Кирилл Шарапов – Брошенная колония – 3. Ветер гонит пепел (страница 15)
– Давай к делу, – приказал Игнат.
Прошло минут пять, лицо замершего сановника несколько раз меняло цвет – то красное, то синее. Демидов же не чувствовал никакого дискомфорта: раньше держать приоткрытым кокон было проблемой, а теперь он даже забыл, что тот есть, джинн стал полностью самостоятельной личностью – да, привязанной к своей темнице, но за рамки он не выходил.
– Надо бы тебе кокон укрепить. Как возможность появится, хоть немного, – заметила Кира, – много воли твой попутчик забрал.
– Потом, – отмахнулся Игнат.
Именно в этот момент Фарат выбрался наружу и, послав Кире воздушный поцелуй, растаял в воздухе.
«Ну, показывай».
…Секретарь в каком-то подземелье, настоящее, с каменными стенами из крупных булыжников, под потолком тускло горят магические лампы, в камере на дыбе висит человек. Игнат знает его: это торговец из деревни, в которой они находятся, егерь жил у него неделю, и тот выступал заказчиком на нелюдь. Его тело изранено, пальцы расплющены, он уже не орет, а хрипит.
– Нежить в Озерном всех убила! Нежить! Нежить! Я правду говорю, вернулся, а там все мертвые, и голос в голове, голос-с-с-с…
Секретарь развернулся и уставился на палача.
– Выпытай все, что касается нежити, что за голос. Я хочу знать, что там завелось.
Палач с почтением кивнул, и секретарь покинул камеру…
Новая сцена.
…– Князь стар и немощен, – заявил мужчина лет сорока пяти. – Мой дед впал в маразм, одна война с Орежем чего стоит, мы ее не потянем, слишком силен противник, и слишком неудобно мы расположены по отношению к его союзнику, если Дарское княжество не забудет клятвы и ударит, мы не сможем его сдержать. Деду пора на покой…
Новая сцена.
…– Ты раздобудешь мне эту нежить, – приказал наследник княжеского престола, глядя прямо на секретаря. – Дед выжил из ума, окружил себя наемниками, он никого не слушает, все мысли о подготовке к войне, уже подняты дворянские дружины, со дня на день он начнет войну.
– Ваше высочество, но что мы можем сделать? – с почтением, но без раболепства поинтересовался Трегубов.
– Ты много лет был для меня наставником, Павел, – тихо произнес княжич. – Эта нежить очень могущественна, она может создавать идеальных рабов, живучих и отлично владеющих навыками, полученными при жизни. Некроманты веками пытались создать подобного слугу, а нежить делает это играючи, вернее не эту, а ту, которую она создаст из магички. Сейчас мы на грани войны, и не только Полесское с Орежским княжеством, но возможно нас ждет нечто более масштабное: все соседи Белогорска готовы обрушить на него полки – не сегодня, так завтра, – слишком богаты, слишком часто суют они свой нос куда не надо, диктуя всем свою волю.
– Княже, но союз с нежитью? – возразил секретарь, в его голосе было огромное сомнение. – От нас ведь все отвернутся. Да все соседи двинут полки против нас, как только пройдет слух, что мы пошли на такое.
– Не надо думать обо мне так плохо, – улыбнулся мужчина. – Ты, Павел Иванович, знаешь меня сорок лет, я никогда не совершал необдуманных поступков. Нежить останется нежитью, просто будет следовать нашим приказам, – я знаю, можно с ней договориться, мы будем возить ее по землям соседей, а что они там будут творить после этого, меня мало волнует. Пора Полесскому княжеству занять более значимое место среди остальных. И начнем мы с ослабленных войной орежцев. А теперь иди, я приставил к тебе специального человека, он знает, как поймать тварь…
– Давай следующую сцену, – приказал Игнат.
…Лесная дорога, в мобиле четверо, дружинник за рулем, магичка, которая сейчас лежит без головы, секретарь и человек в черном длинном кожаном плаще с капюшоном, надвинутым на глаза.
– Слушайте внимательно, – произнес он, – у нас есть несколько часов, пока тьма не пробудит кукловода. Вы едете прямо к поселку, я же пойду туда один другой дорогой через лес, напрямик. В развалины не заходите, я все обследую, намечу план, и тогда уже будем действовать. Вам все ясно?
Все согласно закивали – похоже, незнакомец в черном пользовался непререкаемым авторитетом, от него веяло уверенностью и силой. Внедорожник остановился, и гость, распахнув дверь, выпрыгнул наружу, а караван из трех мобилей поехал дальше…
«На этом все, – сообщил Фарат. – Будь осторожен с этим черным, он опасен».
– Кира, внимание, тут есть еще один, скорее всего, наемник, одет в черный кожаный плащ, отделился от них заранее – похоже, мой спутник его видеть не может. Судя по увиденному, он тут самый главный, его авторитет абсолютен даже для этой падали. – Демидов несильно пнул носком сапога в брюхо валяющегося у его ног секретаря.
– Зря вы сюда приперлись, – произнесла Кира, – и войну зря устроили, мы кукловода сегодня ночью упокоили, и, честно говоря, сомневаюсь, что вам по силам было убить эту тварь.
