Кирилл Теслёнок – Протокол: Новый Архимаг 3.0 (страница 11)

— Вы продолжаете упорствовать в своих… фантазиях, — граф покачал головой, но в его глазах мелькнул опасный блеск. — Это неконструктивно, Ветров. Мы оба знаем, что кристалл все еще у вас. И мы оба знаем, что он представляет огромную ценность. И опасность.

— Опасность? — я скептически хмыкнул. — Для кого? Для тех, кто пытается отобрать чужое? По-моему, это вполне справедливая опасность. Естественный отбор в действии.

— Этот артефакт не должен находиться в руках… неподготовленного человека, — тон графа стал жестче. — Вы же не хотите закончить, как тот парень в сверкающих доспехах? Ярослав, кажется, или кто он там… Его уже объявили в общепланетарный розыск. Вы играете с огнем, Ветров. И можете обжечь не только себя, но и тех, кто вам дорог.

«А вот и первые угрозы пошли, — прокомментировала Алиса. — Тонко, изящно, в лучших традициях аристократического шантажа. Сейчас он еще добавит что-нибудь про „хрупкое равновесие сил“ и „ответственность перед обществом“».

— Вы беспокоитесь о моей безопасности, граф? — я трогательно прижал руку к сердцу. — Какая неожиданная забота. Я почти прослезился. Но, боюсь, я уже большой мальчик и сам могу решать, с какими игрушками мне играть. А тех, кто попытается их отобрать… ну, им я тоже могу организовать незабываемые впечатления. Спросите у вашего сына, он подтвердит.

Лицо графа на мгновение исказилось от гнева, но он быстро взял себя в руки.

— Тимур… не в себе, — холодно произнес он. — И я намерен выяснить, кто или что довело его до такого состояния. И кто несет за это ответственность.

Включил режим заботливого папы. Но я прекрасно помнил о его настоящем отношении к сыну. Вспомнил пустой, раздраженный взгляд, которым он одарил Тимура, когда тот к нему обратился. И весёлый концерт с любовницей вместо того, чтобы провести время с больным сыном.

— Ну так и выясняйте. Я тут при чем? — невинно предложил я. — Спросите у той Госпожи, о которой он так восторженно отзывался.

При упоминании Госпожи граф заметно напрягся. Он снова несколько секунд молча смотрел на меня, словно пытаясь прожечь взглядом дыру.

— Ветров, — наконец сказал он, меняя тактику. — Я готов проявить… великодушие.

«О, началось! — оживилась Алиса. — Сейчас будет аттракцион невиданной щедрости. Держу пари, его „великодушие“ будет стоить тебе как минимум одной почки и вечной клятвы верности роду Кайловых».

— Я готов забыть о ваших… проступках, — продолжал граф, глядя на меня так, словно делал мне величайшее одолжение. — О вашем дерзком поведении, о вашем неподобающем влиянии на моего сына, даже о тех… неприятностях, которые вы причинили моей службе безопасности.

— «Неприятностях»? — я усмехнулся. — Граф, ваши «сотрудники» меня похитили, пытались допрашивать с применением силы, а потом устроили погоню со стрельбой по всему городу. Это вы называете «неприятностями»? У нас с вами явно разные словари. В моем это называется «уголовное преступление».

— Я готов закрыть на это глаза, — отрезал Кайлов, игнорируя мои слова. Его голос стал тише, но в нем появились стальные нотки. — И даже больше. Я готов обеспечить вашу… безопасность. И неприкосновенность. Никто больше не посмеет вас тронуть. Ни моя служба безопасности, ни… другие заинтересованные лица.

«Так-так-так, — прошептала Алиса. — А вот и морковка показалась. Сладкая, сочная, но наверняка с нюансом. Что он потребует взамен? Твою бессмертную душу? Или просто подписку о невыезде из его подвала?»

— Звучит… заманчиво, граф, — я задумчиво постучал пальцем по чашке. — Особенно часть про «других заинтересованных лиц». У вас такой широкий круг общения?

— У рода Кайловых много… партнеров, — уклончиво ответил он. — И много врагов. В вашем положении, Ветров, иметь такого союзника, как я, было бы очень… разумно.

— И что же вы хотите взамен за такое… королевское предложение? — я посмотрел ему прямо в глаза, стараясь не выдать своего напряжения. — Мою скромную коллекцию фантиков от конфет «Бабочка-сластена»? Боюсь, она не очень велика.

Граф Кайлов медленно улыбнулся. Это была улыбка хищника, который наконец загнал добычу в угол.

— Всего лишь несколько… незначительных уступок, Ветров, — сказал он мягко, но от этого голоса по спине пробежал холодок. — Сущие пустяки, учитывая то, что я вам предлагаю. Во-первых, вы, разумеется, передадите кристалл мне. Лично. Без всяких фокусов. Во-вторых, вы подпишете соглашение о полном и безоговорочном неразглашении любых сведений, касающихся недавних событий и личной жизни членов рода Кайловых, — граф Кайлов продолжал чеканить свои условия, словно забивал гвозди в крышку моего гроба. — Нарушение этого соглашения повлечет за собой немедленные и крайне жесткие юридические последствия. Поверьте, наши адвокаты способны превратить жизнь любого человека в ад. Даже если он семь пядей во лбу и с кристаллом в спине.

