Кирилл Корзун – Право выбора (страница 16)
Всплеск адреналина в крови на несколько секунд притупил чувствительность. Только шагнув к агрессору, я ощутил острую боль в правой части груди. Скосив глаза вниз, увидел как по белой ткани мундира неторопливо расплывается большое тёмное пятно.
— Теряю форму, — укоризненно шепнул сам себе. — Осталось только подохнуть в этой подворотне.
Усталость накатила с новой силой — задрожали и предательски подогнулись ноги, голова закружилась, мир дрогнул, теряя очертания…
— Рррррааааа!!! — рык противника расколол тишину переулка на части и события помчались вскачь.
Нечеловеческая пластика нападавшего с самого начала разуверила меня в нормальности происходящего. Сгорбившись, он вновь прыгнул, пытаясь дезориентировать меня очередным кровожадным воплем. Прыгнул необычайно далеко, в полёте разворачиваясь ко мне другим боком и пытаясь нанести размашистый удар правой рукой, что так старательно мне не показывал. В отблесках света с улицы тускло блеснул короткий стальной клинок, торчащий между пальцами сжатого кулака.
Вдох…
Остатки внутренних резервов уходят на то, чтобы очистить разум. Мысли обретают хоть какую-то чёткость, тело перестаёт выдавать фортели, а пальцы сами собой сплетаются в мудру Рин.
Выдох…
Его оскаленное скуластое лицо совсем близко — настолько что я отчётливо вижу клочья слетающей с губ пены и выпученные глаза, пылающие алыми огоньками безумия.
Пружинисто подпрыгнув, крутанулся вокруг своей оси и встретил агрессора наиболее редко используемым мной ударом. Встретил жёстко, максимально вкладывая в «вертушку» инерцию и вес тела.
«Доспех духа» протестующе загудел, соприкасаясь с височной костью обезумевшего. Брызнули искры, нога врезалась в непреодолимое препятствие, а противник, вопреки моим ожиданиям, не отлетел в сторону и не рухнул на асфальт безжизненным трупом. Перкувыркнувшись в воздухе словно кошка, он приземлился на четыре конечности и злобно завыл.
Яростный, полный разочарования и ненависти вопль, внушающий отчаяние и ужас тем, кто его слышит, молотом бьющий по сознанию и вызывающий безотчётную панику.
«Глас Демона».
Никогда бы не подумал что мои враги переживают столь «восхитительную» гамму впечатлений…
Стиснув зубы от боли в раскалывающейся голове, я неловко приземлился на одно колено. Скользкий от наледи асфальт предательски отозвался на попытку обрести равновесие — подошва поехала вперёд, поневоле заваливая мой корпус назад.
Неловко взмахнув руками, перехватил устремившийся ко мне кулак с торчащим клинком, ощущая как со слышным только мне звоном, рассыпается «доспех духа». Перехватил и рванул его руку в сторону от себя, заваливаясь на асфальт вместе с безумцем. Оседлав его сверху, со всей силы впечатал правый локоть ему в лицо, но вновь с удручающим результатом. Его голова только едва заметно мотнулась, а рука отозвалась острой болью, словно ударил о каменную стену.
Новый вопль безумца и отчаянные попытки выбраться из под меня были встречены градом хаммерфистов, усиленных «Дланью Тьмы». Понадобилось не менее десяти сильных ударов в голову, прежде чем запас прочности его черепа был исчерпан.
Смачный и влажный хруст, отвратительная тёмная слизь на стиснутом кулаке, трепыхающееся в агонии тело…
Хрипло откашлявшись, я бессильно завалился на бок. Где-то в дальнем уголке сознания мелькнула мысль, что мундиру теперь точно пришёл pizdec. С минуту просто лежал, прижавшись разгорячённым лбом к ледяному асфальту, думая о том, что победителя битвы при Мацумото чуть не прикончила какая-то странная тварь в обличии передозировавшегося наркомана.
Инъектор чудом пережил все перипетии скоротечной схватки. Добравшись до него ползком и уже не думая о сохранении лица, я дрожащей рукой вкатил себе дозу стимулятора и с блаженной улыбкой развалился посреди переулка, ощущая как начинает действовать препарат и любуясь плывущими по небу облаками, из-за которых, робко и застенчиво, выглядывал лик Луны…
…То, что я изначально посчитал тычковым ножом, оказалось странным клинком из гладко отшлифованной кости с частыми металлическими вкраплениями. Разогнув коченеющие пальцы, увидел, что клинок длиною почти в ладонь и торчит из разреза на тыльной стороне ладони.
— Неведома зверушка, blyat! И что теперь с тобой делать?
Стимулятор продолжал приводить меня в чувство, даруя временное чувство ясности разума и подкреплённую химией бодрость. Вновь выругавшись, я отступил от трупа на несколько шагов и достал смартфон из ещё одного отделения на портупее. Средство связи производства «ХатториГрупп» благополучно выдержало перепавшие на его долю испытания, как и полагалось любому изделию изначально предназначенного для использования спецслужбами.
Долгие гудки прервались в тот момент, когда я уже перестал надеяться.
