Кирилл Волков – Полный перебор (страница 49)

На этом возможности симбионта оказались исчерпаны. Он еще раз перебрал существующие угрозы в порядке их возрастания — нападение выживших жуков и их слуг; затопление водой в случае продолжения ее постоянного поступления; отмирание клеток мозга через двадцать четыре секунды от настоящего момента, вследствие прекращения снабжения кислородом из-за отказа внешних систем. Действительно, он не способен самостоятельно справиться ни с одной из этих угроз. Остается лишь вариант вернуть в сознание хозяина и запросить его указаний. Сим сомневался, что у него это получится в условиях дефицита кислорода и крайне ограниченного временного периода, оставшегося до их гибели, но… Должен же он был что-то делать, ведь так?

Неожиданно в стройной картине функционирования организма, тщательно отлаженной Симом, возникло сильное искажение. Странное образование в центре грудной клетки Павла лопнуло, извергнув из себя тысячи тонких жгутов. Эти жгуты пронзили ткани и органы, отсекая Сима от нервной системы и перехватывая управление. Все его попытки помешать захватчику оказались бесполезны.

Тело Павла дернулось, сгруппировалось и мощным толчком рванулось вперед, продираясь сквозь защитный кокон и окружающие ткани. Спустя двадцать секунд его рука прорвала последний слой мышц и открыла проход под расколотой костяной плитой в районе головы скорпиона. Павел просунул в дыру голову, сделал несколько глубоких вдохов и принялся расширять пролом. Ломая костяные пластины голыми руками и игнорируя получаемые при этом повреждения, Павел пробил отверстие чуть больше полуметра диаметром и протиснулся наружу.

Оглядевшись и прислушавшись, он спрыгнул вниз и побежал в сторону выхода. Бежал он на четырех конечностях, неестественно выгнув шею. Если бы его в этот момент кто-то увидел, то, в меркнущем свете умирающих стен, никогда не принял бы его за человека. Гораздо больше в этот момент, как ни странно, Павел был похож на паука. Раненого паука, вынужденного ограничиться четырьмя ногами вместо привычных восьми. Существо пробежало полсотни метров и свернуло в боковой проход. Разгромленная база медленно погружалась в темноту, по мере отмирания лишившихся подпитки живых стен. Под ее прикрытием вода медленно поднималась, отвоевывая сантиметр за сантиметром своих бывших владений.

Солнечные лучи настойчиво пробивались сквозь сомкнутые веки, раздражая и прогоняя последние остатки сна. Прикрыв глаза рукой, Павел вознамерился было поваляться с полчасика перед подъемом. Однако возникла новая проблема — лежать было совершенно некомфортно, проклятая трава нещадно щекотала лицо, жутко раздражая.

Павел открыл глаза и пару минут тупо смотрел на небо, пытаясь понять, где он и как, черт возьми, здесь оказался. Последнее, что он помнил, это… Черт, гребаная жучиная база!

Взвившись на ноги, он замер. Знакомый вход под приметным трехствольным деревом находился совсем рядом, метрах в десяти. Вот только на этот раз Павел не был несокрушимой бронированной громадиной — он был всего лишь маленьким, слабым человеком. Ему захотелось как можно быстрее оказаться подальше отсюда.

— Сим, — неуверенно позвал Павел. — Что произошло? Как мы выбрались? Сим, ты меня слышишь, эй? Ах, черт, что ж все так болит…

Павел согнулся в приступе кашля. Грудная клетка сотрясалась, разгоняя по всему телу волны жгучей боли. Он уже порядком отвык от этого — Сим был просто прекрасным анестезиологом, в числе прочего. Вот именно, был! Что с ним?

— Сим?! — крикнул Павел вслух, забывшись. — Сим, черт тебя дери! Ты…

— Я слышу, — произнес усталый голос в голове Павла. — Не мог ответить раньше, поскольку был поврежден канал связи. Не могу пока ничего сообщить по общему состоянию организма, поскольку каналы управления также повреждены.

Павел облегченно выдохнул — по крайней мере, его маленький ангел-хранитель еще с ним.

— Что случилось? Я ничего не помню с момента, когда мы встретили того говорливого жука…

— Следуя последнему указанию, мной был уничтожен вражеский производственный комплекс. Вскоре после этого ресурс боевой формы закончился, и возникла угроза гибели из-за недостатка кислорода. В этот момент управление телом было перехвачено Слугой, который и вывел его на поверхность.

— Стоп, что еще за Слуга? — опешил Павел.

— Так назвала себя сущность, обитающая в коконе в центре грудной клетки. Я затрудняюсь определить ее видовую принадлежность, но она очень сильно отличается от всего, с чем мы сталкивались ранее. В процессе активной работы Слуга пытался связаться со мной, но даже с помощью модуля-дешифровщика удалось понять лишь часть полученной информации.

— Таак. И что же он сказал? — в голове Павла вихрем завертелись десятки мрачных версий о сущности и целях незваного подселенца, которые он успел выдумать за все время сосуществования с ним.

— Слуга выразил глубокое огорчение от нашей неразумности, которая привела к тому, что он был вынужден вмешаться. Он настоятельно рекомендовал прекратить заниматься маловажными проблемами и вернуться к решению основной задачи. Был удивлен тем, что для неразумных людей угроза скорой гибели планеты не является достаточной мотивацией для действий. Настаивал на необходимости прибытия в указанный район за минимальный промежуток времени. Остальные информационные блоки слишком фрагментированы и перенасыщены эмоциональными вставками, что делает невозможным их расшифровку и понимание.

— Да вы нахрен издеваетесь! — воскликнул Павел, закатывая глаза. — Опять всплыло это дерьмо! Спроси у этого Слуги, за каким хреном мне нужно туда переться, что там такое важное? И что за мутные намеки про гибель планеты и всеобщий пиздец?

— Я не имею возможности связи с объектом Слуга. После вывода тела на поверхность он вернулся в состояние гибернации. Кажется, это связано с крайне ограниченным объемом имеющихся энергетических ресурсов, а также малым оставшимся сроком существования объекта.

— Отлично. — Павел лег на землю и вытянулся во весь рост. Страх перед входом в логово пропал, перебитый новыми эмоциями. Выйди сейчас оттуда жук, и он набил бы ему морду голыми руками.

Повертев в голове полученные от Слуги сведения, Павел задумчиво пробормотал:

— Мне кажется, этот поц уверен, что мы уже что-то знаем. А мы-то не знаем нихрена, вот в чем фасолька. Мне его вручили без всяких инструкций и пояснений. Нда. Пробиться сквозь эту его скорлупу ты по-прежнему не можешь, как я понимаю. И что нам делать?

— Можно попытаться воспроизвести исходную ситуацию, чтобы спровоцировать повторный выход объекта из гибернации? — предложил Сим.

— И какова эта ситуация? — настороженно поинтересовался Павел.

— Безальтернативная гибель через двадцать четыре секунды при отсутствии видимых возможностей повлиять на ситуацию.

Павел от неожиданности поперхнулся и закашлялся, кривясь от боли.

— Вот уж нет! Я не настолько любопытен, знаешь ли. — он потер грудь, пытаясь заглушить неприятные ощущения. — Слушай, как скоро ты восстановишься и сможешь все подлатать?

— Ориентировочно в течении сорока-пятидесяти минут. Восстановление будет неполным, поскольку в организме наблюдается дефицит множества необходимых веществ и компонентов.

— Понял. Значит, через час отправляемся на охоту. Для начала. А потом… — Павел прищурился, вглядываясь в шевелящиеся наперекор порывам ветра ветви окружающих кустов. — Потом посмотрим.