Кирилл Корзун – Право выбора (страница 14)

Игнат Васильевич, после прозванный в народе Беспощадным, нашёл собственное решение, начисто проигнорировав постановление думских бояр, и учредил в государстве специфическую силовую структуру. На службу в ней заступили представители разных сословий: от бояр до беглых каторжников. Единственным условием была абсолютная преданность в деле защиты отечества. Не царя. Отечества. От внешних и внутренних врагов.

Обласканные царём и ведомые одной лишь строгой буквой закона, новые защитники Родины долгое время ничем не демонстрировали своей активности. Спустя год тревожные для русского боярства вести не подтвердились, и притихшие было кланы вновь с головой окунулись в междоусобные разборки и заговоры. Гром грянул лишь спустя ещё пару лет. Зачинщикам грядущего переворота довелось первыми познать на себе методы Опричников.

Многочисленные и хорошо обученные, эти воины зачастую не имели за спиной длинной вереницы благородных предков, но очень хорошо представляли с какого конца следует держать меч. Меч Воина и… Палача.

Массовая и жестокая казнь заговорщиков заставила вздрогнуть всё царство — людей силой выволакивали из домов средь бела дня, зачитывали обвинение и немедленно, на месте, приводили приговор в исполнение. Кровь предателей отечества текла по деревянным мостовым русских городов полноводными ручьями, полыхали очищающим пламенем имения родовитых заговорщиков, а простой народ неожиданно поддержал инициативу царя, свято уверовав в слова глашатаев, что обращались к ним с площадей и доносили волю владыки русских земель. Потому что вслед за бунтовщиками на плаху потащили и тех, кто позволял себе слишком многое, бесстыдно прикрываясь от закона родословной и богатыми взятками. Народ наконец-то получил долгожданную защиту от боярского своеволия.

Москва, Великий Новгород, Тверь, Смоленск, Китеж, Владимир… Список «окровавленных» опричниками городов неуклонно рос, а они продолжали нести справедливость дальше, стремясь распространить его на всю остальную страну. Междоусобная война между кланами Соболевых и Никифоровых закончилась тем, что Опричное Войско наголову разгромило дружины владетельных князей и огнём и мечом навело порядок на землях, не поделивших спорную территорию, семей.

Спустя два десятилетия Царство Русское наконец-то обрело мир и внутреннее успокоение. Опричники свято соблюдали положения кодекса законов, пресекая заговоры и произвол бояр, ведомые идеей о благополучии государства и его жителей. На протяжении почти пяти веков эта структура продолжала свою деятельность и претерпела лишь незначительные изменения. С опричниной были вынуждены считаться все — даже цари…»

Отрывок из записей гимназиста после экскурсии в Опричный приказ.

…Хлесткий и неожиданный удар нагайки в кровь рассёк широкую скулу охранника «Красного Фонаря». Заступивший дорогу Аскольду азиат проигнорировал сунутую ему под нос бляху с выгравированной на ней мордой русского волкодава и пытался остановить опричника, за что и был немедленно наказан.

— Совсем ohueli, гости дорогие, — назидательно произнёс Аскольд и нанёс ещё два удара нагайкой, сшибая дезориентированного охранника с ног и небрежно намораживая ему на руки оковы из мутного льда. — Посиди пока тут. И не уходи никуда, есть разговор о твоём воспитании. Понял?

— Да, господин опричник. — сдавленно простонал китаец, пытаясь сесть на колени и морщась от боли, — Координатор приказал никого к нему не пускать. Без исключений. Вы же понимаете, что у меня не было выбора…

— Похвальное стремление сохранить верность своим моральным устоям. Но ты нарушил закон. Воспрепятствовал Опричнику при исполнении. За это полагается смертная казнь, — Аскольд с удовольствием пустился в объяснения, ожидая когда информация с камер наблюдения у входа в клуб будет обработана и передана куда следует. — Ты тоже должен меня понять!

Боевик Тёмного Клана неподдельно пригорюнился, но более не произнёс ни слова. Рассматривая его с искренним любопытством, Аскольд неторопливо закурил и прислонился к декоративной деревянной колонне возле входных дверей в клуб. Тусклый красноватый свет бумажных фонариков придавал его массивной фигуре в традиционном облачении опричников несколько жутковатый вид.

Сигарета истлела после полутора десятков глубоких и сильных затяжек и мерцающим огоньком очертила в вечернем полумраке красивую параболу, угасая в зеве ближайшей урны.

— Твоё начальство не спешит на помощь, — холодно резюмировал Аскольд, обращаясь к коленопреклоненному пленнику. — Или против меня снаряжают армию?

— Координатор сильно не в духе, господин. Думаю, он выйдет к вам лично, — слабо улыбнулся китаец, побледневший от холода, источаемого оковами. Его челюсти начали выбивать мелкую дробь и вид улыбки с клацающими зубами показался Аскольду… угрожающим? Пожав плечами, он усмехнулся в ответ и неожиданно для себя не обрёл успокоения.

