Кирилл Ликов – Сожженные книги (страница 13)

– Только если как путевку, – улыбнулся он. – Ладно, нечего в кабинете штаны просиживать. Пошли, отведу тебя на исследования.

Исследовательские лаборатории находились, как и следовало ожидать, почти на другом конце коридора. Эта фраза могла бы быть не столь пугающей в маленькой частной квартирке или даже в здании какого-нибудь не особо крупного завода. Но тут дорога в Мордор, описанная великим Толкином в книге о Фродо, казалась простой и незатейливой прогулкой.

Копирование проходило недолго. Меня измерили вдоль и поперек, взяли кровь на анализ, кожные покровы, сделали УЗИ и рентген, а также проверили рефлексы и чувствительность к боли, аллергиям и еще к чему-то. И на всех аппаратах я видел логотип АО «Заслон». Что, впрочем, и неудивительно. Когда-то в еще не столь отдаленном прошлом эта компания занималась в основном разработкой, изготовлением и поставками радионавигационного оборудования, бортового радиоэлектронного оборудования для самолетов и вертолетов, современных радиолокационных комплексов для кораблей ВМФ, климатического оборудования различного назначения. Потом, когда как раз появились вертолетные такси, дела компании пошли резко вверх, и теперь она выпускает почти весь спектр сложного оборудования и является одним из мировых лидеров в производстве.

Психотест? Если бы не ситуация и обстановка, то я бы хохотал над этим тестом весь оставшийся день. Сидит такая бабушка божий одуванчик, которая училась этому и пополняла свои знания, когда еще трава была зеленее, а деревья выше, и задает отстраненные вопросы. Я все, конечно, понимаю, она меня гоняла на стрессоустойчивость и отсутствие зависимостей. И это нужно, не спорю, но как это сочетается с долгим пребыванием в виртуальной реальности, я так и не понял. Такие тесты проводятся людям, коих подозревают в игромании, но для оценки работника на предстоящую профессию явно не подходят.

А вот оформление на работу мне тут понравилось. Зашел, представился, отдал паспорт и трудовую книжку, сказал «спасибо», вышел. Вся процедура, включая подпись под уже напечатанным заявлением, составила не более пяти минут. У дверей отдела кадров меня уже ждал Гремли.

– Ну что, новоиспеченный коллега, хочется уже попробовать?

– А можно?

– Можно, но попозже. Часика через два получим твою первоматрицу, и тогда попробуем. А сейчас не перекусить ли нам?

При этих словах мой желудок, до этого работавший вроде как исправно, заныл, скрючился и решил объявить забастовку. Мне не пришло в голову ничего умнее, чем согласиться с его требованиями и отправиться их удовлетворять, хотя в кармане звенела последняя мелочь. Столовая находилась на втором этаже и была слишком простенькой для такого учреждения. Эдакая столовая на заводе. Пара десятков обшарпанных деревянных столов, такие же стулья, самообслуживание. Самообслуживание тут заключалось в том, что блюда уже готовые стояли в специальных прозрачных боксах, а посетитель шел с подносом и выбирал, что он хотел, а потом кассирша считала стоимость его заказа.

Я стоял перед первым боксом и не знал, что выбрать. Даже если тут цены и как у нас в медицинском были, мне все равно не хватило бы денег на полный обед. Поэтому приходилось выбирать: первое либо второе или первое и второе, но без третьего и десерта.

– И чего стоим? Кого ждем? Чего выбираем? – задорно проорал Гремли. – Бери самое дорогое, фирма платит, – хохотнул он и сунул мне в руки бумажный талон, где мелким шрифтом была напечатана какая-то абракадабра.

– Что это?

– Это талон на разовый прием пищи. После полного оформления, я думаю, это будет завтра, ты получишь пластиковую карточку, запрограммированную на месяц.

– Откуда такая щедрость?

– Ну, начальство так постановило. Тем более все ваши приемы пищи можно делить на два. Так что фирма не сильно теряет в деньгах.

– А почему на два?

– Потому что половину месяца ты лежишь в койке и тебя питают глюкозой и физой. Сколько ты не съешь за остальную половину месяца, фирму ты никак не разоришь. Тем более что все проснувшиеся обычно не появляются в институте до следующего заброса. Так что расходы сводятся к минимуму. Так что не стесняйся, кушай, на что глаз упадет, и о деньгах не думай.

Рай? Кормят, поят, спать укладывают. Что-то мне стало немного жутко, просто так, из любви к работнику, такие вещи не делают. Значит, работа действительно адская, а бесплатные обеды – это для того, чтоб вся жизнь отходами не казалась. Размышления размышлениями, но умял я все, что набрал, с аппетитом, только за ушами трещало и чавкало.

– Покурить бы… – мечтательно заметил я, откидываясь на стуле после столь сытного обеда.

