Кирилл Смородин – Исполнитель (страница 29)
Вверху зарокотало. Земля под ногами вздрогнула, заставив покачнуться. Климов посмотрел на небо и ахнул – матовое полотно розового цвета покрывалось трещинами и кое-где уже осыпалось, уступая место черноте.
Краем глаза он заметил, как трехлапый проводник устремился прочь из парка, и, выронив меч, кинулся следом. Матвей понимал: случилось что-то непоправимое, а потому пора удирать. Чем быстрее, тем лучше…
Добежав до выхода из парка, он еще раз посмотрел на небо. Розовый купол продолжал разваливаться, осколки падали на землю, крошась по пути.
А еще вниз стремилось три-четыре десятка крылатых силуэтов…
«Как не вовремя…» – Климов скрипнул зубами, когда ощутил жар и ломоту.
Он свернул с дорожки, укрылся под ближайшим кленом – тот терял огненный наряд, лист за листом. Укололся, перетерпел и бросился за успевшим отдалиться существом, что служило ему компасом и было единственным шансом на возвращение домой.
Жители города уже знали о беде и готовились встретить летающего врага. Матвей пробежал мимо мужчины и женщины, перед которыми приземлилась крылатая тварь – огромная горгулья с закрепленным на груди подобием сейфа. Времени смотреть на битву не было. Климов несся вперед, подгоняемый ревом монстра и странным свистом, словно кто-то запускал фейерверки. Последнее, что он услышал перед тем, как свернуть в узкий переулок – полный страха и боли вопль.
Пробегая мимо одной из цилиндрических башен, так бросавшихся в глаза по пути к статуе, он обнаружил, что стены пробиты. Изнутри доносились рычание, грохот, звон стекла. К разрушенному строению спешили четверо людей. Матвей заметил, что ладони бежавшего впереди старика с пышными бакенбардами и повязкой на глазу были окутаны красным сиянием.
«Это маг, – понял он. – И остальные, вероятно, тоже».
Теперь становилось понятно, почему ведьма считала невидимость столь необходимой…
Гонка продолжалась. Черепа торопливо перебирали лапами. Климову приходилось прикладывать все усилия, чтобы не отстать. Он старался не замечать пикирующих тварей, криков, рева, звона разбивающихся окон. Внушал себе, что запах дыма и дрожь земли, усиливающаяся с каждой минутой, – всего лишь иллюзия. Как и завалившаяся набок карета… Как и мертвое тело возле стены, терзаемое когтями летающего чудовища… Как и женщина, которую теснили в угол сразу две горгульи…
Происходи все в игре, Матвей на свой страх и риск остановился бы помочь. Но осознание того, что вокруг реальность, обострило инстинкт самосохранения настолько, что Климов был способен только бежать.
Небо стало полностью черным, на улицах заметно потемнело. Матвей пробежал большую часть обратного пути, когда почувствовал, что пришла пора для новой дозы зелья. Миновав очередную цилиндрическую башню, от которой осталось лишь основание, он забежал за угол дома, присел под окном и достал шприц.
Взрыв – громкий и неожиданный – выбил стекло, опалил макушку огненным жаром. Вскрикнув, Климов потерял равновесие, упал. Пальцы, сжимавшие колбу с зельем, непроизвольно сомкнулись. Тут же их рвануло болью от вонзившихся осколков.
«Только не это…» – в доме, в двух шагах, полыхал пожар, но Матвей лишь растерянно смотрел на руку, залитую кровью и зеленой дрянью, шипящей и жгущей кожу.
Бежать… Это был единственный способ спастись. Климов не знал, кого ведьма считала для него более опасным – жителей или крылатых чудищ. Но сейчас и те, и другие заняты. А потому – шанс есть…
Жар и ломота усиливались. Не обращая на них внимания, Матвей поднялся. Выбрался на улицу и побежал – вжав голову в плечи, готовый к нападению каждую секунду.
И желающие расправиться с ним не заставили себя долго ждать. Дорогу перегородил мужчина с окровавленным лицом, в порванном сюртуке и покрытых сажей брюках. Пару мгновений он удивленно рассматривал Матвея. Потом прокричал что-то яростное на незнакомом языке. А когда выставил вперед ладонь, охваченную синим пламенем, Климов понял, что дело плохо…
Ближайшим укрытием был труп горгульи. Матвей метнулся в сторону и распластался по мостовой, спрятавшись за крылатой тушей – размерами та не уступала медведю.
Мертвый монстр выдержал магическую атаку. Лишь вздрогнул и чуть отъехал назад. Разозленный неудачей чародей выругался. Обежал труп и навис над Матвеем. Испачканное кровью лицо с яростными глазами напоминало жуткую маску.
«Вот и все…» – Климова словно парализовало.
