Кирилл Смородин – Исполнитель (страница 30)
«Отомстить… – эхом отдалось в мозгу Матвея. – Значит, убить…»
– Увы, – ведьма виновато развела руками, явно забавляясь. – Ты неглуп, но все равно не сможешь представить масштабы и серьезность всего, с чем мне приходится иметь дело. Здесь в отношении врагов нельзя обойтись полумерами.
Пока ведьма говорила, открылось еще два портала, выпуская горгулий. Те, по примеру предшественницы, передали добычу низкорослым мертвецам и вновь отбыли в то место, из которого Матвею чудом удалось спастись.
– Ты наверняка заметил круглые башни без окон и дверей, пока гулял по Аерариуму – так называется этот город… – продолжала ведьма. – Именно их сейчас и потрошат мои любимцы. Ты открыл им дорогу к хранилищам, лишив Аерариум самого главного защитного слоя. Через него почти невозможно прорваться. Но когда одно невероятно усталое и измученное создание лишилось крыльев, – она многозначительно посмотрела на Климова, – охранные чары рассеялись. А тот, кто против собственной воли был их источником, обрел долгожданный покой. Это существо использовали много десятилетий, оно тратило и тратило свои силы. Под конец оно лишилось рассудка, потому и просило тебя повернуть назад, потому как непрекращающееся мучение стало смыслом его жизни. Сегодня твои действия стали причиной многих смертей. Но одна была избавлением.
Матвей молча отвернулся. Ему было мерзко слушать эти красивые речевые обороты, служившие оберткой для лжи.
– А ты остаешься верен себе, – продолжала ведьма, неожиданно зло. – И это внушало бы уважение, если бы твоя верность не имела столько общего с глупостью. Однако… Признаюсь, ты меня разочаровал и даже разозлил. В «Брокен Ворлд» тебе удалось сработать идеально – ровно до самого последнего момента. Если бы ты, приняв меч, просто нырнул в портал, то вышел бы из игры стопроцентным победителем.
– Я открыл своему другу правду! – выкрикнул Матвей, глядя на сугробы и сжимая кулаки. Ненависть к ведьме, подогретая страхами, которые он унес из города магов, усилилась во сто крат. – Я не трус!
– Ты не трус. Ты дурак, – ответ был очень тихим. – И открыл ты не правду, а свои домыслы. Как бы там ни было, ты меня разозлил. А злить ведьму – опасное занятие, которое не остается без последствий. Сейчас отправляйся к себе, но не надейся увидеть Алену. У твоей любимой есть более важные занятия, чем утешать глупцов.
Окинув ведьму яростным взглядом, Матвей взбежал на крыльцо и скрылся в темном нутре заброшенной двухэтажки. Напоминание о Егоре причинило новую боль.
«У него тоже обрублены крылья, – глаза жгло от слез, ноги с тихим стуком считали ступени. – Как у того существа…»
Безумно хотелось увидеть Алену, и мысль, что ни Матвей, ни его девушка не были вольны распоряжаться собой, терзала сердце зубьями ржавой пилы.
Интерлюдия - 3
Квест третий: Оцифрованные - 1
Ранняя весна принесла в небольшой промышленный город серость, сырость и слякоть. В одном из спальных районов, под навесом остановочного комплекса, основательно обклеенного объявлениями и исписанного маркерами и краской, дрожал от холода лохматый дворовый пес средних размеров. Рядом развалился на лавке бомж в вонючем засаленном пуховике и разных ботинках. Обветренная физиономия, левая часть которой представляла собой один сплошной синяк с кровавыми корками, заросла бородой. Из-под рваной вязаной шапки торчали темные лохмы. Не подбитый глаз был закрыт, но Матвей Климов лишь притворялся спящим.
Он ждал сигнала от Мирона.