Я лениво помешивал ложечкой кофе. Атмосфера в вип-зоне кафе «Полустанок» была такой густой, что ее можно было резать ножом. И подавать как основное блюдо в меню «Радости мазохиста».

— В-третьих, вы вернете все имущество, которое было… изъято… у моих сотрудников службы безопасности, — граф выразительно посмотрел на меня. Видимо, намекал на парализатор, который я так удачно «одолжил». — И, разумеется, забудете о каких-либо претензиях по поводу их… чрезмерного усердия.

— «Чрезмерное усердие»? Граф, ваши ребята так усердствовали, что я чуть не начал собирать чемоданы в лучший мир. Правда, без обратного билета, — я усмехнулся.

— И, наконец, Ветров, — на лице Кайлова не дрогнул ни один мускул, — вы обязуетесь не приближаться к членам моей семьи и не вмешиваться в дела рода Кайловых. Любое нарушение этого пункта будет расценено как акт агрессии. Со всеми вытекающими.

Он закончил и откинулся на спинку кресла, сложив руки на груди. Взгляд хищника, который только что изложил свои условия мышке, попавшей в капкан.

«Ну что, Сеня, — прошептала Алиса у меня в голове. Ее голограмма, невидимая для графа, сидела на соседнем стуле и с интересом разглядывала свои виртуальные ногти. — Кажется, дядюшка Кайлов предлагает тебе сделку века: ты отдаешь ему все свои игрушки, обещаешь быть хорошим мальчиком и не дышать в его сторону. А он, так и быть, разрешает тебе продолжать существовать. На его условиях, разумеется. Щедр, как Дед Мороз в июле».

— Граф, ваше предложение звучит как ультиматум, завернутый в шелковую бумагу с гербовой печатью, — я отставил чашку. — Очень мило. Но, боюсь, вы немного переоцениваете свою позицию и недооцениваете мою.

Я выдержал паузу, глядя ему прямо в глаза.

— Я тут как раз недавно просматривал некоторые… видеоматериалы. Очень познавательные. Особенно те, где вы и ваша очаровательная начальница службы безопасности, Вероника, так увлеченно… обсуждаете вопросы престолонаследия. В весьма неформальной обстановке. Думаю, графине Страховой, вашей супруге, было бы очень интересно ознакомиться с этими… рабочими моментами. Как и ее родственнику, графу Страхову-старшему. Он, говорят, очень уважает семейные ценности… и не любит, когда кто-то пытается играть за его спиной.

Лицо Кайлова на мгновение окаменело. Желваки заходили под идеально выбритой кожей. Но он быстро взял себя в руки.

— Вы блефуете, Ветров. У вас не может быть никаких… материалов. Моя служба безопасности…

— Ваша служба безопасности, граф, — я прервал его с легкой улыбкой, — больше напоминает клуб по интересам для любителей поспать на рабочем месте. Спросите у Игоря, как отдохнул после нашего короткого, но содержательного диалога. Или у того менталиста, которому до сих пор, наверное, кошачье техно-мяуканье снится. Ну или у тех сотрудников, кто поддерживает тайный ход прадедушки Акакия в рабочем состоянии.

Я увидел, как в глазах Кайлова на мгновение мелькнула странная смесь чувств. Удивления и… страха?

— Так что, граф, давайте не будем говорить об уступках с моей стороны. Давайте поговорим о ваших.

«Браво, Сеня! — Алиса невидимо захлопала в ладоши. — Прямо в яблочко! Или, точнее, прямо в ахиллесову пяту этого павлина. Смотри, как он сдулся. Сейчас начнет торговаться, как на восточном базаре».

Граф Кайлов несколько секунд молчал, его пальцы нервно сжимали подлокотники кресла. Заклинание Тишины делало эту паузу особенно звенящей.

— Даже если у вас есть какие-то… доказательства или видеоматериалы, — наконец, произнес он. — Они вполне могут оказаться подделкой от нейросетей.

— Экспертиза выявит любую подделку, — заметил я.

— Если подделка высококачественная, экспертиза может потребовать Очень серьезную сумму, — сказал он. — Такая есть у бедного студента?

— У вас одолжу, — я пожал плечами.

Граф рассмеялся и даже запрокинул голову. Я молча ждал его ответа. Теперь он веселится, но это может быть и блеф.

«Сеня, его пульс подскочил на пятнадцать ударов, когда ты упомянул про заем у него же, — прошептала Алиса. — И он слишком резко рассмеялся. Похоже, ты попал в точку. У него явно есть причины нервничать по поводу „материалов“. Но он пытается сохранить лицо».

— Хорошо, Ветров, — наконец произнес он, и в его голосе уже не было прежней надменности и веселья. Только холодный расчет. — Допустим… допустим, всё так как вы говорите. Что вы предлагаете?

— Я предлагаю взаимовыгодное сотрудничество, граф. Или, если хотите, пакт о ненападении, — я чуть наклонился вперед. — Вы забываете о существовании меня, моих друзей и того самого кристалла, который так будоражит ваше воображение. Я, в свою очередь, забываю о ваших… маленьких шалостях вроде похищения, незаконного удержания и попыток превратить меня в овощ. И о ваших еще более маленьких… секретах от супруги. Все довольны, все смеются.