Кирилл Волков – Попытка побега (страница 30)

Если бы была возможность, Александр не задумываясь завалил бы эту дыру к чертям, и бог с ней, с шахтой. Но ведь откопаются, твари. Наверняка откопаются… Если они вообще здесь.

Александр тяжело вздохнул и потянул из ножен кинжал.

— Бу-дет бит-ва, бу-дет мя-со, — тихо пробурчал-пропел он под нос и шагнул вперед.

Опустившаяся на плечо рука заставила его остановиться. Молчаливый паладин обогнул Александра и встал впереди него.

Отстегнув с пояса шипастую цепь, паладин принялся наматывать ее поверх латной рукавицы.

Александр покачал головой и потянул из подсумка свиток ночного зрения. Паладин был самым загадочным из его людей — если он, конечно, на самом деле его человек. Он неприкаянно шатался по замку, тренировался, драил свои доспехи, подолгу молился в соборе — и все это молча. Даже имени своего он так и не назвал. Теперь вот он, все так же молча, рвется в авантюру в первых рядах. Это, конечно, разумно — его доспех самый прочный и массивный, да и сам он лоб здоровый. Вот только что творится внутри головы под этим лбом. И не вырвутся ли оттуда когда-нибудь здоровенные тараканы, которые будут пострашнее собачек-блендеров…

Узкий лаз постепенно расширялся, но все еще оставался довольно тесным: Александр с ностальгией вспоминал подземные ходы, свой и демона. Этот копали совсем не для скорости и не для удобства перемещения — боковые штреки в шахте следовали за прихотливыми извивами рудной жилы, и шахтеры старались минимизировать объем породы, который приходилось сперва дробить киркой, согнувшись в три погибели, а затем вытаскивать из забоя.

Вот уже полчаса они ползали по чертовой шахте — лезть вглубь, не проверив боковые ходы, было бы самоубийственной глупостью. Рыцари ныряли по очереди в каждую щель, отчаянно ругаясь. Доспехи покрывались пылью, грязью и царапинами. Бойцы потихоньку зверели. Александр совсем было уверился, что они занимаются ерундой, когда у него в голове что-то зашуршало — кто-то пытался с ним связаться. Потянувшись навстречу, он поймал отчетливую картинку — опушка леса, среди деревьев мелькают черные тени. Толком рассмотреть нападающих не получается, картинка дрожит и расплывается. Но сомнений нет — это они.

— Дьявол! — Александр рванулся к выходу, впопыхах зацепился за камень и вывалился в центральный проход, роняя факел и кинжал. Шлем с грохотом поприветствовал каменный пол, в голове зазвенело. Сверху навалилось что-то тяжелое, мешая вздохнуть и пошевелиться.

— Эй, какого… — прохрипел прижатый к полу лорд.

Неожиданно постепенно приходящий в себя мозг осознал, что навалившееся сверху тело вовсе не спешит ему помогать — оно пытается ему что-нибудь отгрызть, скрежеща зубами по стали доспехов. Ловушка!

Куда отлетел чертов кинжал? Александр в панике зашарил рукой по камням, пытаясь нащупать оружие. Оседлавшая его тварь возмущенно фыркнула — и попыталась разорвать доспехи лапами. Центр тяжести сместился, и лорд отчаянным рывком выдернул себя из-под туши. Спустя секунду он снова лежал, прижатый к полу, только теперь он лежал на спине, и перед его лицом клацала зубами огромная слюнявая пасть.

Сквозь звон в ушах пробились звуки боя — рычали твари, кричали и ругались рыцари.

Кажется, на помощь рассчитывать не приходится.

Изо всех сил удерживая пасть подальше от себя, Александр огляделся в поисках какого-нибудь оружия, и увидел совсем рядом крупный осколок камня.

Перехватив голову твари предплечьем левой руки, он схватил осколок освободившейся правой и изо всех сил зарядил монстрятине по морде.

Та совсем по-собачьи завизжала и отскочила, мотая головой.

Оказавшись на свободе, Александр вскочил на ноги, пригнулся, готовясь парировать следующую атаку. Большого вреда он не причинил, тварь отскочила скорее от неожиданности. Теперь она готовилась закончить начатое, злобно рыча и перебирая лапами. Вот она пригнулась к земле, готовясь к прыжку, и… ей на спину рухнул шипованный кулак, перебивая твари хребет.

Паладин шагнул вперед и опустил визжащей твари на голову латный сапог, обрывая противный визг.

Наступила тревожная тишина, прерываемая лишь треском факелов и тяжелым хриплым дыханием.

— Потери? — хрипло крикнул Александр. Сгоряча ему показалось, что в живых остались лишь они с паладином.

— Все живы, — звонкий голос Агаты заставил его облегченно выдохнуть. — Только обслюнявлены.

Агата была зла. Ей пришлось нелегко в беспорядочной свалке. Она была сильным бойцом, но рассчитывала прежде всего на ловкость, а не на силу. В этой же битве… в этой битве большую часть нападавших перебил паладин. Его могучие боксерские удары отправляли тварей в лучший мир с одного-двух попаданий.