Он смотрел на своего будущего палача и чувствовал: через секунду-другую произойдет непоправимое. Просить о пощаде было бессмысленно. То, что сделал Матвей, пусть и по незнанию, привело к катастрофе, и казнь – справедливая кара. Он ни на секунду не сомневался, что жители города знают, кто виноват в случившемся, поскольку чувствовал: он здесь чужой на все сто процентов…
Крылатая тень упала сверху. Магу не хватило доли секунды, чтобы завершить задуманное. Горгулья подхватила его, подняла на полсотни метров. А затем швырнула, словно надоевшую куклу.
Матвей избавился от оцепенения, лишь когда несчастный ударился о мостовую и перевернулся. Горгулья, тем временем, исчезла за крышами.
«Бегом!» – рявкнул он сам на себя и понесся за проводником, едва видимым впереди.
Он бежал, словно под обстрелом. Каждую секунду ожидал адской боли от попавшего в него заклинания… Или железной хватки когтей очередной горгульи… Или взрыва, который собьет с ног…
Однако все стычки людей и монстров происходили в стороне. Лохматые черепушки опять вели Климова закоулками, очень умело – и совершенно безошибочно. Страшно было подумать, что бы случилось, если бы провожатый исчез, показав путь лишь до ротонды.
«Я бы здесь и пяти минут не протянул», – Матвей сглотнул, но тут же облегченно выдохнул, обнаружив, что вернулся в тот самый тупик, в котором все началось.
Сейчас между стенами домов клубилась знакомая чернота портала. В груди все еще жгло пламенем адреналина, и потому Климов, хоть и знал, что будет больно, без лишних мыслей кинулся прочь из города, который погубил…
Квест второй: Обрубленные крылья - 10
– Ну, ты очухался, наконец?.. – злобно пробурчал Мирон, глядя на Климова, сидящего на бетонном коробе возле канализационного люка и пытающегося отдышаться.
– Пошел ты, – огрызнулся тот, удивившись сам себе: обычно Климов испытывал к карлику отвращение и страх, но сейчас уродец вызывал лишь раздражение.
Возможно, это из-за ужаса произошедшего. Матвей прекрасно понимал, что сделал – пусть и не по своей воле. Где-то очень далеко – а, возможно, и невероятно близко – сейчас умирали люди. Жители очень красивого города, о котором Климов не знал совершенно ничего, даже названия. Страх за собственную жизнь постепенно отступал перед тяжелейшим чувством вины, и это была очень мучительная перемена.
– Ты сейчас сам у меня в такое место пойдешь, скот… – тихо и грозно прорычал Мирон. – Не забывай, ты всего лишь шавка.
«Шавка – это ты», – мысленно ответил Матвей, помня о втором облике перевертыша.
Меньше всего ему сейчас хотелось находиться рядом с уродцем. Душа стремилась к единственному человеку, который бы понял все, что Климов чувствовал после пережитого, – к Алене. Возможно, ведьма, довольная его успехом, позволит увидеться с девушкой…
Соскочив с короба, Матвей, не дожидаясь, пока Мирон превратится в пса, направился к выходу из парка.
Дорога к заброшенному детдому не заняла много времени. Однако, добравшись, Матвей понял, что встречу с Аленой придется, по меньшей мере, отложить. На площадке перед приютом кипела работа.
Ведьма, кутаясь в бурую шубу, стояла возле крыльца в обществе десятка гномов-зомби и глядела на закатное небо с серыми мазками облаков. Неподалеку двое в черных кожаных плащах, цилиндрах и масках, напоминающих морды скалящихся демонов, пытались остановить кровотечение у горгульи, водя над развороченным плечом ладонями и скороговоркой произнося заклинания на неизвестном языке. Крылатая тварь хрипела, из зубастой пасти капала слюна и вылетали облака пара. Верхние конечности вздрагивали, словно их сводило судорогой. Покрытый пятнами темно-зеленой крови сейф валялся на боку чуть в стороне.
Неожиданно в воздухе расползлось черное пятно портала, откуда спустя пару мгновений вылетела еще одна горгулья. Описав круг, она приземлилась возле крыльца, открыла дверцу сейфа и села на собственный хвост, свернутый толстым кольцом.
Гномы тут же заковыляли к прибывшей, выстроились в очередь, и каждый достал что-то из металлического нутра и понес внутрь детдома.
– Это то, что ты обычно называешь добыванием лута, – сказала ведьма, по-прежнему глядя вверх. – Сегодня, благодаря тебе, я, можно сказать, добралась до золотой жилы. Ценнейшие эликсиры, зелья, порошки, артефакты… Несмотря на то, что ты заставил меня поволноваться… – она помедлила и посмотрела на Матвея, явно намекая на раздавленный шприц, – я очень довольна.
Матвей молчал. Он хотел или увидеть Алену, или не видеть вообще никого.
– То место, которое ты так успешно уничтожил, – ведьма прекрасно понимала, что он сейчас чувствовал, а потому решила растревожить рану еще больше, – являлось одним из самых крупных хранилищ-лабораторий в десяти ближайших к нам измерениях. Его обитатели – маги, живущие и работающие там. У меня давние счеты с большинством из них, и, не без твоей помощи, я, наконец, сумела отомстить.