реклама
Бургер менюБургер меню

Кирилл Рябов – Дирижабль (страница 39)

18

– Пришли номер Антона.

Зофия отключилась. Но спустя полминуты прислала эсэмэской номер Антона. Фёдор набрал.

– Можешь мне дать тот адрес на Карповке? Или телефон? Как туда попасть?

– Дать могу, – ответил Антон. – Только у них сейчас все забито. В смысле много желающих. Сам собирался.

– Жаль.

– Погоди, я тебе сейчас пришлю контакты. Далеко, правда, ехать. Но там тоже неплохо. Хорошая, душевная девушка живет.

– Давай, – согласился Фёдор.

Антон прислал и зачем-то к номеру телефона добавил эмодзи в виде расколотого сердечка.

30

Молчаливый таксист привез его на окраину города. По дороге Фёдора укачало, развезло, а радио «Эрмитаж», которое предпочитал слушать водитель, убаюкало. Задремав, он увидел зыбкий сон, в котором пытался оторвать лицо со стены. Оно кричало. Потом обернулось лицом Инны. Фёдор упал на колени, заплакал и проснулся от собственного всхлипа. Машина, светя фарами, въезжала во двор панельного дома. Из магнитолы играл тихий джаз. Перед капотом пробежал мальчик с собачкой на руках. Водитель резковато тормознул и тихо проматерился.

– Какой подъезд? – спросил он.

– Дом правильный? – ответил Фёдор.

– Если навигатор не врет.

– Не знаю. Тут выйду.

Он вылез из салона, закурил. Земля под ногами слегка поплыла. Стало тошно и страшно. Фёдор бросил сигарету в куст шиповника и достал смартфон.

– Да, я слушаю, – ответил женский голос.

– Я приехал, – устало сказал Фёдор. – Стою во дворе. Какой подъезд?

– Второй. Квартира семьдесят семь.

Он пересек двор, пару раз споткнулся и чуть не упал. Второй подъезд был в углу дома. Фёдор позвонил в домофон.

– Да, я слушаю, – снова ответил женский голос.

– Впустите меня.

– Девятый этаж.

Лифт не работал. Фёдор поплелся наверх. Заныло вдруг левое колено. Потом заболела левая рука. На четвертом этаже он подумал, что никогда за свои сорок два года не пользовался услугами проституток. Впрочем, и сейчас он не собирался пользоваться услугами в привычном смысле. Ему всегда было важно хоть немного любить. И чтобы его хоть немного любили.

Семьдесят седьмая квартира скрывалась за массивной железной дверью. Фёдору почудилось, что хозяйка смотрит на него в глазок. Смутившись, он потянулся к звонку. И дверь тут же открылась. На пороге стояла невысокая женщина лет тридцати в неглиже, с длинными светлыми волосами. Ей очень шла маленькая родинка с краю подбородка. Фёдор поздоровался. Она кивнула и посторонилась. Он вошел в светлую прихожую, сел на табурет и стащил ботинки. Теперь почудилось, что завоняло от носков. Он снова смутился и поджал ноги.

– Вы на всю ночь? – спросила она.

– Да, – ответил Фёдор.

Кажется, она назвалась Венерой, когда он позвонил.

– Нужно будет оплатить вперед.

– Хорошо, – сказал Фёдор, продолжая сидеть с поджатыми ногами. – Вас Венера зовут?

– Можно и так.

– Переводом получится?

– Еще бы, – ухмыльнулась она. – По тому номеру, по которому звонили.

Фёдор открыл банковское приложение. Увидел, что пришел аванс за сценарий. Хмыкнул.

– Сколько переводить?

– Тридцать, – ответила Венера.

– Тут по номеру какой-то Андрей Ильич.

– Все правильно.

«Отца моего так звали», – вспомнил Фёдор и перевел деньги.

Венера ушла, но вскоре вернулась.

– Все в порядке.

– У тебя есть выпить? – спросил он.

– Есть шампанское и сухое белое вино.

– А водка? Или коньяк? Что-нибудь крепкое.

– Ты сюда пить приехал, что ли?

Фёдор покивал, глядя в пол:

– Да. Выпил бы и уснул. А больше ничего не надо.

– Тебя как зовут?

– Иван, – ответил он первое, что пришло в голову.

– Снял бы гостиницу, Иван, и пил там. Дешевле бы вышло.

– А кто там со мной рядом ляжет?

– И то верно, – сказала Венера. – В душ хочешь сходить?

– Нет.

– Сходи все-таки.

В ванной была оборудована душевая кабина. Фёдор разделся, снял носки, скомкал и, стыдясь, выкинул их в вентиляционную шахту. Из лейки хлынула ледяная вода, потом кипяток. Кряхтя, он долго настраивал нужную температуру, направив струю воды в сливное отверстие. Когда пошла теплая, Фёдор расслабился и вдруг почувствовал себя кристально трезвым. Похмелья не было, проклятая птица спала. Или подохла наконец-то. Отвыкший от этого ощущения, Фёдор испугался и растерялся. В ванную зашла Венера. Он различил ее силуэт сквозь потную стенку кабины и неожиданно возбудился.

– Ты как там? – спросила она. – Я пописать зашла.

Он протер прозрачный пластик. Венера спустила практически несуществующие трусики и села на унитаз.

– За отдельную плату могу на тебя, – сказала она. – Это будет стоить еще полторы. А на меня – три.

– Нет, спасибо.

– Ладно, – пожала она плечами.

Когда Венера смыла воду, на Фёдора хлынул кипяток. Вскрикнув и дернувшись, он чуть не вышиб стенку.

– Ой, прости, – сказала Венера. – Забыла совсем.

Фёдор отодвинул дверцу и высунул голову.

– Принеси шампанского.

– Нетерпеливый какой! Домылся бы хоть.

Но принесла бутылку. Фёдор взял, задвинул дверцу и стал сдирать фольгу с горлышка. Вода из лейки хлестала ему в загривок. Вспомнилось вдруг, как после свадьбы они с женой вышли из ЗАГСа. Внезапно зарядил ливень. И Фёдор, радостно смеясь под дождем, точно так же сдирал с горлышка фольгу.