Атаковавшие их химеры оказались довольно хлипкими. Их было очень много, они напали неожиданно, но все, чего им удалось добиться — покусы, ссадины, царапины, несколько испорченных частей доспехов, две сломанные руки и одна нога. Более чем скромно для такой хитровывернутой ловушки. Их недооценили? Или переоценили своих «питомцев»?

Жужжание в голове усилилось, и перед глазами вновь замелькали картинки. Другая деревня, Сосновка. Все тот же хоровод знакомых тварей, они постепенно подходят все ближе к частоколу. Их довольно много, но если боевые качества отдельной особи не превышают то, с чем они столкнулись здесь, в шахте, то ополченцы отобьются.

Наскоро избавившись от покореженных деталей, которые не давали свободно двигаться, перевязав раненых, отряд направился к выходу. По-хорошему, стоило закончить осмотр, но вряд ли одна из тварей где-то затаилась. Не слишком-то они умны.

На поверхности их ждали ласковые лучи клонящегося к закату солнышка, прохладный ветерок, выгодно отличающийся от зловония залитого кровью подземелья, и огромная стая «собачек»-химер, полукругом обступившая выход из шахты.

— Так-так-так, смотрите-ка, остались выжившие! — сидящий на высоком камне молодой парень был Александру не знаком. Более того, он был не знаком даже системе. «…» — сказала система. И уточнила: «…».

— … - сказал на в ответ на это все Александр. И добавил: — …

Парень расхохотался.

— Что ж ты так, — сквозь смех проговорил он. — Здесь же девушка!

— … - сказала Агата, доставая меч.

— Ага. — Александр потянулся к рукояти своего полуторника.

Парень недовольно поморщился — кажется, он ожидал другой реакции.

— Хамло. — буркнул он. — Вы хоть знаете, с кем разговариваете?

Александр молча пожал плечами. Рыцари за его спиной перестроились в боевой порядок, раненых укрыли в шахте.

Парень вскочил на ноги и взмахнул рукой. Из руки вырвалась сияющая плеть, свитая из молний, и понеслась в сторону строя рыцарей.

Александр инстинктивно вскинул меч, в последнее мгновение успев подумать, что подставлять под молнию металлический меч — совершенно дурацкая идея.

К удивлению всех присутствующих, плеть при столкновении с мечом вспыхнула и погасла. Парень, ожидавший, кажется, совсем другого результата, перевел ошеломленный взгляд с Александра на собственную пустую ладонь и закричал:

— Убить их!

Плотные ряды химер сорвались с места и бросились в атаку.

Сражение было… странным. С одной стороны, волна искаженных тел, хрипящих и истекающих слюной, едва не захлестнула обороняющихся с головой, да и выглядела устрашающе. Но соль в том, что больше выглядела, чем действительно представляла угрозу. После того, как был сдержан первый, самый опасный натиск, бой превратился в планомерное избиение тупо бросающихся под удар химер. Уровень тварей колебался от тридцатого до пятидесятого, и большой угрозы для хорошо бронированных рыцарей они не представляли. Тем более для правильного строя, который нельзя было обойти со спины.

Механически истребляя тварей, Александр успел их внимательно рассмотреть. Они действительно чем-то напоминали гончих. Поджарые собачьи тела с гипертрофированными мышцами, костяными наростами поверх шкуры и огромными пастями, выглядевшими немного карикатурно. И да, они действительно были тупыми. Безликие клоны друг друга, химеры даже двигались совершенно одинаково, они были лишены даже той доли индивидуальности, какая была у «обычных» нейтральных монстров.

Минута шла за минутой, количество химер все убывало, а их «кукловод» все сильнее нервничал при виде этой картины. Взъерошенный парень выплясывал на своем камне, швыряясь заклинаниями и пытаясь подбодрить своих питомцев яростными криками. Ни то, ни другое ему не слишком-то удавалось. От молний и огненных шаров рыцари с легкостью уклонялись или парировали их. Наконец, схватка подошла к закономерной развязке — пала последняя химера, и между отрядом Александра и неизвестным неуравновешенным магом больше никто не стоял.

Поняв, что дело плохо, маг спрыгнул с камня и бросился наутек. Кивнув Агате и паладину, Александр устремился в погоню.

Следующие полчаса слились в бесконечную череду разноцветных вспышек, воплей и бега по пересеченной местности. Преследуемый маг носился по лесу дикими зигзагами, подобно загнанному собаками зайцу. Он беспрерывно швырялся во все стороны молниями, которые с удивительной силой воздействовали на ландшафт — сносили деревья, расшибали в щебень крупные камни, выбивали в земле огромные воронки. При этом те же молнии бессильно разбивались о доспехи преследователей, оставляя лишь небольшие пятна копоти. Маг периодически что-то кричал, и его вопли становились все более бессвязными. Он говорил что-то о силе, обещаниях, богах, обвинял кого-то в обмане и требовал выпустить его отсюда. Судя по всему, его и так подтекающая крыша соскальзывала вниз со все увеличивающейся скоростью.