Редкие прохожие, особенно те, кто пришел на остановку ждать свою «маршрутку», косились на бездомного с явным неодобрением. Группа подростков сочла невероятно остроумным кинуть под лавку петарду. Матвей, почуяв кислый запах пороха, понял, в чем дело, и лишь вздрогнул, когда раздался хлопок и загоготала убегающая шпана. А вот перевертыш как следует набрехался.
Минуты текли одна за другой, Климов начинал замерзать.
«Скорее бы уже», – подумал он, ежась и чувствуя спрятанный за пазухой баллон – раньше в нем была коричневая краска, а сейчас очередное ведьмино снадобье.
Наконец, спустя примерно полчаса, Матвей услышал собачий рык. Открыв глаз, он увидел, что Мирон медленно приближается к невысокому рыжеволосому парню в сером пальто и очках с небольшими квадратными линзами. Он скалился, спрятав хвост меж задних лап, и чуть заметно дрожал, готовый напасть.
«Пора…» – одним движением Матвей поднялся с лавки, попутно выхватывая баллон.
На то, чтобы сделать пять шагов, направить баллон на недоумевающего парня и нажать на распылитель, понадобились считанные мгновения. Когда все было сделано, Климов развернулся, не обращая внимания на удивленные возгласы жертвы и ругань пары свидетелей столь странной сцены, и вместе с Мироном помчался в кварталы. Вдвоем они пробежали несколько дворов и выбрались к трамвайной остановке.
Кондукторша, дико накрашенная тетка борцовских габаритов, была явно не в восторге от парочки бродяг, но выгонять Матвея и его питомца не стала. Лишь взяла деньги, всучила билет и больше не обращала на бездомного внимания все полчаса, что он провел в вагоне.
Вернувшись в приют, Климов вслед за Мироном, который вновь принял облик уродливого карлика, поднялся в покои ведьмы.
– Почему бы мне не оставить тебя в таком виде и не показать Алене? – прищурилась та, гадко улыбаясь, когда Матвей рассказал, что задание выполнено. – Заодно проверим, крепки ли ее чувства. Вдруг она любит только высоких и крепких парней, которые, к тому же, известны и далеко не бедны?..
– Я сделал все, что требовалось… – тихо рыча, повторил Климов и сжал кулаки.
– Да-да, конечно. Не переживай, я просто пошутила.
Ведьма провела ладонью над головой Матвея, произнесла длинную скороговорку заклинания на неизвестном языке. Глаза ее сверкнули красным, и Климов ощутил, как от макушки до пяток прокатилась волна тепла.
– Пожалуйста. Теперь ты вновь вполне симпатичный молодой человек.
Матвей оглядел сначала руки – вдруг те все еще грязные и задубелые, с желтыми ногтями? Затем, убедившись, что это не так, ощупал лицо. Никакого чудовищного синяка и коросты, хотя борода с усами были: все же последний раз он брился еще до «Киберполигона»…
– Опять твое неверие… – хмурясь, ведьма покачала головой. Развернулась и дохромала до дивана. Матвей уставился на вирт-капсулу, соединенную с «открывающим пространство» – многоротой тварью, увеличенную копию которой он сразил в Мираклинне, казалось, многие годы назад. – Вижу, ты загрустил. Впрочем, для пленника это вполне естественное душевное состояние. Однако сейчас ты удивишься. А еще, надеюсь, тебе станет хотя бы немного стыдно. Пойдем…
Она встала и начала подниматься по винтовой лестнице. Растерянный Климов пока не двигался с места.
– Идем же, не бойся, – позвала ведьма, преодолев полвитка.
«Все равно другого выхода нет», – Матвей дернул плечом и последовал за ней.
Лестница привела в узкий коридор длиной не меньше полусотни метров, обрывающийся заслоном из клубящегося красного тумана. Темно-серый мрамор пола отражал огни круглых светильников, что висели на стене по левую руку. По правую – тянулась вереница дверей без ручек. На каждой горел зеленым символ, везде разный.