Кирилл Теслёнок – Протокол: Новый Архимаг 4.0 (страница 34)
— Такой игрок, как ты, не должен быть привязан к этому жалкому носителю. Мы могли бы заключить сделку. Ты и я. Я дам тебе ресурсы, влияние, доступ ко всему, что есть у нашего рода. А ты… ты получишь достойную союзницу. Не глупую гору мышц и не напыщенного стратега. А королеву.
Глава 23
Очаровать Бездну
Ярослав медленно, почти лениво, подлетел к ней. Он со скучающим видом осмотрел ее с головы до ног. И на его непроницаемой маске, казалось, появилась усмешка.
— Мило, — протянул он. — Ты предлагаешь мне поменять одну клетку на другую, просто позолоченную?
Он оказался совсем близко. Она чувствовала холод, исходящий от его брони.
— Я предлагаю тебе трон, — прошептала Лиса, ее голос был полон соблазна. — Мир, лежащий у твоих ног… Владыка не может править единолично… куда сподручнее опираться на верных соратников.
Она подняла руку и коснулась его иссиня-черной брони. В этот миг мир вокруг них изменился. Город исчез. Они стояли посреди гигантского, залитого светом тронного зала, отделанного золотом и мрамором. Лиса, облаченная в королевские одежды, сидела на троне, а у ее ног простиралась галактика.
— Видишь? — прошептала она. — Это все может быть нашим.
Ярослав огляделся. Его не впечатлил ни трон, ни галактика.
— Эм-м-м, — протянул он. — Весьма… безвкусно. Знаешь, не стоит пытаться очаровать Бездну. Она сама очарует тебя…
Он поднял руку. И тронный зал Лисы затрещал. Золото на стенах почернело и превратилось в кости. Мраморный пол стал морем из застывших, искаженных ужасом лиц. Галактика у ее ног свернулась в черную дыру, а трон, на котором она сидела, превратился в гору из черепов. Он не развеял ее иллюзию. Он ее… переписал. Превратил ее жалкую фантазию о власти в настоящий кошмар.
Лиса вскрикнула и отшатнулась, ее королевский образ исчез, уступая место панике.
— Ты пыталась соблазнить бездну, кошечка, предложив ей поиграть с куклами, — его голос прозвучал прямо у нее в голове, холодный и безжалостный. — А бездна предпочитает играть с мирами. Давай, я покажу тебе эту бесконечность…
И с этим словами он коснулся пальцем ее лба…
Иллюзия схлопнулась, возвращая их в реальность ночного города. Серебряная Лиса рухнула на колени, ее прекрасное лицо было искажено ужасом. Она видела нечто, что ее разум не мог постичь. Она заглянула за грань. И эта грань выжгла ее изнутри.
Она была сломлена. Не физически. А полностью, до самого основания ее души.
Ярослав потерял к ней интерес и отвернулся.
— Итак, — задумчиво произнес он, оглядывая город под собой. — Чем бы мне…
Он внезапно замер. Оборвал мысль на полуслове. Это была не боль. Не усталость. Что-то иное. Сбой в идеальной системе. Легкий, почти незаметный рассинхрон между его волей и реакцией тела носителя. Иссиня-черная броня на его теле на мгновение пошла рябью, словно на старом мониторе.
Он запустил быструю диагностику, просканировав собственное временное пристанище. Источник был внутри. Слабый, но упрямый очаг сопротивления, исходящий из самого центра сознания мальчишки. Усиленный чем-то чужеродным. Электронным.
— Ах, вот что они задумали… — процедил Ярослав, и в его голосе впервые за все это время прозвучали нотки неподдельного раздражения, смешанного с толикой уважения. — Резонансный Каскад… Мальчишка с его цифровой подружкой изначально запланировали использовать меня против благородного трио, и на всякий случай подстраховались… Решили не бороться со мной, а заставить саму систему отторгнуть меня. Использовать энергию наноботов, чтобы «перезагрузить» носителя, выкинув меня, как вирус. Умно, ничего не скажешь…
Он попытался подавить это восстание, влить свою волю в нейроны Сени, чтобы сжечь этот бунт. Но это было все равно, что пытаться силой воли остановить прилив. Процесс был запущен. Неумолимый, как законы физики. Он понял — сопротивление бесполезно, оно лишь ускорит процесс и отнимет драгоценные секунды. Скоро ему придется уступить место.
Благодаря наноботам у мальчишки и ИИ появился гарантированный способ контроля над ним. Теперь все не будет сводиться к дуэли «Воля против Воли»…
Его взгляд из раздраженного стал холодным, хищным и до жути сосредоточенным. Он бросил последний взгляд на поверженных, униженных аристократов.
— Ладно, — задумчиво произнес он. — Кое-что я еще успею сделать…
Тяжелый, бронированный грузовик «Ковчег» полз по мокрым, неоновым улицам Нижних Кварталов. Он не был частью городского трафика. Он был призраком, которого не замечали ни камеры, ни патрули. Внутри его стерильного, гудящего отсека царил холодный синий свет медицинских мониторов. Почти все пространство занимал комплекс жизнеобеспечения — паутина из трубок, проводов и резервуаров с булькающей питательной жидкостью.