— Не знаю, откуда у тебя этот номер. И только поэтому я всё таки тебя выслушаю… — ответил сонный и хриплый мужской голос со знакомыми мне с детства раскатистыми интонациями.
— Я тоже рад тебя слышать, дядя Тайко.
— Леон?! — радостно взревел друг моей семьи, оглушая меня рокочущим громом своего баса, — Что-то случилось, сынок?! Где ты?!
— Ты прав. Мне нужна твоя помощь. Координаты сейчас скину. Есть кое-что интересное…
Зачастую сказки бессовестно обманывают. Спасённые прекрасные принцессы оказываются двумя девушками с очень непростыми характерами и своим мнением, отстаивать которое они готовы любым доступным способом…
…Просвистевшая над головой Алексея хрустальная ваза вдребезги разлетелась на мелкие кусочки, засыпав юношу, укрывшегося от гнева близняшек Мияги за широким диваном.
— Невесты?!!! А нас он спросил?!
От синхронного вопля взбешённых сестёр задрожали стёкла в окнах гостиной комнаты особняка князя Бельского. Вытряхивая осколки вазы из кучерявой шевелюры, Алекс страдальчески прикрыл глаза и возопил в ответ:
— Меня он тоже не спросил!!! Но я же не жалуюсь?!
— Только попробуй! — запальчиво выкрикнула Рисса, возмущённо вздернув носик и уперев руки в бока.
Риасу в это время поискала глазами ещё что-нибудь тяжёлое, но не нашла и печально вздохнула:
— Вылезай. Мы не будем тебя сильно бить… Жених…
— А вот и не вылезу! — заявил юноша, оставаясь в убежище, — Здесь хорошо. Нет сбрендивших и агрессивных девчонок.
Его безуспешные переговоры с сёстрами длились всего пять минут, но Алексей уже всерьёз жалел о предпринятой авантюре. А очарование девушек и перспективы, о которых он уже успел подумать с утра, слегка потускнели, столкнувшись с суровой действительностью.
— Вылезай, а то хуже будет! — озвучила угрозу Рисса, сдувая падающую на лоб синюю чёлку и звучно хрустнула костяшками пальцев, — Должен же кто-то отвезти нас домой! Или ты боишься?!
— Чёртовы гормоны! Чёртова детская психика! — шёпотом ругнулся юноша, вставая и ловко перепрыгивая диван. — Мой английский не столь хорош, чтобы я мог всё правильно объяснить. Может быть я что-то не так понял?
— Не прибедняйся, — жёстко парировала Риасу, приближаясь к парню и вновь окидывая его критическим взглядом. — Мелкий, худой, как щепка, и рыжий в придачу. Папа будет в «восторге»!
Подобного обращения парень не хотел — его сознание, сознание взрослого и повидавшего жизнь мужчины, многое могло простить этим наглым девчонкам. Многое. Но не такое.
— Придержи язык, женщина… — холодно процедил Алексей сквозь зубы, разом изменившись в лице. — Я не твой одноклассник. Прояви хоть каплю уважения к тому, кто пришёл выручать тебя и сестру из беды. В которую, стоит отдельно заметить, вы вляпались исключительно из-за собственной глупости!
Стоит отдать должное — девушки стойко перенесли ледяную отповедь парня и возражать не стали. Примирительно вскинув руки, Риасу плавно подошла к парню и, взяв его за руку, грациозно присела на диван. Рисса немедленно повторила её маневр и спустя пару мгновений Алексей уже сидел между ними. Не столь раздражённый, не столь категоричный и значительно более расположенный к дальнейшему разговору. И стиснутый с двух сторон двумя очень соблазнительными близняшками.
— А парень с характером, сестричка, — поделилась впечатлениями Рисса, кончиками пальцев проводя по его левой щеке. — Может дадим ему шанс?
— Не знаю, — честно и без тени притворства вздохнула Риасу, прижимаясь к правому плечу Алекса и укладывая на него голову. — Только если он докажет, что готов договариваться и идти на уступки, а не только требовать!
Парень ошалело захлопал глазами и едва заметно сглотнул подступивший к горлу комок. Близость горячих тел, обряженных в одни только спортивные маечки и шортики, мешала ему трезво оценить обстановку. Разбушевавшиеся гормоны ударили ему в голову сильнее, чем выпитое накануне, а пальцы Риссы, расстегнувшие пуговицу на воротнике его рубашки, и уже балующиеся со следующей, нанесли добивающий удар.
— Чего вы хотите? — искренне презирая себя, пролепетал Алекс Розенкрейц, загоняя здравый смысл и логику в дальний угол сознания и предвкушая долгожданное удовольствие.
— Я же говорила, что в нём есть некий…внутренний стержень! — игриво рассмеялась Рисса, заглядывая парню в глаза. — Надо было только нащупать его…
Затянутые томной поволокой, с расширившимися зрачками, искрящиеся изумрудной зеленью — они умоляли и одновременно соглашались со всем. Алексей невольно потянулся к губам девушки, но замер, остановленный её указательным пальцем. Замер и вопросительно посмотрел.