Гремли взял всего чашку кофе и два кекса. Допивая последние глотки из чашечки, он не спеша положил портсигар на стол и предложил мне.

– Кури, но постарайся бросить самостоятельно. Это нужно для дела.

– Для какого дела?

– Для нашего.

– А при чем тут курение и наше дело?

– Да при том. Курение отягчает организм привычкой. Ты будешь хотеть курить и в виртуале, а это масса проблем. Если мы не будем тебе впрыскивать никотин, когда ты куришь, то никакого кайфа от курения ты получать не будешь, и это, естественно, будет тебя раздражать и нервировать. А чтоб впрыскивать в тебя никотин, к тебе нужно специально ставить программиста-контролера, который будет отслеживать твои действия, дабы в нужный момент нажать кнопку подачи никотина в организм. В общем, курение – это слишком много геморроя.

– А как же заключенные? Они же наверняка все курящие.

– С ними проще. Нам по барабану, раздражает их отсутствие никотина или нет. Многие бросают, многие бурчат, что сигареты убогие, но все равно продолжают курить.

– Понятно. Про клонов даже не спрашиваю.

– А чего спрашивать? Они не знают, что такое курение. И отсутствие никотина в сигаретах для них является нормой.

– Жестко у вас с клонами.

– Ничего жесткого. Это просто наработанные навыки. Условные рефлексы, так сказать. Если тебе не долбить с детства, что воровство плохо, то ты будешь думать, что это нормально. Так и тут. Другие условия, другие рефлексы, другая мораль, но и только. Они полностью уверены, что курение – оно такое, безникотиновое, и ты им можешь хоть все уши прожужжать, но иного не докажешь, тем более в том мире.

– Что-то все становится, как в сказке, все страшнее и страшнее.

– Да, чуть не забыл. Выкинь из головы все, что связано с биологией, исключая, конечно, анатомию. Она тебе понадобится в профессиональном варианте.

– То есть выбросить биологию?

– Это экспериментальный мир, и в нем другие, непривычные тебе животные и растения. Мы производим их путем вычисления вариаций возможных мутаций и приспособленческих изменений.

– Например?

– Например, песец от таких температур может мутировать с учетом приспособления и увеличится в размерах, став ростом и весом примерно с хорошего тигра. Все мутации не опишешь, они постоянно развиваются и вводятся новые. Это, кстати, тебе еще один факт, в соответствии с которым за территорию лучше не соваться.

– Ну, я же говорю, что страшнее и страшнее.

У Гремли зазвонил телефон.

– Да. Хорошо. Сейчас будем, – проговорил он в трубку и уже мне: – Вставай, твоя первоматрица уже готова. Пойдем, будешь учиться нырять в виртуал, – и хохотнул, – так сказать, с головой погружаться в работу будешь.

Кабинет, куда мы пришли, был небольшой. Места едва хватало на средней величины сервер, небольшой компьютер с бесчисленными проводами и побочными приборами, кресло, также усеянное сплошь приборами, проводами и датчиками. Возле этого хозяйства крутился огромный лысый детина в синей медицинской одеже. Так выглядят обычно мануальные терапевты в больницах и поликлиниках.

– Здравствуй, Миша, – поздоровался Гремли, – это наш новый сотрудник, Сергей, его нужно забросить для ознакомления. Первоматрица уже в базе данных.

– Не вопрос, Александр Леонидович, будет сделано в лучших традициях. Вам какую версию, деловую или развлекательную?

– Тебя что интересует сейчас – увидеть примерное место работы или просто попробовать нашу реальность на зуб? – обратился Гремли ко мне.

– А развлекательное – это как?

– Да просто ты попадаешь в маленький кусок игрового мира.

– А варианты есть?

– Миш, какие у нас есть развлекательные миры?

– Постапокалипсис, там развалины, охота на мутантов, – стал перечислять Михаил. – Сафари, объяснять думаю не надо. Тундра, с возможностью охотится и рыбачить. Арена, любое оружие от мечей до современных импульсных винтовок, там лучше вдвоем гамать, ботов бить привыкаешь, сам пробовал. Поход викингов, для любителей древности и абордажей. Природные, для простых увеселительных прогулок, пляжных и водных развлечений, дамы очень любят. Ну и бордели, мужской и женский.

– Тебе, какую виртуальность, Лярой?

– Давайте природную, а то битвы и приключения меня достали.

– Миш, сделай ему прогулку по городу-призраку. Это в его вкусе.

– То есть постапокалипсис, но без ботов?

Гремли кивнул.

– Ну, что ж, пациент, – обратился Михаил ко мне, – раздевайтесь и занимайте место согласно купленному билету.

– А раздеваться обязательно?

– А подключать к серверу я одежду буду?

– Понял, не дурак.

Пока я снимал с себя одежду, Михаил что-то настукивал на клавиатуре, вводя, наверное, соответствующую программу.