– Нет, милая, ты не понимаешь, они не хотели ее уничтожать, они хотели захватить нежить живьем, им нужно было, чтобы кукловад создал спутницу.
Кира удивленно уставилась на Игната.
– Ты шутишь?
Егерь покачал головой.
– Цель – создать спутницу, держать ее под контролем и возить по землям соседей, создавая хаос. Как будто княжествам и без этого проблем мало. Эй, недоумки, вы хоть в курсе, что вчера ночью одержимые разрушили Златоград? Вольного города магичек больше нет.
Магички, сидящие на земле, вскинулись и уставились на Игната, в глазах столько недоверия, что ему стало их жалко.
– Да брешете, – буркнул один из дружинников – судя по погонам, он был тут старшим и носил звание сержанта, вполне достаточно для командования таким небольшим отрядом.
– А смысл мне врать? – спросил его Игнат. – Я тебе даже больше скажу: вчера одержимые и нелюдь атаковали столицу ваших соседей – Югорск. Не знаю, чем дело кончилось, но, скорее всего, город захвачен. Мы сумели вырваться оттуда в последний момент. А теперь отвечайте: кто из вас правду знал, зачем вы сюда приехали? Или всех прогнать через моего духа? Но учтите, он вас наизнанку вывернет. Ну?
– Я знал, – решительно поднял руку сержант. – Так пристрели, не надо твоего мозголома.
Магички секунду колебались, затем тоже подняли руки.
– Мы знали, что нужно тварь захватить. Это все. Мы не знали, зачем она нужна.
Сержант согласно кивнул.
– Логично, – заметила Кира, – зачем посвящать мясо в детали? Что за магичка у вас с подавителями?
Сержант упрямо смотрел в землю.
– Мне выпустить джинна? – спросил Игнат.
– Не нужно, – покачал тот головой. – Ее добыл этот наемник, слабенькая она, занималась обновлением бытовых заклинаний, шестая ступень.
– Для жертвы нормально, – усмехнулась Кира. – Кто знал про нее?
Вот тут уже все пленные отвели глаза: все они знали про жертву. Игнат зло сплюнул.
– Вот вы твари!
Выстрела Игнат не слышал, зато яркая вспышка пули, сгорающей в щите, поставленном Кирой, показала, что она не зря позаботилась о безопасности. Магичка обернулась и метнула в сторону недалекого леса боевой пульсар, а следом за ним обрушила на опушку ледяной туман. Хотя туман – это слабо сказано: некая пелена на несколько секунд полностью скрыла от Демидова деревья. Все, чего заклинание коснулось, обратилось в лед. Игнат даже засечь стрелка не успел. Несколько деревьев, вырванных с корнем взрывной волной боевого пульсара, с громким треском повалились на землю, взметнулись комья земли. Фарат тоже молчал – похоже, он по-прежнему не видел наемника. Интересный мужик, что же у него за маскировка такая.
«Фарат, обследуй место взрыва визуально», – приказал Игнат.
Кира держала наготове еще одно заклятие, пленники сидели, не шелохнувшись, никто даже не пытался бежать. В принципе, оно и правильно, из настоящих виновных тут только секретарь и наемник, остальные – жертвы, выполняющие приказ.
Через минуту появился первый мыслеобраз от джинна. Да, Басаргина не стала мелочиться – четырехметровая воронка рядом с подрубленным деревом, внутри корка льда от удара ледяным туманом, только лед грязный, бурого цвета, но в нем отчетливо видны пятна крови. Тела Фарат по-прежнему не видел, но противник ранен.
– Кир, я прогуляюсь, смотри за этими. Если что, всех в ноль, не жалей, они тут по уши замарались.
– Будь осторожен, – серьезно ответила магичка, – я не уверена, что смогла его достать.
– Во всяком случае, зацепила: там пятна крови.
Игнат, держа винтовку наизготовку, медленно пошел к месту взрыва, заходя по дуге. Когда он добрался до воронки, прошло минут пять. Да, Фарат не увидел наемника, но Игнат наблюдал его без проблем: тот сидел, прислонившись спиной к стволу поваленного магичкой дерева, на его ногах выше колена были затянуты два самодельных жгута, лицо белое, ни кровинки, он тяжело дышал, но смотрел на приближающегося егеря спокойно.
– А вы крутые, – произнес он, голос был слабым и слегка дрожал. – Как она меня… Не думал, что она вот так сразу боевым пульсаром. Думал, тебя сниму и успею уйти. – Он попытался изобразить улыбку. – Что ты с этим секретарем сделал?
– Да ничего, вытряс все, что касалось захвата нежити. Умный княжич, только тварь редкостная. Но ничего бы у вас не вышло.
– Все бы вышло, – поморщившись, произнес тот, – если бы не вы. Этих в расход бы пустили, кукловода тоже, а спутницу в стакан. Для начала убрали бы старика, дел он много наворотил, а потом гастроли по соседям. Ну да пустое все это. Ты ведь наверняка тварь убьешь и всех сдашь.