Кирилл Теслёнок – Мастер Марионеток строит Империю. Том 4 (страница 2)

Я мгновенно, со скоростью мысли втянул Нить обратно. На лице изобразил самую невинную и деревянную улыбку из своего арсенала.

— Жмет? — без тени иронии спросил Малакай, проверяя надежность фиксатора.

— Немного давит на эго, — буркнул я, поправляя воротник. — И цвет не подходит к моим глазам.

Ощущения были паршивые, словно меня с головой окунули в густой кисель. Мои сенсоры, привыкшие сканировать мир в высочайшем разрешении, вдруг ослепли и оглохли, выдавая мутную, зернистую картинку. Связь с эфиром стала вязкой и тягучей, как застывающий на морозе мед.

Хаос внутри недовольно заворчал, загнанный глубоко под оболочку. Витальность перестала приятно покалывать кончики пальцев. Логика выдала короткое сообщение «404».

Это было унизительно. Чувствовать себя не вершиной техномагической мысли, а просто говорящей табуреткой с претензией на интеллект.

…Мимо нас пробегали клерки с папками. Двое тащили на носилках нечто бесформенное, укрытое простыней. Оно отчаянно пыталось кусаться прямо сквозь ткань. Изредка один из носильщиков бил его палкой, приговаривая: «Тихо, Пушистик. Хватит жрать персонал».

Получив по башке, Нечто на какое-то время успокаивалось. Но потом опять начинало рычать и буйствовать.

Кто-то орал за дверью: «Где мой отчет по секте „Свидетели Ухлутк“? Срок сдачи был вчера, идиоты! Если Древний проснется раньше, чем мы сдадим квартальный, я вас всех премии лишу!»

— Добро пожаловать в Отдел Расследований, — буркнул Малакай, подталкивая меня в спину. — Или просто Офис. Не отставай.

Малакаю кланялись с уважением и трепетом. От его подопечных шарахались, как от чумных крыс. Вокруг нас образовалась зона отчуждения метров в пять.

— А где дыба, испанский сапог или хотя бы железная дева? — уточнил я, оглядывая унылый коридор с мигающей лампой. — Я рассчитывал на классический сервис, а не на очередь в паспортный стол.

— Если очень нужно — могу устроить, — ответил Малакай, не сбавляя шага.

Это вроде бы была шутка… или нет. Улыбки на лице инквизитора не было, а глаза оставались холодными. Прямо как лед в крио-трусах Киры.

— У нас есть вещи пострашнее дыбы! — затараторила Кира. — Например, объяснительная на триста страниц о нецелевом расходовании святой воды! Ломает волю быстрее любого палача, честно-честно!

Мы прошли через турникеты, где Святая Агата приложила свой пропуск, и поднялись по обшарпанной лестнице на третий этаж. Коридоры были завалены коробками с конфискатом. На одной из них чья-то заботливая рука написала маркером: «Проклятые куклы вуду. Осторожно, матерятся и плюются».

Малакай открыл дверь с табличкой «Спецотдел Омега» и впустил меня внутрь.

Кабинет был под стать хозяину. Аскетичный, заваленный горами бумаг, с одной единственной лампой, сиротливо свисающей с потолка.

В углу стоял массивный сейф. На его боку кто-то нацарапал гвоздем: «Здесь еды нет, Титус, хватит грызть металл».

— Садись, — Инквизитор указал на стул, предусмотрительно привинченный к полу.

Я неторопливо сел, закинув ногу на ногу и сохраняя достоинство, подобающее аристократу (пусть и деревянному). Агата встала у стены, скрестив руки на груди, как строгая надзирательница.

Троица «монстров» расположилась вокруг меня и Малакая, создавая классическую давящую атмосферу. Но делали они это весьма своеобразно.

Титус навис сбоку от меня. Его живот издал звук, похожий на песню умирающего кита. Он смотрел на мою голову так, словно прикидывал, сколько в ней калорий.

Лилит забилась в самый темный угол за спиной шефа. Оттуда доносилось ритмичное чавканье и шепот: «Не чавкай, Зубастик, мы на работе, тут приличные люди».

Кира встала прямо за моим стулом. Я чувствовал шейными рунами сенсорики жар, исходящий от нее. Она вибрировала так сильно, что у меня начали стучать зубы.

— Если он соврет, можно я его подпалю? — с надеждой спросила она у Малакая. — Ну совсем чуть-чуть? Чисто брови опалить?

— Нет, — отрезал Инквизитор.

Он опустился за свой заваленный папками стол. Сплел длинные пальцы в замок и уставился на меня своими водянистыми, немигающими глазами.

— Итак, Маркус Ван Клеф, или как тебя там на самом деле зовут. Давай пропустим утомительную прелюдию с угрозами, пытками и криками. У меня мигрень, а у тебя, я полагаю, плотный график. Перейдем к делу. Я знаю, что ты взломал Арку.

— Это весьма серьезное обвинение, — ответил я задумчиво, глядя ему прямо в глаза. — У вас есть доказательства? Артефакт показал мою чистоту, а техника, знаете ли, иногда ломается или устаревает.

— Арка не ломается, — внезапно подала голос Агата. Я чувствовал ее взгляд прямо сквозь повязку. — Ты просто исчез для нее, ты обманул магию. Я чувствую твою ложь прямо сейчас.

