Кирилл Теслёнок – Мастер Марионеток строит Империю (страница 76)

Потом ещё раз. С настойчивостью отбойного молотка.

Дин-дон. Дин-дон. Дин-дон-дин-дон-дин-дон.

Лира выглянула наружу через другое окно и тут же повернулась ко мне. Глаза были безумные.

— Грузовик! Они нас выселят! Прямо сейчас! Они заберут все! Мой гардероб! Мои украшения!!! Мой…

— Лира.

— … Мой массажный кристалл с подогревом!!!

— Лира!

Она замолчала, испуганно глядя на меня. Губы дрожали.

— Успокойся, — негромко произнес я. — Сейчас разберемся.

Я не повысил голос, не добавил металла. Но Лира осеклась на полуслове, глядя на меня испуганными глазами. Вероятно, за два года брака она впервые услышала от своего мужа не жалкое блеяние, а приказ. И это удивило её даже больше, чем грузовик с орками за окном.

— К… к-как я могу успокоиться? — повторила она уже тише.

— Легко. Смотри.

Я повернулся к Арли.

— Кабинет Маркуса. Все документы, которые касаются банка, дома, ипотеки. Всё, что найдёшь. Тащи сюда. Быстро.

— Есть, хозяин!

Она метнулась вверх по лестнице.

Дин-дон-дин-дон-дин-дон-дин-дон.

Я направился к двери, спокойно и неторопливо. И только на пороге осознал, что всё ещё в тапках. Тех дурацких бархатных, тёмно-бордовых тапках. С золотыми, мать их, кисточками.

«Великолепно», — подумал я. — «Просто великолепно. Архимаг Тринадцатой Тени идёт на переговоры с гоблином-кредитором в домашних тапочках с помпонами. Достойно легенд».

Но переобуваться было некогда. Да и какая разница? Пусть видят. Пусть думают, что имеют дело с жалким неудачником Маркусом.

Недооценка противника — лучший подарок, который он может мне сделать. С такими мыслями я вышел во двор.

Солнце било в глаза. Трава под ногами была мокрой от утренней росы. Кисточки на тапках намокли и жалобно повисли.

Грызлик заметил меня через решётку ворот. Прекратил терзать звонок и небрежно поправил монокль.

— Сударь Маркус, — голос был маслянистым, как жир на сковороде. — Наконец-то. Мои источники…. уже сообщили, что вы вернулись в город.

Я остановился у калитки и посмотрел на гоблина сверху вниз. С моим ростом это опять же было не трудно.

— Грызлик, полагаю?

— Грызлик Златозуб, старший менеджер по работе с проблемной задолженностью, — он слегка поклонился. — К вашим услугам. Хотя, учитывая обстоятельства, скорее вы — к нашим.

Он достал из внутреннего кармана свёрнутый документ. Развернул с театральным жестом.

— Пункт сорок пять-Б ипотечного договора, — прочитал он. — «Утрата доверия». Цитирую: «В случае если Заёмщик неоднократно нарушает график платежей, уклоняется от контакта с представителями Банка и/или демонстрирует намерение избежать исполнения обязательств, Банк оставляет за собой право расторгнуть договор в одностороннем порядке с немедленным изъятием залогового имущества».

Он свернул документ. Убрал обратно.

— Мы расторгаем контракт, сударь Маркус. У вас час на сборы.

Сделав короткую театральную паузу, Грызлик кивнул в сторону орков:

— Парни помогут вынести ценности. Они очень… — он улыбнулся, обнажив мелкие острые зубы, — … эффективные.

Один из орков хрустнул костяшками пальцев. Другой поправил галстук — жест, который должен был выглядеть деловым, но смотрелся угрожающе.

Я молча открыл калитку. Грызлик шагнул вперёд, но я преградил ему путь. Встал в проёме, опершись плечом о косяк.

— Не торопись, Грызлик.

— Сударь Маркус, решение принято. Бумаги подписаны. Юридически…

— Юридически, — перебил я, — у меня есть час. Ты сам сказал. Шестьдесят минут. Пять из них я потрачу на разговор с тобой.

Гоблин прищурился. Монокль блеснул.

— О чём нам разговаривать?

— О том, почему я не платил.

— Меня не интересуют ваши оправдания.

— А зря. Потому что это касается сохранности активов банка.

Грызлик замер. Монокль чуть дрогнул. Единственный признак того, что я попал в цель.

— Активов банка? — повторил он осторожно.

— Именно. Видишь ли, Грызлик… в этом доме есть кое-что интересное. Кое-что, о чём банк, возможно, знал. А возможно, предпочёл забыть.

Я отступил на шаг, освобождая проход.

— Пять минут. Ты и я. В подвале. После этого делай что хочешь.

Грызлик колебался. Я видел, как в его глазах борются жадность и осторожность.

Жадность победила. Она всегда побеждает у гоблинов.

— Хорошо, — он шагнул во двор. — Пять минут.

Я повернулся к оркам.

— А вы стойте здесь.

Главный, который ломал костяшки, нахмурился.

— Босс Грызлик не ходит один…

— Босс Грызлик сам принимает решения, — оборвал гоблин. — Ждите у машины. И не топчите… — он оглядел запущенный сад, — … что бы тут ни росло.

— Розы, — подсказал я. — Теоретически. И не дышите на них. Они и так вялые.

— Кхм… да. Розы, — буркнул Грызлик. — Короче, чтобы не как в прошлый раз! Мне надоело писать за вас объяснительные!

Орки переглянулись и пожали плечами. Один достал связь-кристалл и начал листать что-то на экране. Второй затянулся сигарой. Третий зевнул. Четвертый присел на корточки и принялся изучать муравья, ползущего по дорожке.

Профессионалы на перекуре.

Я повёл Грызлика к дому. Лира встретила нас в прихожей. Бледная, трясущаяся, с выражением человека, наблюдающего собственную казнь.

— Маркус… — прошептала она. — Что ты…

— Всё под контролем, дорогая. Мы с господином Златозубом просто побеседуем. В подвале.

Грызлик окинул её оценивающим взглядом. Я отчётливо видел, как он мысленно каталогизирует её украшения, одежду и причёску. Прикидывает стоимость.

— Госпожа ван Клеф, — он коротко кивнул. — Сочувствую вашему… затруднительному положению. Но что поделать, я и сам человек… гоблин подневольный.