Неясное ощущение опасности и не думало исчезать, наоборот, невнятный и неразличимый шёпот внутреннего голоса нагнетал ощущение витающей в воздухе угрозы. Повинуясь наитию, Аскольд после недолгих размышлений привычно повёл плечами, облачаясь в «доспех духа» и потянул на себя плотно прикрытую створку двойной двери из тёмного непрозрачного стекла. Как раз вовремя, чтобы успеть различить летящий в него столб спресованного мутного воздуха…

Таранный удар «техники» взбешённого Мастера начисто вынес обе двери и отшвырнул Аскольда на пару десятков метров. Отшвырнул легко и небрежно, словно тряпичную куклу, впечатав тело опричника в деревянную стену первого встречного здания. В нём, по насмешке судьбы, располагался небольшой и уютный бар в восточном стиле, где обитатели Китайского Квартала любили опрокинуть пару рюмок напитков покрепче традиционного чая.

С треском проломив стену здания, «техника» исчерпала заложенную в неё Силу. Слегка дезориентированного Аскольда по инерции пронесло до барной стойки. Врезавшись в неё спиной, опричник услышал громкий и отчётливый хруст.

— Blyat, только бы не спина! — выругался он, обессилено сползая на пол и скрючиваясь от боли в отбитых внутренностях.

Звон в ушах и цветные пятна перед глазами не давали ему сосредоточиться и определить место своего нахождения, но организм Учителя был способен пережить и не такое. Звонко чихнув от витающей в атмосфере заведения пыли, Аскольд повторно выругался и попытался что-то изменить.

— Сейчас я встану! — угрожающе бормотал он, ползая на четвереньках и вслепую шаря руками в поисках точки опоры. — Или не встану?!

Упёршись лбом в прочную преграду, опричник остановился и начал её медленно ощупывать.

— А это что ещё за x…?!

Сквозь звон в ушах постепенно пробились крики и тревожный звон паникующей сигнализации. Ухватившись за преграду, оказавшейся треснутой барной стойкой, Аскольд неимоверным усилием воли поднялся и обвёл бар пустым и бессмысленным взглядом. И нашёл то, что искал. Кое-как сфокусировав зрение на человеке перед собой, застывшем в ступоре и прикинувшимся элементом интерьера, опричник разглядел за его спиной батарею бутылок и немедленно озвучил своё первое требование:

— А смешай-ка мне выпить, парниша. «Боярский» умеешь? — обратился он к шокированному бармену, с трудом выговаривая слова непослушным языком. — Только водки побольше плесни…

— Сию секунду, — зачарованно кивнул тот в ответ и, действуя на автопилоте, грянул гранёным стаканом о потрескавшуюся поверхность барной стойки.

Парализованный потрясением, разум бармена тем не менее отреагировал на профессиональный вызов — едва плеснув в стакан гренадина, невысокий китаец в белой рубашке и сером жилете на ощупь отыскал позади себя бутылку «Абсолюта» и четко, по стенке стакана нацедил толстый слой водки. Довершив коктейль несколькими каплями табаско, китаец с поклоном и очень аккуратно придвинул стакан к Аскольду.

Опрокинув содержимое залпом, опричник на мгновение прикрыл глаза, наслаждаясь приятным сладковатым послевкусием коктейля и феерическим взрывом, что он вызвал в его желудке. Разлившееся по телу тепло быстро возвращало к жизни, звон в ушах поутих. Жизнь налаживалась.

— Аскольд! Это ты?!

Поморщившись от боли в спине, опричник развернулся на звук и увидел стоящего в проломе стены Сяолуна Во Шин Во. Координатор Тёмного Клана выглядел неважно. Его осунувшееся лицо с обострившимся чертами и темными кругами вокруг глаз всерьёз встревожили Аскольда.

Старый друг всегда остаётся другом. Даже если он всего минуту назад умудрился приложить тебя мощной «техникой» уровня Мастер, и только чудом не отправил на тот свет.

— И тебе не хворать, Сяо! — отсалютовал он зажатым в руке пустым стаканом. — Ты всегда так здороваешься после долгой разлуки?

Координатор страдальчески скривился и, неловко кряхтя, полез через дыру в стене заведения, начисто игнорируя дверь по соседству.

— У меня временные кадровые трудности. На камерах сидит молодой идиот. Ему хватило ума сказать, что ко мне ломится странный русский, который положил охранника и теперь ждёт подкрепление, чтобы прорываться дальше, — вздохнул китаец, поднимая с пола опрокинутый высокий табурет и предлагая его старому знакомому. — Тебе сейчас, наверное, всё таки лучше присесть. Врач нужен?

— Выдюжу, — отмахнулся Аскольд, но всё таки присел на табурет и спросил: — Не думал сначала спрашивать, а потом стрелять?