— Это техническая правда, — парировал я, не моргнув и глазом. — Я сказал, что техника ломается, и это неоспоримый факт.

— Ты издеваешься? — прорычал Титус через намордник, и звук получился глухим, влажным и угрожающим. — Господин, можно я…

— Тихо, — поднял руку Малакай, останавливая своего подопечного. — Ван Клеф. Расслабься. Никто тебя на костер не потащит.

Ага. Так я вам и поверил.

— Ты мне интересен не как еретик, которого надо сжечь ради отчетности. Ты мне интересен скорее как… аномалия.

Они жгут еретиков ради отчетности? Эта современная инквизиция пугает меня все сильнее.

Малакай приблизился ко мне, замерев в паре шагов. Его холодные глаза буравили меня, словно хотели проткнуть насквозь.

— Я уже давненько за тобой наблюдаю. Я знаю, о тебе почти все. Например, все подробности твоей битвы с Лордом-Дознавателем Очищение.

— То есть вы в курсе, что Лорд-Дознаватель был Тварью Бездны? — я приподнял бровь. — Инквизиция только сейчас об этом узнала? Или знала и раньше, но молчала?

— Ах ты… — Титус дернулся ко мне, лязгнув кандалами. Но замер, не успев сделать и шага.

Агата даже не подняла руки. Она просто резко повернула голову в его сторону. Руны на ее повязке на мгновение вспыхнули холодным, колючим серебром.

Гиганта словно придавило к полу невидимой бетонной плитой. Он сдавленно хрюкнул и осел.

— Фу, Глот. Место, — ее голос был тихим, но хлестким, как удар плетью. — У тебя уровень агрессии скачет вместе с кислотностью. Из-за тебя Титус сейчас не защитник веры, а просто голодный желудок на ножках. Не позорь отдел.

— Но он дерзит! — обиженно прогудел здоровяк сквозь решетку, пытаясь выпрямиться под гнетом ее воли. — И пахнет… провокацией.

— Он пахнет проблемами, которые решать не тебе, — отрезала Агата. — Пшел вон. Идите с Титусом на кухню, найдите отца-эконома. Скажи, я разрешила выдать двойную порцию каши с салом. И погрызи что-нибудь железное по дороге, успокой нервы. Твое урчание мешает мне слышать его ложь.

Здоровяк тяжело вздохнул, признавая поражение, и поднялся, волоча кандалы.

— Эконом опять будет святым кругом меня осенять и плакать… — пробурчал он, направляясь к двери. — «Каша, каша»… Я мяса хочу. Хоть бы мышь завалящая пробежала. Никакой жизни в этом офисе…

Дверь за ним захлопнулась, и в кабинете стало ощутимо просторнее.

— Касательно твоего вопроса, Маркус, — сухо произнес Малакай. — Я не уполномочен обсуждать с тобой Лорда-Дознавателя Очищения. Мне куда интереснее, как ты запитал свою мастерскую энергией чистого Хаоса. Каким образом ты заставил Осколок Логики служить тебе? И главное — что ты такое? Ты же ведь не Маркус ван Клеф. Верно, Забытый?

Черт… А он знает больше, чем я мог бы предположить.

Я молчал, просчитывая варианты. Говорить правду было бы самоубийством, лгать — бесполезно при Агате. Оставалось только молчать и тянуть время.

Малакай тяжело вздохнул и потянулся к ящику стола. Наверное, за пыточными инструментами или очередной порцией своего жуткого пойла.

В этот момент взвыла сирена.

Звук был такой силы, что у меня завибрировали зубы. Красная лампа над дверью начала бешено вращаться, заливая кабинет зловещим кровавым светом. В дверь вломился запыхавшийся клерк с перекошенным лицом.

— Лорд Вир! Прорыв четвертого уровня в Диком Лесу! Культ «Кровавой Луны» призывает Аватара! Лес взбесился! Периметр прорван, рыцари Равновесия не справляются, троих уже сожрали заживо!

Малакай выругался грязно, витиевато и очень профессионально. По-инквизиторски, я бы сказал.

— Проклятье, почему именно сегодня?

Он метнулся к двери, но замер на пороге. Обернулся, посмотрел на меня, потом на свою свиту.

— Агата и все остальные… Остаетесь здесь. Следите, чтобы Титус его не сожрал.

— Но, шеф! Шеф-шеф-шеф! — взвыла Кира, подпрыгивая на месте от возбуждения. — Я хочу жечь! Там же культисты! Можно я их поджарю? Ну пожалуйста, ну хоть одного малюсенького культистёночка! Одну культяпочку!

— Нет! — рявкнул Малакай. — В прошлый раз ты сожгла культистов вместе с портовым складом и колонией редких чаек! Ты остаешься здесь и охраняешь его.

Он ткнул пальцем в мою сторону.

— Агата, ты за старшую, головой отвечаешь за порядок. Титусу передайте не жрать мебель и заключенного. Лилит, держи своих тварей в себе, у нас только что был ремонт. Кира… просто не дыши, сядь в угол и считай до миллиона.

— А если он попробует сбежать? — раздался из-за двери голос Титуса.