Кирилл Матяш – Петля Пейна (страница 11)

– А? Ты что-то сказал? – поинтересовалась красотка.

– Нет-нет, я просто удивляюсь твоей привлекательности! – отвечал ей герой.

Девушка будто сошла с обложки одного из известных модных журналов: примерный рост около ста восьмидесяти, красиво уложенные длинные волосы иссиня-черного цвета, облегающее красное платье, которое было похоже на шелк, со смущающее короткой длиной, буквально обтягивало ее фигуру «90-60-90». Загорелый оттенок ее кожи так манил Леона в этой темной комнате, освещаемой ее только лишь светом горящих свечей.

Райту не могла не понравится такая роскошная героиня, посетившая его сон. И он уже было продумал, что даже не смог бы позволить себе флиртовать, так как он никогда и не думал даже о том, чтобы завоевать красотку прямиком из «ПлейБоя». Но тут он вспомнил, что это его сон. Что только он тут хозяин и у него есть сила меняющая реальность. Неужели ему нужны какие-то иные способности ради того, чтобы получить желаемое?

Девушка начала тянуться к Леону, чтобы поцеловать его, но он прикрыл ее пышные губы рукой, которой впоследствии подтолкнул девушку книзу, давая понять, что хочет, чтобы она встала на колени. Она так и поступила, потихоньку начиная расстегивать ширинку брюк Райта, игриво полезла туда рукой. Безусловно, Леону хотелось узнать какого это, испытывать плотское наслаждение в осознанном сне, но тут он вдруг вспомнил, чем такие сны чреваты. В его голове промелькнула мысль, что нужно проснуться.

– Нет-нет-нет! – завопил Леон. – Неужели тут любая мысль работает мгновенно и безоговорочно? – ему хотелось продолжить, и он поспешил вернуться обратно.

Герой очнулся в каком-то темном пространстве. Будто в невесомости. Он знал и прекрасно понимал, что той комнаты, в которой он проводил свои незатейливые эксперименты, уже нет, и он находится в каком-то совершенно другом месте. Картинка резко сменилась. Леон будто упал на землю и осматриваясь понял, что вокруг него начали мгновенно появляться стены, начиная от земли, кирпичик за кирпичиком, стены выстраивались ввысь настолько, что им не было конца и впоследствии границы скрывались далеко в темноте, которой тоже не было конца. У Райта сложилось впечатление, что он попал в тот самый лабиринт, который самостоятельно выстроил себе все эти месяцы.

Никто не мог сказать или объяснить, почему он попал именно сюда. Может быть, мысль о проблемах промелькнула в его голове, когда парень пытался заново попасть в то место. Либо же мысль об Анне закралась где-то в голове, а возможно и его высокие моральные принципы не разрешали ему изменить любимой, даже ментально, и подсознательно понимая свою ошибку, попал туда, откуда он так старательно пытался сбежать в последние дни.

Райт опешил. Осматриваясь по сторонам, он пытался понять, как выбраться отсюда. Все могущество Леона растворилось вместе с тем, как пришел его страх. Страх остаться в этом месте. И уже так просто было не проснуться. Спереди, сзади героя и по бокам были проходы, которые вели неизвестно куда. Казалось, что он был прямо в эпицентре событий. В том самом месте, откуда и начал строить свою темницу. Он посмотрел вверх. Стены лабиринта были настолько высокими, что не было видно даже их конца. Райт даже не мог предположить, каков этот лабиринт по протяженности и как долго пришлось бы плутать тут. Наверное, это было бы даже больше шести месяцев. А может быть и вечность. Есть ли вообще отсюда выход?

Взлететь он не мог. Ведь сила и его возможности исчезли, как и его сила воли исчезла с появлением страха умереть среди этих высоких бетонных и бесконечных стен. Особенность осознанных снов заключается в том, что ты всегда и безоговорочно должен верить в безграничность своих возможностей и усилием воли творить чудеса, будто это привычное для тебя дело. Прямо как ходить или дышать. Однако осознание этого просто улетучилось.

– Нет! Я не хочу снова этого испытать! – закричал со всей силы Леон, и бросился бежать прямо на стену, проламывая ее с особой легкостью, будто бежал по лугу летним днем. Вокруг разлетались кирпичные осколки и поднималась пыль. Несмотря на то, что сила к нему начинала возвращаться, он не видел, куда должен был двигаться. И неважно было, сколько бетона он пробил и сколько стен разрушил – выхода все так же не было. Вскоре он просто слепо начал бежать с криком, разбивающимся о стены, а стены о него.