В центре этого хаоса технологий, в саркофаге из армированного стекла, напоминавшем ванну, лежал Лео. Его тело, истощенное болезнью, было почти невидимо под россыпью датчиков и вживленных напрямую в плоть кабелей. Только голова с редкими светлыми волосами и тонкие, почти прозрачные руки виднелись над поверхностью мутной, питательной жижи.
Рядом, на маленьком откидном стуле, сидела Анна. Его сестра. Врач. Ее уставшие, но полные нежности глаза были прикованы к экрану, который показывал жизненные показатели брата.
— Лео, ты как? — тихо спросила она, поправляя один из проводов на его виске. — Давление немного скачет.
— Нормально. Не мешай, — его голос, лишенный модулятора, был слабым, но полным того холодного, металлического раздражения. Раздражения, которое давно стало его сутью.
— Может, увеличим дозу седативного?
— Ты оглохла? Не видишь, я работаю?
— П-прости… — Анна виновато опустила глаза.
Он не смотрел на нее. Его сознание было далеко отсюда, в небе над «Золотым Драконом». Через десятки взломанных камер наблюдения, через спутники и дроны он наблюдал за битвой. Три золотые кометы гонялись за одной иссиня-черной тенью.
— Идиоты, — прошептал Лео, глядя, как Волк в ярости врезается в небоскреб. — Они пытаются потушить пожар бензином. Сила S-класса — это не более чем грубый инструмент. А он… он играет на них, как на расстроенном пианино.
Анна с тревогой посмотрела на него.
— Лео, тебе нельзя волноваться. Просто отдохни. Мы уже почти на месте. Новая база полностью изолирована, там ты будешь в безопасности.
— Безопасность — это иллюзия для слабых, — отрезал он. — Безопасность — это контроль. А я его сейчас теряю.
Он видел, как Ярослав издевательски сотворил скульптуру из атаки Сокола. Как под аккомпанемент идиотской музыки он унизил трех самых могущественных людей планеты.
Лео не восхищался. Он анализировал. Он просчитывал. Кто бы ни победил в этой схватке, он станет его следующей целью. Ярослав… Хирург… Семен Ветров… Он слишком опасен, чтобы оставлять его в живых. Аристократы тоже не стерпят унижения, если выживут.
Ему нужно было выбрать сторону. Или стравить их окончательно.
И тут произошло то, чего его аналитические модели не могли предсказать. Черно-синяя тень, только что одержавшая сокрушительную победу, вдруг замерла в небе. А потом… просто исчезла.
— Сигнал пропал. Полностью, — пробормотал Лео, его пальцы, подключенные к системе, мелко задрожали. — Телепортация? Нет, слишком чисто. Никаких следов, никакого энергетического эха. Словно его и не было. Куда…
Он не успел закончить мысль.
Воздух в грузовике внезапно стал плотным, холодным. Анна подняла голову, ее врачебная интуиция закричала об опасности. Она увидела его.
В тесном пространстве между ней и саркофагом брата стоял он. Фигура в черно-синей, поглощающей свет броне. Он не вошел. Он просто… был здесь.
Анна вскрикнула. Не от страха — от шока. Она инстинктивно вскочила, пытаясь заслонить собой брата, ее рука метнулась к тревожной кнопке на поясе.
— Тихо-тихо, — ленивый, насмешливый голос Ярослава прозвучал не из шлема, а прямо у них в головах.
Он легко, почти нежно, коснулся пальцем ее виска. Глаза Анны закатились, и она беззвучно осела на пол. Как кукла, у которой перерезали нитки.
Ярослав со скучающим видом осмотрел помещение.
— Так вот она, берлога великого Технарха. Ванная на колесах. Очень… гигиенично. И так трогательно. Семейные поездки на природу?
Лео молчал. Его мозг, величайший компьютер в этом городе, сейчас был бесполезен. Он был заперт в немощном теле, один на один с существом, которое нарушало законы физики так же легко, как он ломал файрволы. Ярость, холодная и бессильная, закипала в нем.
Вся его сила Одаренного… сейчас была полностью бесполезна. Это существо легко расправилось с тремя S-ками… В-ранг для него все равно что комар.
Ярослав подошел к саркофагу. Он с любопытством посмотрел на истощенное тело Лео, на паутину проводов.
— А ты еще более жалкий, чем я думал. Бог в сети, калека в реальности. Классика. Интересно, а что будет, если… — он огляделся. Его взгляд остановился на большом красном рубильнике на главной панели жизнеобеспечения. — … если немного поиграть с настройками?
Он небрежно, двумя пальцами, опустил рубильник вниз.
Синий свет мониторов погас, сменившись мигающим красным. Гудение системы сменилось нарастающим, паническим писком аварийных сигналов. Бульканье в резервуарах прекратилось. Жидкость в саркофаге перестала подогреваться, и Лео почувствовал, как его тело пронзает ледяной холод. Насос, качавший кислород, остановился. Дышать стало трудно.