Кирилл Неумытов – Серый Кардинал (страница 8)

Пока я пытался осознать услышанное, моя рука погрузилась внутрь камня, словно в воду. Кисть провалилась на десяток сантиметров вперёд, и я упёрся ладонью во что-то твёрдое. Несколько секунд я был дезориентирован и не знал что делать, первая мысль — выдернуть руку из жидкого камня.

Однако я помнил слова Гистава Гело. Он говорил про кинжал Сердце Адолии так, будто артефакт хранится здесь. Каким образом я должен получить кинжал — неизвестно, но я уже что-то активировал. Подробных инструкций, к сожалению, никто не дал.

Мою руку стало неприятно жечь, так что, недолго думая, я схватил то, что нащупал, и вытащил на себя.

Это действительно оказался кинжал, находящийся в ножнах. Жёлтое свечение рун погасло, я остался в кромешной темноте с найденным артефактом. Первым делом решил осторожно обнажить клинок, уже представляя особое светящееся лезвие. Реальность оказалась иной — ножны мне попросту не поддались, даже когда я стал тащить рукоятку со всех сил.

Гистав Гело, конечно, сказал, что кинжал будет иметь силу только в руках принца, однако я не ожидал, что даже не смогу достать клинок из ножен. То есть находка, несмотря на всю потенциальную ценность, была для меня совершенно бесполезной прямо сейчас.

Беру свои слова назад, что в безымянной пещере нельзя найти сокровище, но без подвоха не обошлось. Можно сказать, я выиграл в лотерею, правда, забрать приз ещё нужно умудриться.

Где вообще находится эта Адолия? Раб, чьё тело я получил, был из этого королевства, но о них я ничего не знаю. Могу только предположить, что это соседи королевства Туурон, в котором я нахожусь. Я не испытываю чувства долга перед Адолией и её принцем, поэтому даже не факт, что попытаюсь вернуть кинжал.

Сейчас моя главная проблема — это дракон. Есть крайне циничный вариант попробовать выторговать у Гефаля и Троко десяток рабов в обмен на кинжал, но первая проблема — им эта сделка может быть неинтересна, а второе — людоедка вряд ли согласится получить вместо меня десяток рабов. Её взбесит это предложение. Да и с моральной точки зрения мне такой обмен не нравится — ценой моей свободы будет множество чужих жизней.

Правда, опять же, если продолжать рассуждать цинично — не будь меня, дракон всё равно бы жрал рабов, но от этого не особо легче. Я буду знать, что люди погибли конкретно из-за меня.

— Ох, — вздохнул я. — Рассуждать о морали в прошлой жизни было куда легче, чем в этой…

Закрыл глаза, открыл и ничего толком не поменялось — я в кромешной-кромешной тьме. Сижу запертый, на холодном камне, без возможности даже банально встать в полный рост и размять мышцы. От моей одежды и меня самого воняет, что ещё терпимо на открытом воздухе, но не в закрытом пространстве.

Я старался не думать о неприятном запахе, да и обоняние к нему уже притупилось, однако факт оставался фактом — я очень грязный. Без денег, без документов, в плохой одежде, одной ногой в пасти дракона, другой в рабской клетке. Моё положение, мягко говоря, ужасно. О какой, к чёрту, морали тут можно думать?

Либо я пройдусь по чьим-то трупам, либо другие пройдутся по моему. Вот такая суровая реальность. Это не значит, что надо быть полным ублюдком, просто в первую очередь стоит думать о своей собственной жизни. Мне придётся быть циничным и жестоким, чтобы выжить.

Повертев в руках кинжал, сунул его внутрь одежды. В моих лохмотьях не было нормальных карманов, но было что-то вроде складки, где можно хранить вещи. Постараюсь сохранить артефакт в тайне. Обменять кинжал на свою жизнь не выйдет, даже не стоит о нём заикаться при Гефале и Троко.

Хотя… Может, всё же есть какой-то вариант сделки? Допустим, если я выбью для драконихи не рабов, а нечто иное, что ей необходимо. Драконы у Толкина любят золото, может, и здесь так же? Тогда получится обойтись без смертей людей. Хотя это тоже спорно — дракониха же никуда не исчезнет.

Правда, чую, людоедке не нужно золото. Драгоценностей в её пещере нет, если не считать кинжал, но вряд ли дракониха про него знала.

Стоп, а если знала? Тогда она потребует артефакт себе, и ничего для торга у меня не останется. Ещё и могу разозлить садистку тем, что украл её собственность.

Я приложил ладонь к каменной стене. Решил даже не вернуть артефакт, а просто проверить, возможно ли это. Руны больше не загорались. Я держал ладонь ровно в том же месте, но ничего не происходило. Для чистоты эксперимента поводил рукой по стене в разные стороны — тоже никакого эффекта.

По всей видимости, вернуть артефакт обратно в тайник невозможно. На самом деле и не особо хотелось это делать — всё же я склонен думать, что дракониха не знала об артефакте, а значит, её вещи я не крал.