Внезапно он просто открыл глаза. Лежа на холодном полу, он почти задыхался от ужаса, и его сердце колотилось так, будто сейчас остановится, не в силах справиться со своим бешеным ритмом. Он сел на свою пятую точку, попятился назад до тех пор, пока не уперся спиной в стену. Не ожидая еще одного препятствия в виде холодного бетона, он скукожился, подтянув ноги к груди, и обхватил их руками. Положил голову на колени и молча закрыл глаза, из которых, не заставляя себя ждать, побежали горькие слезы.

13 января 2019 г. Время на часах – 12:10.

Леон Райт проснулся все в той же позе, не помнив, как уснул. Только вот все его тело изнывает от боли, так как герой спал в крайне неудобной позе. Он встал, огляделся, еле-еле размялся, будто стараясь себе ничего не повредить, и побрел пить воду из-под крана.

– Я не знаю, что это было. Очень странное явление. Неужели тогда всплыли те триггеры и страхи, о которых говорил Прайс? – думал он, присасываясь губами к крану и стараясь насытиться освежающей холодной водой, с неприятным хлорным привкусом.

– Почему же я потерял контроль? И как справиться с тем, что я видел, если это всплывет в очередной раз? Похоже, только книга сможет мне в этом помочь – бубнил он себе под нос, ринувшись за книгой.

– Так-так-так – лихорадочно он начал листать страницы и остановился на одной из них. Капля воды с его губ упала прямо на страницу. А если быть точнее, на слово «монахи». Он стер каплю пальцем и слово слегка размазалось.

– Похоже, это та самая история, про исчезающих из реальности монахов… Интересно… Посмотрим… Ага, вот! – Леон нашел нужные ему слова.

– «Тибетские монахи практиковали технику осознанных сновидений и доводили ее до совершенства посредством долгих и упорных тренировок. Будучи в состоянии транса, они продумывали все обстоятельства сна, в котором хотели материализоваться, до мельчайших деталей, что и позволяло им полностью проникать в них. Они начинали с продумывания своего образа, как будут выглядеть их тела, их характеристики, способности и преимущества. После же, они начинали создавать мир вокруг себя, создавая его максимально похожим на реальный. И если все удавалось так, как они и задумывали, то личность переносилась в новое, созданное ими пространство, а вслед за ним и тело. Самым важным обстоятельством было…» – не дочитав предложение, Леон кинул книгу на подоконник и бросился ходить по комнате взад-вперед.

– Так, так, так, другая реальность. Ха, смех – он схватился за голову, остановился у окна и уставился серое небо, затягивающееся зимними тучками.

– Но что, если это сработает? – почти не веря произнес вслух – Но ведь попытка – не пытка, верно? – продолжал он.

– Так чего же мы ждем? – Леон лег на спину и принялся проделывать все то, что написано в книге.

– Так… – он тяжело выдохнул – Мир неотличимый от нашего… – продолжал рассуждать он у себя в голове.

И Леон тут же, не мешкая, начал воображать улицу, на которой живет, свой дом, друзей и родных, всплывали даже моменты, когда он еще не встретил Анну и был вполне счастлив и доволен собой. Лежа на полу, он даже улыбнулся. Хорошее время для него было. Но терзающие его мысли об Анне заставляли думать, что он мог бы все изменить, если бы вернулся в прошлое и понял, где оступился.

Райт пытался воссоздать все до мельчайших деталей, вплоть до фонарных столбов, количества домов на его улице и их вид, ведь он смотрел на них с самого детства и не мог не запомнить, за такое большое время. Машины, автобусы, рынок, старый рынок рядом с домом. Где-то на районе, неподалеку в парке даже было озеро. Он уже будто не творил, а мечтал о былом. И ему становилось от этого хорошо. Сознание потихоньку начинало угасать и Леону казалось, что сейчас он уснет.

– Нет! Ничего не получится! Это какой-то бред! – он резко открыл глаза пытаясь прервать эксперимент. Но вдруг холодный свет легкоузнаваемых больничных ламп ударил ему в глаза, от чего Леон хотел прикрыться ладонью чтобы свет не слепил, но дернув правой понял, что она прикована металлическими наручниками к больничной кровати.

Он тут же закрыл веки, чтобы собраться с мыслями и вдруг ему показалось, что ощущения его физического тела и формы иные, нежели те к которым он привык. Что-то однозначно было не так, это испугало Леона, и он, охваченный паникой, тут же хотел сорваться с места, но как только постарался поднять свое туловище с кушетки, в его грудь уперлась рука, которая толкнула его обратно на больничную койку, и он тут же лег.

– Погоди здоровяк, не так быстро! – послышался неизвестный голос где-то в непосредственной близости.

Райт быстро моргал, но его глаза долго не могли привыкнуть к свету. Обилие светящихся предметов слепили его будто стараясь выколоть ему глаза своими фотонами, и он ничего не мог с этим поделать.

– Успокойся, я тебе сказал! – повторил тот же голос, и чья-то ладонь иронично похлопала его по щеке.