодняшний день оказался особенно увлекательным. Джейк, у которого на днях был день рождения, прихватил с собой почти всамделишные мечи, луки и даже здоровенную черную косу, которая досталась Райану, изображавшему злого волшебника. Он с гордым видом стоял на самом высоком камне, отгоняя штурмующих его "цитадель" героев небрежными взмахами своего оружия. Те ничего не могли сделать против его мощной магии (и скользких каменных боков) и лишь бестолково метались внизу с героическими кличами. Выглядели они при этом настолько нелепо, что "темный волшебник" с огромным трудом удерживался от смеха.

День прошел здорово, дети набегались, накричались и насмеялись вдосталь. Однако на обратном пути впечатление от прогулки было немного испорчено — на полдороге Райан вдруг с ужасом обнаружил, что где-то обронил ключи от дома. Возвращаться с ним обратно уставшие приятели не захотели, и расстроенный мальчик отправился на поиски в одиночестве. Клонящееся к закату солнце заставляло торопиться, и он побежал.

Холм был необъятен, и обыскать его в одиночку мальчик не успел бы при всем желании, не говоря уже о самих перспективах поиска крохотной связки ключей, наверняка завалившихся в какую-нибудь щель под камнями.

Увы, тогда он был слишком глуп и эмоционален, чтобы это понять… он был слишком ребенком. Мальчик метался между камнями, подгоняемый нарастающей паникой, переворачивая их один за другим и то и дело оборачиваясь в сторону все ниже клонящегося светила. Ужас от предстоящего разговора с родителями и последующим неминуемым наказанием заставил его потерять всякую осторожность. Само собой, ничем хорошим это закончиться не могло.

Нога скользнула по гладкому каменному боку, мальчик, стоявший на гребне холма, потерял равновесие и кубарем покатился куда-то вниз. Испугаться еще сильнее он просто не успел, в голове лишь крутилась глупая мысль — "нет! это… неправильно!" Сильный удар по голове милостиво отключил его сознание, и Райан уже не чувствовал злых укусов каменных зубов, которыми был усеян склон проклятого холма.

Пробуждение было ужасным. Все тело жутко болело, левый глаз отказывался открываться вовсе, а правый видел все будто через цветное стеклышко — красно-бардовое, цвета недавнего заката.

Мальчик попытался было встать, но малейшее движение усиливало боль в несколько раз, вызывая сдавленные стоны. Громко стонать тоже было больно, не говоря уже о том, чтобы попытаться позвать на помощь. Все, что ему оставалось — это стараться лежать неподвижно и надеяться, что его быстро найдут. Мама и папа обязательно придут, они любят его, беспокоятся, когда он задерживается на улице допоздна… да, сейчас он определенно понимает, чего именно они боятся.