Камень под ногами вдруг завибрировал, и послышался шум. Дракониха вернулась довольно быстро. Впрочем, со способностью летать это неудивительно. Главное, что она вообще вернулась и не оставила меня взаперти.

Вдруг прозвучал громкий яростный рык, а после, камень, что закрывал мою нишу, стал сдвигаться. Чёрт, неужели она всё же знала про артефакт?

В темноте горели два изумрудных глаза драконихи. Теперь я был уверен, что она в ярости…

— Человек, подойди ко мне ближе, — потребовала людоедка.

Из ниши мне вдруг совсем не захотелось выходить. Не так уж тут и плохо. Немного тесно и холодно, но точно лучше, чем в желудке у дракона.

— Не зли меня! — прорычала дракониха внутри моего разума. — Быстро подошёл ко мне! Иначе я убью тебя!

Вновь обрушились угрозы… Но, кажется, дело не в клинке Сердце Адолии, а в чём-то другом. Продолжать злить садистку я не стал и вышел к ней. Ноги порядком затекли, из-за чего слегка не слушались.

— Людишки меня ранили, — злобно прошипела дракониха. — Они поджидали меня у реки! Но я перебила половину из них! Подойди ближе. Ты должен вытащить остриё копья возле моего крыла. Они ещё могут вернуться. Поторопись!

Так значит, люди предприняли попытку убить монстра. Только я не понимаю — дракониха теперь хочет отомстить или же просто улететь в другое место? В любом случае, из этой ситуации мне стоит извлечь выгоду.

— Я вытащу копьё, но взамен и ты должна помочь мне, — мысленно ответил я.

— Человечишка, сейчас не время для торгов! Вытаскивай копьё или я убью тебя!

— За эту услугу ты должна отпустить меня.

— Хорошо, хорошо, — моментально согласилась дракониха, — А теперь вытаскивай копьё.

Она меня обманывает. Её согласие — это притворство. Стоит мне вытащить копьё, и я потеряю для неё ценность. Она хочет сделать всё побыстрее, а значит, собирается улетать. Оставаться в своём прежнем логове ей теперь опасно. Конечно, есть шанс, что людоедка сдержит обещание, но скорее она закусит мной перед отлётом. Ей, в конце концов, надо восстановить силы после ранения.

— Я тебе не верю, — не двигаясь с места, произнёс я вслух, а не мысленно. — Ты меня убьёшь, когда я вытащу копьё, поэтому предлагаю другую сделку — мы станем союзниками. Я буду твоими глазами среди людей, говорить какое у них оружие и где расставлены баллисты. Если тебе что-то понадобится, я постараюсь это добыть, по мере своих возможностей. В свою очередь, ты будешь помогать мне своей боевой силой.

— Человек, раз ты мне не доверяешь, то зачем предлагаешь эту сделку? — людоедка слегка рассмеялась. — Я всё так же могу согласиться, а позже тебя обмануть. Ты сейчас требуешь даже больше, чем просто просьба тебя отпустить. Предложение союза — это величайшая наглость, которую я слышала от людей.

— Но тебе это будет выгодно, — продолжил говорить я. — Люди смогли ранить тебя, потому что ты недостаточно хорошо знаешь их стратегии. Если мы заключим союз, твои шансы на выживание повысятся.

Дракониха серьёзно задумалась, я попал в самое яблочко. Собственная безопасность её очень сильно волнует, я это понял ещё вчера, когда людоедка кричала о баллистах. Причём, она чувствует опасность со стороны людей точно не зря, ведь сегодня её смогли застать врасплох и ранить. Будь всё спокойно, тщеславная дракониха не пошла бы на союз со мной, но сейчас был идеальный момент для этого предложения.

Я даже не обдумывал подобный вариант. Пришлось адаптироваться к новой информации. Неожиданно передо мной открылось окно возможностей. Союз с драконихой, разумеется, временный. В дипломатии это называют «стратегическое партнёрство». Парадоксально, но оно может возникать даже у непримиримых врагов. Главное, чтобы была ощутимая взаимная выгода.

Мой план минимум от этого союза — просто использовать сделку как фикцию и сбежать от монстра. Ведь если мы заключим союз, моя свобода станет куда больше. Фактически я получу то, что изначально попросил у драконихи, и уже не она меня обманет, а я её.

Но если союз всё же будет заключен, я не буду торопиться его разрывать. Как действовать, решу по ситуации, однако могу сказать точно — боевая мощь дракона будет очень полезна. Если сбегу от монстра, то никуда не денется мой рабский статус. У меня ни документов, ни денег, ни нормальной одежды. Даже с моим навыком переговорщика, я не смогу доказать другим людям, что не являюсь беглым рабом.

У меня есть кинжал Сердце Адолии, который можно дорого продать, но если попытаюсь это сделать, меня просто изобьют и отнимут сокровище. С оборванцем никто считаться не станет. Я должен подготовить для себя крепкий плацдарм.